Не толерантно: Недопустимое название — Викисловарь

Содержание

Почему я НЕ толерантна и горжусь этим | Сара - блог еврейки

Сейчас в моду и обиход прочно вошло слово “толерантность”. “Толерантный” - в глазах людей значит хороший человек, правильный, а “не толерантный” что-то вроде ругательства, за которым следует обвинение в национализме и нацизме.

Чтож, для начала разберемся в терминах и я постараюсь объяснить почему считать себя толерантной не могу.

Толерантность (от лат. tolerantia — терпение, терпеливость) — социологический термин, подразумевающий терпимость к иному мировоззрению, образу жизни, поведению, обычаям…

Терпимость… Мне кажется отношения людей это неуместно. Терпеть можно паука за шкафом, или лопух на краю огорода. Никак не людей!

Межнациональные отношения должны строиться на взаимном уважении, нежелании обидеть, отбрасывании предрассудков. Если же одной стороне приходится именно терпеть другую - значит что-то пошло не так и кто-то сел на голову. Результат этого мы видим в Европе [1](об опыте русской школьницы в Нидерландах)

Мне кажется, самый верный термин, описывающий идеальные межнациональные отношения в современном обществе - “добрососедство”, можно было бы, конечно, замахнуться на “дружбу народов”, но в нынешних реалиях, это слишком утопично. А добрососедство - это когда придерживаешь дверь, улыбаешься при встречи, стараешься по мере сил причинять поменьше неудобств, при необходимости занимаешься соль, не лезишь в чужую жизнь, игнорируешь всякие мелочи. Но если человек садится на голову, - не стесняясь скидываешь его со своей шеи, если бьёт лицо - принимаешь меры, если, например, заходит в твою квартиру, оскорбляет и пытается установить свои порядки или нарывается на конфликт иначе- защищаешься. Мне кажется это идеально!

Я люблю еврейский народ, еврейскую культуру, помню и соблюдаю традиции, горжусь - это мой народ, моя культура. Я люблю Россию, русскую культуру, знаю историю, праздники, восхищаюсь красотой русского языка - это моя родная страна, мои предки лили кровь защищая её, некоторые из них были русскими.

Сказать что я точно также отношусь к другим культурам и народам (а в современное понятие “толерантности” люди часто включают это) я не могу. Так глубоко как свою, я не знаю ни одну культуру мира, часто обычаи других народов мне кажутся странными, нелепыми, я не отмечаю чужие праздники и не могу оценить красоту языка… Поэтому

любви у меня к другим народам и культурам нет!Это логично, ведь например, мать каждый любит только свою. Мать соседа или друга ничуть не хуже, но идея любить её точно также как свою кажется дикой. Безмерно уважать да, здороваться при встрече, стараться не обидеть… Ни о каком «таком же» отношении как к своей матери речи быть не может!А страна это та же мать…

Среди моих друзей много людей другой расы, национальности, вероисповедания. Но это не потому, что я “такая хорошая и дружу несмотря на то, что они другие”. Нет! Это была бы уже не дружба… Общаясь с человеком я не думаю о его этнической принадлежности (не игнорирую, а именно не думаю - для меня цвет кожи или вера не имеет такое же значение как ум, честность, приятность в общении). Если человек хороший, то какая разница как он верит в бога или с какого континета он родом. Не могу сказать, что разницы никакой нет - все люди разные даже внутри своей культуры, а разные этносы различаются ещё больше. Но разве это плохо? Да, общаясь с человеком, принадлежащим другой культуре нужно быть осторожным, особенно по началу. Некоторых тем стоит избегать. Но это не проблема - если с человеком не о чем поговорить кроме того “чей народ лучше” - это не ваш человек. Да, бывает не зная о какой-то культурной особенности можно невольно обидеть, но адекватный человек поймёт это, и я в свою очередь понимаю “мелкие промахи”. Но если это было сделано намеренно, с целью обидеть, оскорбить, унизить ни о каком

терпении речи быть не может. Я не потерплю хамства, оскорблений и наглости потому, что кто-то принадлежит другому народу. Также как не потерплю подобного от представителя своего народа!

Знаю, тема это достаточно напряжённая, поэтому вот пара статей из серьёзных журналов, для придания научности (как аргументы):

Толерантность польза или вред? - статья написана подростком, но очень эмоционально, живо и по-взрослому - логично и серьёзно, при этом нет характерной для научных статей сухости и тяжести - рекомендую

Толерантность “за” и “против”- тоже интересное мнение, но более сухая, сугубо научная статья. Автор - доцент, кандидат философских наук

Подписывайтесь на мой канал, ставьте лайк) Буду рада услышать ваше мнение в комментариях)

Виктор Ерофеев: Чужда ли России культура толерантности? | Культура и стиль жизни в Германии и Европе | DW

В 1995 году ЮНЕСКО приняла «Декларацию принципов терпимости» и учредила ежегодный праздник толерантности, который приходится на 16 ноября. Толерантность как понятие, разумеется, существовала всегда, это одна из основ мировой культуры. В наши времена толерантность включает в себя и политкорректность как инструмент цивилизованного общения.

Толерантность — ключевое понятие, которое очень многое расставляет по своим местам. Если вы за толерантность — вам в демократическое общество, исповедующее плюрализм взглядов, либеральную идеологию, готовность противостоять тоталитарным системам, террористическим государствам. Кроме того, вы как личность, признающая толерантность, очищаете себя от всякой расистской и националистической накипи, отрицаете изоляционизм, исключительность вашей религиозной конфессии, не терпите разделения людей по возрастным и образовательным признакам… Отрицаете, не терпите? Как же так? Ведь на то она и толерантность, что готова всё терпеть. Но как раз нетерпимости подлинная толерантность не терпит.

Виктор Ерофеев

Ну, а если вы против толерантности, то… То вполне возможно, что вы это скрываете. Почти любой авторитарный, репрессивный режим пользуется декорациями толерантности, изображает себя в своей пропаганде поклонником открытого общества, свободных выборов и прав человека. Мало в мире осталось государств, которые напролом идут против принципов толерантности, как, например, Северная Корея. Но в любом случае государства с однопартийной системой, диктаторские режимы с толерантностью не дружат, более того, иные ее проявления там подлежат уголовному преследованию.

Россия в ее сегодняшнем виде находится по отношению к толерантности в промежуточном положении, хотя, по моему мнению, движется (по крайней мере, на властном уровне) весьма успешно в сторону тех государств, которые утверждают свою национальную, суверенную истину и не считаются по существу с ценностями толерантности. В этом противостоянии толерантности Запада, с одной стороны, и слегка закамуфлированной нетерпимости официальной России к западным ценностям — с другой, и заключается основной конфликт двух систем, чреватый катастрофами, вплоть до глобальной войны.

В России исторически толерантность не обладает высоким позитивным потенциалом. Она ассоциируется со слабостью, «гнилым» компромиссом и сдачей позиций: «кто не за нас — тот против нас». На самой низкой линейке смыслов терпимость связана в народном сознании с домом терпимости. Тем не менее, принципы толерантности сегодня разделяют многие молодые люди, средний класс, люди искусства, ученые, оппозиционные партии и движения.

Кремлевская Россия, напротив, исповедует и поощряет культ силы, идею исключительности, проводит мысль о своем моральном, военном, историческом превосходстве над другими формами цивилизации. Даже в брежневском Советском Союзе идеология была поскромнее, поскольку на Западе, с точки зрения марксизма, жили не только идейные враги, но и братья по ментальности: рабочие и крестьяне.

Что касается современного Запада, то он не всегда точно определяет границы толерантности, которые, несомненно, существуют. Недаром, скажем, в Швеции возникла тема «репрессивной толерантности», которая готова принять любые ценности цивилизации и тем самым, в общем, лишает новые поколения самостоятельного выбора. Здесь возникает разговор о границах терпимости. Иными словами, если я признаю правоту ультраправых, националистов и неофашистов, то это уже не толерантность, а политическая глупость, которая может привести к распаду демократии.

В любом случае толерантность — это подвижная система, которая всякий раз должна реагировать на новую политическую реальность и соотносить ее со своими твердыми принципами. В Москве свободные диалоги о толерантности предлагает Центр толерантности при Еврейском музее. Они, конечно же, пригодятся для будущего России. Толерантность сама по себе станет символом перемен, когда и если, дай бог, они произойдут.

Виктор Ерофеев, писатель, литературовед, телеведущий, автор книг «Русская красавица», «Хороший Сталин», «Акимуды» и многих других, кавалер французского Ордена Почетного легиона.

 

Этот комментарий выражает личное мнение автора. Оно может не совпадать с мнением русской редакции и Deutsche Welle в целом.

 

Смотрите также:

  • Акция DW за многообразие и толерантность: «Мы — это Германия»

    #WeAreGermany

    Популярный в ФРГ комик Абделькарим (Abdelkarim) и знаменитая скрипачка Анне-Софи Муттер (Anne-Sophie Mutter) поддержали акцию DW «Мы — это Германия». Как и многие другие люди, они выступают за толерантность, общественное многообразие и диалог культур. DW распространяет эти ценности по всему миру, предлагая медиапродукцию на 30 языках.

  • Акция DW за многообразие и толерантность: «Мы — это Германия»

    #WeAreGermany

    Майке Крюгер из отдела культуры немецкой редакции и Элизабет Шоо из африканской редакции языка суахили поддержали акцию DW «Мы — это Германия». Они, как и многие другие, выступают за толерантность, общественное многообразие и диалог культур. DW распространяет эти ценности по всему миру, предлагая медиапродукцию на 30 языках.

  • Акция DW за многообразие и толерантность: «Мы — это Германия»

    #WeAreGermany

    Дирижер Даниэль Баренбойм (Daniel Barenboim) и актриса Лиз Бафё (Liz Baffoe) поддержали акцию DW «Мы — это Германия». Как и многие другие люди, они выступают за толерантность, общественное многообразие и диалог культур. DW распространяет эти ценности по всему миру, предлагая медиапродукцию на 30 языках.

  • Акция DW за многообразие и толерантность: «Мы — это Германия»

    #WeAreGermany

    Джафар Абдул Карим из арабской редакции и Яна Парайгис из отдела новостей немецкой редакции поддержали акцию DW «Мы — это Германия». Как и многие другие люди, они выступают за толерантность, общественное многообразие и диалог культур. DW распространяет эти ценности по всему миру, предлагая медиапродукцию на 30 языках.

  • Акция DW за многообразие и толерантность: «Мы — это Германия»

    #WeAreGermany

    Популярные комики Хапе Керкелинг (Hape Kerkeling) и Кайя Янар (Kaya Yanar) поддержали акцию DW «Мы — это Германия». Они, как и многие другие люди, выступают за толерантность, общественное многообразие и диалог культур. DW распространяет эти ценности по всему миру, предлагая медиапродукцию на 30 языках.

  • Акция DW за многообразие и толерантность: «Мы — это Германия»

    #WeAreGermany

    Дебарати Гуха из бенгальской редакции и Кристина Штерц из отдела культуры немецкой редакции поддержали акцию DW «Мы — это Германия». Как и многие другие, они выступают за толерантность, общественное многообразие и диалог культур. DW распространяет эти ценности по всему миру, предлагая медиапродукцию на 30 языках.

  • Акция DW за многообразие и толерантность: «Мы — это Германия»

    #WeAreGermany

    Интендант Бетховенского фестиваля в Бонне Ника Вагнер (Nike Wagner) и сценарист, кинорежиссер и продюсер Зюли Алада (Züli Aladag) поддержали акцию DW «Мы — это Германия». Они, как и многие другие, выступают за толерантность, общественное многообразие и диалог культур. DW распространяет эти ценности по всему миру, предлагая медиапродукцию на 30 языках.

  • Акция DW за многообразие и толерантность: «Мы — это Германия»

    #WeAreGermany

    Зейнаб Мохаммед-Ахмед из африканской редакции языка хауса и Йоша Вебер из спортивного отдела немецкой редакции поддержали акцию DW «Мы — это Германия». Они в числе тех, кто выступает за толерантность, общественное многообразие и диалог культур. DW распространяет эти ценности по всему миру, предлагая медиапродукцию на 30 языках.

  • Акция DW за многообразие и толерантность: «Мы — это Германия»

    #WeAreGermany

    Пиа Кастро из испанской редакции и Амрита Чима из английской редакции поддержали акцию DW «Мы — это Германия». Как и многие другие люди, они выступают за толерантность, общественное многообразие и диалог культур. DW распространяет эти ценности по всему миру, предлагая медиапродукцию на 30 языках.

  • Акция DW за многообразие и толерантность: «Мы — это Германия»

    #WeAreGermany

    Линдита Арапи из албанской редакции и Захар Бутырский из украинской редакции поддержали акцию DW «Мы — это Германия». Как и многие другие люди, они выступают за толерантность, общественное многообразие и диалог культур. DW распространяет эти ценности по всему миру, предлагая медиапродукцию на 30 языках.

    Автор: Александр Дельфинов


Марина Королева рассуждает о слове «толерантность» — Российская газета

Слово, которого, да будет вам известно, до сих пор нет в Толковых словарях русского языка!

Найти его можно разве что в словарях иностранных слов да в каких-то специальных словарях (например, методических терминов). От латинского tolerantia — терпимость. И это действительно терпимость, которую человек проявляет к кому-то или чему-то. В культурологии этот термин используют, чтобы обозначить понимание и уважение к другой культуре, к отличиям представителя другой культуры — этническим, национальным, расовым, религиозным, языковым.

Можно толерантно относиться к чужому образу жизни, к чужому поведению, к обычаям, мнениям, идеям.

На бумаге это действительно выглядит красиво, в жизни все иначе. Как замечает филолог Владимир Новиков в своем Словаре модных слов, люди простые это слово, толерантность, как правило, и знать не знают, а завзятые интеллектуалы как услышат его, так морщатся: только толерантности нам здесь не хватало! Религиозные взгляды не оскорбляй, на национальные одежды покоситься не вздумай, чернокожих не рискуй называть неграми, держи язык за зубами, слова не скажи о секс-меньшинствах…

Эдак, страшно и помыслить, до пресловутой западной политкорректности докатиться недолго!

Самому автору Словаря модных слов нравится и политкорректность, и толерантность, да и против терпимости он ничего не имеет: по его мнению, русское слово «терпимость» всегда звучало положительно, его не скомпрометировало даже сочетание «дом терпимости».

Со своей стороны, могу добавить, что слово толерантность — если и не само понятие, то хотя бы слово — явно завоевало себе место под солнцем в русском языке. Если сначала казалось, что слово ничего, кроме раздражения, не вызывает, то теперь уже очевидно: оно прижилось.

Правда, с самой толерантностью дела у нас обстоят не так хорошо, как хотелось бы, но пусть хоть слово будет.

А там, глядишь, и понятие за ним подтянется.

Толерантность / gymn52

Толерантность

«…Но нам действительно нужно вырабатывать новые подходы. И, несмотря на то, что мы иногда улыбались, когда говорили о новой советской общности, народе, на самом деле эта идея была абсолютно правильной. Другое дело, что такие конструкции, такие общности не на бумаге возникают и не по велению президентов или генеральных секретарей. Это результат многотрудной работы общества, десятилетней. Вспомним, что ещё 40 лет назад в Соединённых Штатах Америки представители разных рас и национальностей зачастую сидели на разных лавках, а сейчас это весьма толерантное общество. И нам не нужно стесняться учиться. Идея российской нации абсолютно продуктивна, и её не нужно стесняться».

Из выступления Д.А.Медведева на заседании Госсовета 27.12.10

ПОНЯТИЕ ТОЛЕРАНТНОСТИ

Толерантность означает уважение, принятие и правильное понимание богатого многообразия культур нашего мира, наших форм самовыражения и способов проявлений человеческой индивидуальности. Ей способствуют знания, открытость, общение и свобода мысли, совести и убеждений.

Толерантность — это не уступка, снисхождение или потворство. Толерантность — это прежде всего активное отношение, формируемое на основе признания универсальных прав и основных свобод человека.

Воспитание является наиболее эффективным средством предупреждения нетерпимости. Воспитание в духе толерантности начинается с обучения людей тому, в чем заключаются их общие права и свободы, дабы обеспечить осуществление этих прав, и с поощрения стремления к защите прав других.

Воспитание в духе толерантности должно быть направлено на противодействие влиянию, вызывающему чувство страха и отчуждения по отношению к другим. Оно должно способствовать формированию у молодежи навыков независимого мышления, критического осмысления и выработки суждений, основанных на моральных ценностях.

Декларация принципов толерантности.  (Утверждена резолюцией 5.61 генеральной конференции ЮНЕСКО от 16 ноября 1995 года).
 

Зачем современным школьникам приобретать навыки толерантности?

• из моральных соображений, если хотим жить в мире, в цивилизованном обществе
• навыки толерантности нужно формировать у приезжающих, чтобы они понимали как себя вести, чтобы не вызывать агрессию
• из-за терроризма возникает негативное отношение к людям других национальностей, это нужно искоренять
• для собственной безопасности
• мигрантов много, им нужно адаптироваться
• надо приучать детей быть терпимыми ко всем людям, все мы разные, надо общаться и жить в коллективе, одному не прожить
• развитие толерантности сейчас — безопасность будущего
• современный мир очень вариативен и быстро меняется, это поможет ребятам быстрее приспособиться к этим условиям
• агрессивность — бич нашего времени, надо искать пути решения
• навыки общения должны быть у всех, необходимо учить детей уступать друг другу, спокойно договариваться друг с другом
• надо создавать в классе демократическую атмосферу, воспитывать детей в духе мира, прививать уважение друг к другу, терпимо относиться ко всем , вне связи с национальной принадлежность людям
• навыки толерантности (нахождение компромиссов, выслушивание оппонентов) пригодятся в будущем
• толерантность — необходимый элемент системы ценностей, который д.б. у каждого человека
• существуют проблемы межкультурного взаимодействия, все должны владеть навыками толерантности
• сейчас многие думают только о себе, часто забывая о близких людях и других окружающих
• это повышает общий культурный уровень, сейчас много некультурных детей

Стратегия противодействия экстремизму в Российской Федерации до 2025 года

Толерантность | Лицей №34 г.Тюмени

«КАК ВОСПИТАТЬ ТОЛЕРАНТНОГО ЧЕЛОВЕКА?»

Проблемой обсуждения с родителями является вопрос «Как воспитать толерантного человека?». Толерантность человека, выходящего в большую жизнь, является фактором социализации и в значительной мере определяет успешность жизненного пути человека. Именно поэтому важнейшей задачей является формирование у подрастающего поколения умения строить взаимоотношения в процессе взаимодействия с окружающими на основе сотрудничества и взаимопонимания, готовности принять других людей и их взгляды, привычки такими, какие они есть.

Проблема, которая станет предметом нашего обсуждения, весьма актуальна «Как воспитать толерантного человека?» Необходимость ее решения продиктована тем, что толерантность человека, выходящего в большую жизнь, является фактором социализации и в значительной мере определяет успешность жизненного пути человека.

Толерантность – понятие достаточно новое, это:
– ценностное отношение человека к людям, выражающееся в признании, принятии и понимании им представителей иных культур;
– терпимость к чужим мнениям, верованиям, поведению.

Толерантность предполагает уважение к самобытному внутреннему миру ребенка, веру в победу доброго начала в межличностных отношениях, отказ от методов грубого понуждения и любых форм авторитаризма, позитивную лексику.
Как видим, толерантность – это не просто отдельно взятое качество, а результирующий фактор взаимосвязанных свойств личности. А потому, чтобы воспитать ребенка толерантным, необходимо учитывать то, что дети – зеркало отношений и характеров родителей. Поэтому для начала необходимо самим относиться к своему ребенку толерантно. Во-первых, не обижать его. Во-вторых, выслушивать его мнение и считаться с ним. В-третьих, уметь прощать обиды и просить прощения у ребенка. Это самый сложный момент, но в то же время и самый важный, поскольку у детей обостренное чувство справедливости. В-четвертых, уметь договариваться без ссор и разрушительных конфликтов. Под словосочетанием «разрушительный конфликт» подразумевается противостояние, которое наносит «противнику» ущерб, моральный или физический. Разумеется, что в повседневной жизни невозможно избежать противоречий интересов, желаний и мнений. Задача – обратить конфликт в конструктивный, вызвав ребенка к разговору о возникших противоречиях и к совместному принятию компромиссных решений. В-пятых, нельзя унижать достоинство ребенка – игнорировать его, проявлять неуважение к его увлечениям и т.п. В-шестых, не стоит заставлять ребенка с помощью силы делать то, что хочется вам.
Для того чтобы родители могли воспитывать детей в духе толерантности, нужно владеть соответствующими знаниями, а именно, родителям необходимо формировать у подростков систему ценностей, в основе которой лежат такие общие понятия, как согласие, компромисс, взаимное принятие и терпимость, прощение, ненасилие, сочувствия, понимание, сопереживание и т.п. От того, какой тип воспитания преобладает в семье, зависит, какой здесь вырастет человек. Главные методы воспитания в семье — это пример, общие с родителями занятия, беседы, поддержка подростка в разных делах, в решении проблем, привлечение его в разные виды деятельности в семье и вне ее.

Подросток осваивает социальные связи и роли в мире; становясь старше, он все больше ориентируется на ровесников и социальные институты. Родители, давая ему относительную свободу, должны быть надежным тылом для него, создавать у него чувство уверенности в трудной ситуации. Воспитывать толерантность в семье — значит прививать уважение, принятие и правильное понимание богатого многообразия культур нашего мира, наших форм самовыражения и способов проявлений человеческой индивидуальности.
Проявление толерантности означает, что каждый свободен, придерживаться своих убеждений и признает такое же право за другими. Это означает признание того, что люди по своей природе различаются по внешнему виду, положением, языком, поведением и ценностями и имеют право жить в мире и сохранять свою индивидуальность. Это также означает, что взгляды одного человека не могут быть навязанны другим. Необходимо укреплять дух толерантности и формировать отношения открытости, внимания одного к другому.
Первое испытание родителей на толерантность – принятие пола ребенка, когда вместо, скажем, долгожданного наследника, на свет появляется дочь. Это особенно важно, поскольку в первый год жизни нового человека формируется его базовое доверие к миру. И если ребенок не будет получать достаточно любви и внимания, у него может сформироваться враждебное отношение к миру, которое будет серьезно осложнять ему жизнь. В первый год жизни ребенка особое значение имеет мать, вообще этот период времени можно смело назвать годом матери. Именно она удовлетворяет все потребности малыша. Но, между тем, присутствие отца тоже имеет важное значение. Во-первых, именно он обеспечивает безопасность матери и ребенка и именно от его поведения зависит самочувствие матери. Во-вторых, ребенок смотрит на взаимоотношения родителей и то, что он видит, оказывает влияние на его будущую семью, дальнейшую жизнь и здоровье. Всем известно, что дочь надо воспитывать женственной и заложить в ней ценности материнства, а сыну следует привить чувство ответственности. Но самое главное – научить девочку благодарности, а мальчика заботливости. Ведь, если мальчик заботлив, то, став мужчиной, во имя достижения благополучия близких, он приложит все свои усилия, проявив и ум, и силу, и другие мужские качества. А благодарность – самое важное женское качество. Поскольку, если женщина благодарна, то хочется сделать для нее нечто большее, чем уже сделано и хочется ее радовать.
При воспитании ребенка надо также учитывать, что человеческий мозг запоминает абсолютно все. Вопрос лишь в том, отложится это в сознании или в подсознании. Воспитывать ребенка личным примером сложнее всего, но в тоже время и наиболее эффективно. Для того чтобы дочь выросла женственной, матери необходимо самой быть такою и учить ее опрятности и женской работе по дому. Большую роль в жизни девочки играет и отец, поскольку от того, как он с ней общается, зависит то, каких взаимоотношений она будет искать с мужчинами, когда вырастет. Сына-подростка следует воспитывать в спокойной строгости. Разумеется, это не означает, что его не надо любить.
Дети, на практике познающие, что такое уважение и терпимость по отношению к другим, получают основы, необходимые для созидания мира и развития сообщества. Действия, предпринятые ими для служения сообществу семьи, класса, школы, укрепляют их знания и делают возможным создание общества взаимного согласия, где живут в радости и гармонии. Независимо от позиции ребенка, его мировоззрения, уважительное отношение к нему является необходимым принципом воспитательного процесса. При в формировании толерантности этот принцип приобретает двойную значимость. Уважая и принимая позицию и мнение ребенка, при необходимости корректируя их, мы показываем ему пример толерантного отношения к человеку с иным взглядом на мир.

Тест для родителей «Пытаетесь ли Вы понять своего ребенка?»

Из трех ответов на каждый вопрос выберите один, затем подсчитайте,
каких ответов больше всего – А, Б, В.
1. Ребенок капризничает. Не ест суп, хотя всегда ел. Вы:
а) дадите ему другое блюдо;
б) разрешите выйти ему из-за стола;
в) не выпустите его из-за стола до тех пор, пока не съест все.
2. Ваш ребенок во дворе «круто» поссорился со сверстниками. Вы:
а) идете во двор и разбираетесь с детьми;
б) советуете ребенку самому уладить конфликт;
в) предлагаете остаться дома.
3. Ваш ребенок смотрит фильм, вместо того, чтобы делать уроки Вы:
а) начнете его ругать, кричать;
б) попытаетесь выяснить, почему он не делает уроки, возможно, сядете
рядом и разберете вместе с ним домашнее задание;
в) без слов выключите телевизор.
4. Ваш ребенок скрыл от Вас полученные двойки:
а) вы в гневе и за двойки, и за их сокрытие, запрещаете все, кроме уроков;
б) пытаетесь помочь исправить положение;
в) физически или как-нибудь иначе наказываете подростка.
5. Ваш сын (дочь) гораздо позже назначенного времени вернулся (ась) домой:
а) не выяснив причины, начинаете ругать;
б) обсудите случившееся, выясните, почему задержался и договоритесь,
что впредь опозданий не будет;
в) накажете.
Под каждой буквой прочтите мнение о себе.
А – это тип авторитарного родителя, который мало доверяет своему ребенку, мало понимает его потребности.
Б – это тип родителя, признающего право ребенка на личный опыт, даже ошибки, и пытающегося научить его отвечать за себя и свои поступки.
В – тип родителя, не пытающегося понять ребенка, основным его методом воспитания является порицание и наказание.

Вы оценили наедине с собой свою собственную толерантность и, возможно, теперь измените характер воспитательных действий в отношении своего ребенка. Природа не терпит пустоты. Если мы не заполним его душу чем-то добрым, найдется кто-то другой, который заполнит ее дурным.
Мы пришли с вами к выводу, что ребенка с самого рождения должна окружать родительская любовь, а модель отношений к людям, принятые в семье – их принятие или дружелюбное отношение к ним или подозрительность и недоверие – формируют толерантность ребенка.
1. Агрессивное поведение членов семьи в обыденных жизненных ситуациях: крики, ругань, хамство, унижение друг друга, взаимные упреки и оскорбления. Психологи считают, что ребенок проявляет агрессивность в несколько раз чаще там, где агрессию взрослых он видел ежедневно и где она стала нормой его жизни.

Если ребенка постоянно критиковать, он учится ненавидеть.
Если ребенок живет во вражде, он учится агрессивности.
Если ребенка высмеивают, он становится замкнутым.
Если ребенок растет в упреках, он учится жить с чувством вины.
Если ребенок растет в терпимости, он учится принимать других.
Если ребенка подбадривают, он учится верить в себя.
Если ребенок растет в честности, он учится быть справедливым.
Если ребенок растет в безопасности, он учится верить в себя.
Если ребенок живет в понимании и дружелюбии, он учится находить любовь в этом мире.

2. Непоследовательность родителей в обучении детей правилам и нормам поведения. У детей формируется нравственный стержень поведения: сегодня родителям удобно говорить одно, и они же навязывают эту линию поведения детям, завтра им удобно говорить другое, и это другое тоже навязывается.
Это приводит к растерянности, озлоблению, агрессии против родителей и других людей.
Если говорить о современном мире, то можно сказать, что он страшный, жестокий, разобщенный. В нашем мире страшно жить: страшно потерять сознание на улице, страшно идти вечером домой, страшно открывать дверь незнакомцу, страшно лететь на самолете. Но еще страшнее от мысли, что и наши дети, и наши внуки всю свою жизнь будут испытывать чувство недоверия и нетерпимости по отношению к окружающим. Поэтому в последнее время все чаще и чаще возникают разговоры о толерантном мире, т.е. мире без насилия и жестокости, мире, в котором самой главной ценностью является неповторимая и неприкосновенная человеческая личность. Но просто разбрасываться красивыми словами, конечно, недостаточно. Толерантность нужно воспитывать. Отсюда – ряд правил воспитания, связанные с темой нашего собрания:

1. Учитесь слушать и слышать своего ребенка.
2. Постарайтесь сделать так, чтобы только вы снимали его эмоциональное
напряжение.
3. Не запрещайте детям выражать отрицательные эмоции.
4. Умейте принять и любить его таким, каков он есть.
5. Повиновение, послушание и исполнительность будут там, где они предъявляются разумно. В этом случае в ребёнке будут черты толерантной личности
— терпение
— умение владеть собой
— доверие
— чуткость
— способность к сопереживанию
— снисходительность
— расположение к другим
— чувство юмора
— терпимость к различиям
— доброжелательность
— гуманизм
— любознательность
— умение слушать
— несклонность осуждать других
— альтруизм
Хотелось бы, чтобы в вашей семье всегда царила доброта, уважение, взаимопонимание, не было бы ни ссор, ни ругани. А что же для этого нужно?

Китайская притча «Ладная семья»
Жила-была на свете семья. Она была не простая. Более 100 человек насчитывалось в этой семье. И занимала она целое село. Так и жили всей семьей и всем селом. Вы скажете: ну и что, мало ли больших семейств на свете. Но дело в том, что семья была особая – мир и лад царили в той семье и, стало быть, на селе. Ни ссор, ни ругани, ни, Боже упаси, драк и раздоров. Дошел слух об этой семье до самого владыки страны. И он решил проверить, правду ли молвят люди. Прибыл он в село, и душа его возрадовалась: кругом чистота, красота, достаток и мир. Хорошо детям, спокойно старикам. Удивился владыка. Решил узнать, как жители села добились такого лада, пришел к главе семьи; расскажи, мол, как ты добиваешься такого согласия и мира в твоей семье. Тот взял лист бумаги и стал что-то писать писал долго – видно, не очень силен был в грамоте. Затем передал лист владыке. Тот взял бумагу и стал разбирать каракули старика. Разобрал с трудом и удивился. Три слова были начертаны на бумаге:
любовь;
прощение;
терпение.
И в конце листа: сто раз любовь, сто раз прощение, сто раз терпение. Прочел владыка и спросил:
— И все?
— Да, — ответил старик, — это и есть основа жизни всякой хорошей семьи.
И, подумав, добавил:
— И мира тоже.
Наше собрание близится к концу. Мы вместе должны помочь нашим детям овладеть навыками общения, умением критически мыслить, знаниями в области культуры, политики, прав человека, национальных отношений.
Однако вряд ли можно говорить о том, что у наших детей в результате наших совместных усилий толерантная позиция сформируется быстро. Ведь всякая жизненная позиция требует значительного времени, необходимого жизненного опыта. Процесс этот не завершается никогда. И это позволяет нам надеяться на успех.

Правила воспитания в духе толерантности

Секрет толерантности

Если ребенка постоянно критиковать, он учится ненавидеть.
Если ребенок живет во вражде, он учится агрессивности.
Если ребенка высмеивают, он становится замкнутым.
Если ребенок растет в упреках, он учится жить с чувством вины.
Если ребенок растет в терпимости, он учится принимать других.
Если ребенка подбадривают, он учится верить в себя.
Если ребенок растет в честности, он учится быть справедливым.
Если ребенок растет в безопасности, он учится верить в себя.
Если ребенок живет в понимании и дружелюбии, он учится находить любовь в этом мире.

1. Учитесь слушать и слышать своего ребенка.
2. Постарайтесь сделать так, чтобы только вы снимали его эмоциональное
напряжение.
3. Не запрещайте детям выражать отрицательные эмоции.
4. Умейте принять и любить его таким, каков он есть.
5. Повиновение, послушание и исполнительность будут там, где они предъявляются разумно. В этом случае в ребёнке будут черты толерантной личности
— терпение
— умение владеть собой
— доверие
— чуткость
— способность к сопереживанию
— снисходительность
— расположение к другим
— чувство юмора
— терпимость к различиям
— доброжелательность
— гуманизм
— любознательность
— умение слушать
— несклонность осуждать других
— альтруизм
Хотелось бы, чтобы в вашей семье всегда царила доброта, уважение, взаимопонимание, не было бы ни ссор, ни ругани.

Что такое толерантность?

Что такое толерантность?
Это принятые в социальной среде нормы поведения, которые выражаются в терпимости людей друг к другу, вероисповеданиям, обычаям и чувствам. Можно сказать, что основой толерантности принято считать право на выражение мыслей и личную свободу каждого человека.
Это то, что делает возможным достижение мира  и  ведет от культуры войны к культуре мира.
Это человеческая добродетель: искусство жить  в  мире разных людей и идей,  способность  иметь  права  и  свободы,  при  этом,  не нарушая прав и свобод других людей.
Под толерантностью не подразумевается уступка чужим убеждениям, снисхождение или потворство, терпимости к социальной несправедливости; она не равносильна безразличию. Быть толерантным не означает отказа от своих убеждений, принятия иного мировоззрения (образа жизни), а также навязывания своих убеждений другим людям.
Поддержание в среде людей духа партнерства и паритета.
В настоящее время люди в нашей стране и во всем мире все чаще задают себе вопрос: «Как стать толерантным человеком?».
•    Проявления толерантности к нетрадиционным взглядам на жизнь и понятиям меньшинства должны быть обоснованы логикой и здравым смыслом;
•    Рассматривать принятие тех или иных позиций необходимо руководствуясь законами и традициями, принятыми в обществе;
•    Необходимо четко знать и осознавать пределы терпимости;
•    Толерантность не должна перерасти во вседозволенность и попирание истинных ценностей.
Мы все такие разные. Между нами существуют некоторые противоречия, и мы рьяно отстаиваем свою точку зрения, но часто не смотрим в ее суть. Добиваясь победы, мы стремимся поскорее разрушить все то, что против нас, и такую победу считаем доказательством своей силы.
Но силой является не разрушение, а созидание. Настоящей силой будет признание за другими людьми права на собственное мировоззрение, другими словами, толерантность. Независимо от титулов и званий, состояния здоровья и финансового положения все люди равны, и не уважать в равной мере каждого, значит, не уважать в первую очередь себя.
Для того, чтобы наше общество стало толерантным, необходимо воспитывать и прививать молодежи терпимость, основанную на стандартах морали и нравственности.

(Не)толерантность молодежи в межэтнических отношениях (на примере Томска)


Please use this identifier to cite or link to this item: http://earchive.tpu.ru/handle/11683/47156

Title: (Не)толерантность молодежи в межэтнических отношениях (на примере Томска)
Other Titles: (In)tolerance of youth in ethic relation (Tomsk region)
Authors: Сухушина, Елена Валерьевна
Абрамова, Мария Олеговна
Рыкун, Артем Юрьевич
Keywords: толерантность; межэтнические отношения; молодежь; миграция; мультикультурализм; tolerance; youth; migration; multiculturalism
Issue Date: 2018
Publisher: Томский политехнический университет
Citation: Сухушина Е. В. (Не)толерантность молодежи в межэтнических отношениях (на примере Томска) / Е. В. Сухушина, М. О. Абрамова, А. Ю. Рыкун // Вестник науки Сибири. — 2018. — № 1 (28). — [С. 64-77].
Abstract: Актуальность исследования вытекает из глобализации, охватившей современный мир и предполагающей частое столкновение человека с «иным». Толерантность в ситуации, когда межэтнические конфликты становятся преобладающей формой насилия с большой кровопролитностью, выступает механизмом обеспечения нормального функционирования общества. Целью исследования является рассмотрение толерантности и специфики позиции молодежи относительно вопроса межэтнических отношений. Анализируется «Декларация принципов терпимости» как основной документ, фиксирующий требования толерантности. Кратко рассматривается история понятия толерантности, развивавшегося в рамках концепций либерализма. Отдельное внимание уделяется теории Майкла Уолцера, выделявшего пять типов установок, на которых может основываться терпимость, а также концепции мультикультурализма Уилла Кимлика. Приводятся результаты эмпирического исследования, проведенного в городе Томске. Методы: полуструктурированные интервью с молодыми людьми, представляющими как коренное население, так и мигрантов. Результаты исследования демонстрируют, что вопрос межэтнического взаимодействия не относится к числу приоритетных в сознании информантов, а г. Томск воспринимается как толерантный в отношении мигрантов. Полученные данные соотносятся с теорией Майкла Уолцера: у информантов из числа коренного населения наблюдается вторая установка (безразличие к наблюдаемым различиям) и третья (признание, что другие имеют те же самые права). В то же время исследование показывает разрыв между открыто заявляемой «политкорректной» точкой зрения и полным спектром переживаний, связанных с представителями других национальностей, которые не всегда носят положительный характер.
The relevance of the research follows from globalization encompassing the modern world and supposing frequent encounters with «the different». When inter-ethnic conflicts become the dominating form of highly bloody violence, tolerance serves as a mechanism to provide normal functioning of the society. The declaration of principles on tolerancе is being analyzed as the main document recording requirements of tolerance. The article briefly covers history of the term «tolerance» which was developed within concepts of liberalism. Particular attention is given to the theory of Michael Walzer who defined five regimes of tolerance and concepts of multiculturalism by W. Kymlicka. The research shows the results of the empirical research conducted in Tomsk by the method of semi-structured interviews of Tomsk youth and young migrants. Results of this research demonstrate that informants do not find inter-ethnic cooperation to be of top priority and regard Tomsk as a city tolerant to migrants. The data obtained matched the theory of Michael Walzer: the native interviewees fell into the second (indifference to the differences being observed) and the third (recognition that the others possess the equal rights) regimes. In the meantime, the research shows that a gap between the openly declared and politically correct point of view and the full spectrum of disturbance related to other nationals which are not always positive.
URI: http://earchive.tpu.ru/handle/11683/47156
ISSN: 2226-0064
Appears in Collections:Векторы благополучия: экономика и социум

Items in DSpace are protected by copyright, with all rights reserved, unless otherwise indicated.

Терпимость, широко неправильно понимаемая добродетель — католический стандарт

Терпимость сегодня часто обсуждается в значении, далеком от ее первоначального определения. Это стало означать согласие или поддержку того, что кто-то говорит или делает; считается терпимым в той мере, в какой он соглашается со словами или поведением другого.

Однако, если кто-то поддерживает позицию или действия другого, не нужно «терпеть» это. Мы не терпим того, что любим; мы терпим то, что ненавидим; мы терпим людей, с которыми не согласны, а не наших родственных душ.

Стэнфордская энциклопедия философии определяет толерантность следующим образом:

Терпимость — от латинского tolerare : мириться, поддерживать или страдать — обычно относится к условному принятию или невмешательству в убеждения, действия или практики, которые человек считает неправильными, но все же «терпимыми», таким образом, что они не должны быть запрещены или ограничены [1].

Далее проводится различие, которое сегодня часто теряется.

Для концепции толерантности важно то, что терпимые убеждения или практики считаются нежелательными и в важном смысле неправильными или плохими. Если этот компонент возражения ( ср. King 1976, 44-54) отсутствует, мы говорим не о «терпимости», а о «безразличии» или «утверждении» [2].

Другими словами, по определению, толерантность включает в себя размещение чего-то, что считается неправильным или неприятным, но не , поэтому неправильным или неприятным, что это должно быть запрещено в каждом случае.Терпимость не , а не , подразумевает, что мы одобряем терпимое как нечто хорошее. Этот важный момент игнорируется теми, кто настаивает на том, что неодобрение является признаком нетерпимости.

Правильно определенная толерантность — это хорошо и необходимо, , но, как и большинство хороших вещей, она имеет свои пределы. Терпимость важна в несовершенном мире. Без него народы могут начать войну из-за простых человеческих недостатков. У всех нас есть друзья и члены семьи, которые нам нравятся, но у которых есть черты, которые нас раздражают (как и все люди).Без терпимости мы были бы заблокированы в бесплодной попытке переделать каждого человека так, чтобы он был «идеальным» для нас. Мы терпим менее желательные качества людей ради более высоких целей, таких как гармония, дружба, уважение, милосердие и доброта.

Однако должны быть пределы допуска. Некоторые моменты в человеческих отношениях, которые «нарушают условия сделки». Есть — это вещей, которые нельзя терпеть. Например, серьезная и упорная ложь подрывает доверие, необходимое для отношений.Поведение, которое подвергает опасности одну или обе стороны (физически или духовно), может привести к необходимости прекращения отношений или, по крайней мере, установления твердых границ внутри них.

В более широком обществе толерантность также имеет необходимые пределы. Например, мы ценим свободу приходить и уходить, когда нам заблагорассудится, и хорошо терпеть приходы и уходы других, даже если мы не одобряем то, куда они идут. Без этой общей терпимости к движению все остановилось бы.Чтобы иметь возможность свободно приходить и уходить, мы миримся с некоторыми из его менее желательных аспектов. Однако мы не разрешаем людям ездить по тротуарам или включать красный свет. Мы также не разрешаем взлом и проникновение или нарушение законных прав собственности. Мы также ограничиваем доступ несовершеннолетних без сопровождения взрослых в определенные заведения. По сути, каждый справедливый закон кодирует некий предел терпимости. Консерваторы и либералы спорят о том, какие ограничения должен наложить закон, но оба хотят ввести или ограничений.Даже либертарианцы, желая в целом меньшего государственного вмешательства, видят роль некоторых законов и ограничений; они не анархисты.

Таким образом, современная борьба с проблемой толерантности выглядит двоякой:

  • Определение толерантности — Многие люди сегодня приравнивают толерантность к одобрению, теряя существенную часть ее определения: толерантность подразумевает «терпимость» к людям или вещам, с которыми мы не согласны.
  • Пределы толерантности — В нашем современном мире нас просят терпеть все более дурное поведение.По большей части это связано с сексуальными вопросами. Сторонники сексуальной распущенности требуют большей терпимости к ней, несмотря на тот факт, что такое поведение приводит к болезням, абортам, подростковой беременности, неполным семьям, разводам и всем бедам, которые сопровождают упадок семейной структуры. Сторонники абортов требуют терпимости к тому, что они защищают, несмотря на то, что аборт приводит к смерти невинного человека. Многие верующие считают, что в таких случаях границы терпимости были превышены.

Сближение? Споры о толерантности и ее пределах не новы, но они кажутся более интенсивными сегодня, когда, кажется, так мало разделяемых моральных взглядов. Одним из путей продвижения вперед могло бы стать возвращение к правильному определению толерантности. Возможно, если мы перестанем (неправильно) приравнивать терпимость к одобрению, в этих дебатах можно будет добиться атмосферы большего уважения. Просить терпимости не всегда неправильно, но требовать одобрения — нет.

Рассмотрим дебаты по поводу гомосексуальной активности. Многие верующие, по крайней мере те, кто придерживается библейских взглядов, считают гомосексуальное поведение морально неправильным. То же самое верно и для гетеросексуальных отношений вне брака (один мужчина / одна женщина), таких как блуд, прелюбодеяние, полигамия и инцест. Поскольку мы не одобряем гомосексуальную активность, нас часто называют нетерпимыми (а также многими другими вещами, такими как гомофобия, фанатизм и ненависть).

На самом деле проблема не в допуске. Большинство христиан готовы мириться с тем, что люди «делают в своих спальнях то, что мы не одобряем».Пока мы не сталкиваемся с таким поведением напрямую и не говорим, что должны одобрять его, мы обычно не вмешиваемся в личную жизнь людей. Однако в наше время произошло то, что одобрения требуется для поведения, которое мы считаем аморальным, а когда мы отказываемся одобрять, нас называют нетерпимыми. Это неправильное употребление термина.

Наши возражения возникают не из фанатизма или ненависти (как утверждают некоторые), а из принципиальной, библейской позиции. Наше неодобрение, ipso facto , не делает нас фанатиками или ненавистниками.Это также не означает, что мы нетерпимы или стремимся принудительно положить конец поведению, которое не считаем хорошим. Очень немногие христиане, от которых я когда-либо слышал, просят полицию войти в спальни и произвести аресты.

Мы не нетерпимы; мы просто не одобряем гомосексуальных отношений. Согласно правильному определению терпимости, именно сам факт нашего неодобрения позволяет нам проявлять терпимость в этой области.

Наконец, я предлагаю подумать о том, кому действительно «принадлежит» толерантность. Противники традиционного христианства часто заявляют о высоком уровне терпимости для себя, но парадоксальным результатом этого отношения «святее, чем ты» является усиление нетерпимости к христианской вере со стороны самопровозглашенных толерантных людей. Законодательные ограничения на провозглашение христианской веры на публичных площадях усиливаются. Исключение католических благотворительных организаций из получения государственного финансирования, если они настаивают на соблюдении принципов веры, также становится все более распространенным явлением.В других частях мира, где свобода слова менее защищена, католические священники и епископы были привлечены к ответственности и даже арестованы за «язык вражды», потому что они проповедуют традиционную библейскую мораль. Мне все это не кажется терпимым!

Нашим оппонентам не нужно одобрять наши убеждения, но они должны проявлять к нам большую терпимость — , по крайней мере, такую ​​же терпимость, которую они от нас просят.


О парадоксе терпимости

Это не повод для принятия законов против языка ненависти.Напротив, Поппер, похоже, назвал такие законы «неразумными».

По мнению Поппера, нетерпимость — это , а не , которое нужно использовать, когда высказывание нетерпимых идей может причинить вам дискомфорт, или когда эти идеи кажутся невежливыми, или когда они действительно злят вас. Нетерпимость — если это подходящее слово — оправдана только тогда, когда мы уже сталкиваемся с «кулаками и пистолетами» или, предположительно, хуже.

Мы знаем это не только из внимательного прочтения процитированных мною отрывков, но и из более широкого взгляда на Открытое общество и его враги .Вся книга представляет собой изложение нетерпимых идей, их анализ и последовательную аргументированную защиту плюрализма. Здесь Поппер проявил себя либералом; его первым прибежищем был рациональный аргумент. Только в сноске он рассмотрел возможность применения насилия, и сделал это с явным пренебрежением.

Либералы должны решить всегда предпочесть разум и аргументы насилию. Отклониться от этого принципа — значит перевернуть иерархию моральных предпочтений, которая в первую очередь дает либерализму его превосходство.Это значит стать похожим на наших врагов, по крайней мере, в выборе методов. Поступить так — значит признать обвинение в лицемерии крайне правым.

Так вот, время от времени прибегая к нетерпимым методам, то есть стремясь к самообороне перед лицом угрозы либеральному порядку, может означать отказ от своего рода философской последовательности. Однако далеко не ясно, что это так ужасно для мышления Поппера. В другом месте той же работы Поппер утверждал, что все формы суверенитета влекут за собой непоследовательность и либеральный суверенитет не меньше, чем любые другие.Он считал это результатом глубокой путаницы в истории политической мысли, ошибочно сделавшей государство упорядочивающим принципом нашей общественной жизни. Его парадокс терпимости был призван поддержать это утверждение.

Требует ли демократия терпимости к нетерпимым? Парадокс Карла Поппера

Фото с Wikimedia Commons

За последние несколько лет, когда крайне правым националистам запретили доступ в социальные сети, агрессивным экстремистам грозят бойкоты или учреждения отказываются предоставлять платформу расистам, раздался фальшивый возмущенный стон: «Так много для терпимых левых! ” «Вот вам и либеральная толерантность!» Жалоба стала настолько банальной, что превратилась в уже избитый мем.Удивительно, что кто-то думает, что эта фраза имеет риторическую силу. Уравнение терпимости с уступчивостью, пассивностью или полным отсутствием границ — это reductio ad absurdum , обнажающее слово значения. Можно только посмеяться над несерьезными характеристиками, которые так насилуют разум.

Понятие терпимости имеет долгую и сложную историю в моральной и политической философии именно из-за множества проблем, которые возникают, когда это слово используется без критического контекста.В некоторых абсурдных обычаях 21 века терпимость даже смешивается с принятием, одобрением и любовью. Но исторически это означало обратное — невмешательство в то, что человек не любит или презирает. У такого невмешательства должны быть пределы. Как писал Гете в 1829 году, «терпимость должна быть лишь временным отношением; это должно привести к признанию. Терпеть — значит оскорблять ». Терпимость по своей природе существует в состоянии социальной напряженности.

Согласно практически любой концепции либеральной демократии, свободное и открытое общество требует напряженных дебатов и словесных конфликтов.Утверждается, что общество только укрепляется часто спорным взаимодействием различных, даже нетерпимых, точек зрения. Итак, когда такие взгляды приближаются к пределам терпимости? Один из самых известных парадоксов толерантности был описан австрийским философом Карлом Поппером в его книге «Открытое общество и его враги» 1945 года.

Поппер был нерелигиозным евреем, который стал свидетелем подъема нацизма в 20-х годах в своем родном городе Вена и бежал в Англию, а затем в 1937 году в Крайстчерч, Новая Зеландия, где он был назначен лектором в Кентерберийском колледже (ныне Университет им. Кентербери).Там он написал The Open Society , где знаменитый отрывок фигурирует в сноске:

Неограниченный допуск должен вести к исчезновению допуска. Если мы проявим неограниченную терпимость даже к нетерпимым, если мы не готовы защищать толерантное общество от нападения нетерпимых, тогда толерантность будет уничтожена, а толерантность — вместе с ними. — В этой формулировке я, например, не подразумеваю, что мы всегда должны подавлять высказывания нетерпимых философий; до тех пор, пока мы можем противостоять им с помощью рациональных аргументов и сдерживать их с помощью общественного мнения, подавление, безусловно, было бы неразумным.Но мы должны претендовать на право подавить их, если необходимо, даже силой; ибо легко может оказаться, что они не готовы встретиться с нами на уровне рациональных аргументов, но начнут с осуждения всех аргументов; они могут запретить своим последователям выслушивать рациональные аргументы, потому что они обманчивы, и научить их отвечать на аргументы, используя свои кулаки или пистолеты. Поэтому во имя терпимости мы должны требовать права не терпеть нетерпимых.

Это последнее предложение «напечатано на тысячах наклеек на бамперы и магнитах на холодильник», — пишет Уилл Харви из Stuff.Цитата может стать почти такой же повсеместной, как фраза Вольтера о «защите до смерти» права на свободу слова (слова, на самом деле написанные английской писательницей Беатрис Эвелин Холл). Поппер видел, как фашизм цинично использовал либеральную терпимость, чтобы закрепиться и спровоцировать преследования, жестокие нападения и, в конечном итоге, геноцид. Как он пишет в своей автобиографии, он видел, как «конкурирующие правые партии превосходили друг друга в своей враждебности по отношению к евреям».

Формулировка Поппера использовалась во всем политическом спектре, а иногда и в доводах против гражданской защиты некоторых религиозных сект, придерживающихся нетерпимых взглядов, — категории, которая включает в себя приверженцев почти всех основных вероисповеданий.Но это заблуждение. Линия для Поппера заключается не в простом существовании исключающих или нетерпимых убеждений или философий, какими бы реакционными или презренными они ни были, а в открытом подстрекательстве к преследованию и насилию в отношении других, которые, как он утверждал, должны рассматриваться как преступные и подавляться, «если необходимо, — продолжает он в сноске, — «даже силой», если общественного неодобрения недостаточно.

Согласно этой логике, решительное сопротивление тем, кто призывает и проводит расовое насилие и этнические чистки, является необходимой защитой толерантного общества.Игнорирование или разрешение таких действий во имя терпимости ведет к кошмарным событиям, из которых сбежал Поппер в Европе, или к ужасающим массовым убийствам в двух мечетях в Крайстчерче в этом месяце, которые преднамеренно повторяли зверства нацистов. Таких отголосков слишком много, от массовых убийств в синагогах до концентрационных лагерей для похищенных детей, и все они окружены эхом камеры безудержного подстрекательства со стороны как государственных, так и негосударственных субъектов.

Поппер признал неизбежность и здоровую необходимость социальных конфликтов, но он также подтвердил ценности сотрудничества и взаимного признания, без которых либеральная демократия не может выжить.С момента публикации «Открытое общество и его враги » его парадокс толерантности выдержал десятилетия критики и пересмотра. Как писал Джон Хорган в предисловии к интервью с мыслителем 1992 года, за два года до его смерти, «старая шутка о Поппере» переименовывает книгу « Открытое общество одним из его врагов ».

Не проявив хорошего юмора, критики высмеивали либерализм Поппера как догматический и сам по себе фашистскую идеологию, которая неизбежно ведет к нетерпимости по отношению к меньшинствам.На вопрос о том, кто решает, какие представления следует подавлять, и как ответить, непросто. Поппер любил говорить, что приветствует критику, но он отказывался мириться с взглядами, которые отвергают разум, факты и аргументы, чтобы подстрекать и совершать насилие и преследования. Трудно представить себе какое-либо демократическое общество, которое продержится долго, если оно решит, что такая терпимость, хотя и вызывает возражения, терпима. Вопрос, «в наши дни», — пишет Харви, — «сможет ли толерантное общество выжить в Интернете?»

Связанное содержание:

20 000 американцев проводят пронацистский митинг в Мэдисон-Сквер-Гарден в 1939 году: леденящее кровь видео вновь запечатлевает потерянную главу в истории США

Как Гитлер пришел к власти? : Новая анимация TED-ED представляет собой пример того, как фашисты избираются демократическим путем

Редкая аудиозапись 1940 года: Томас Манн объясняет скрытые мотивы нацистов для распространения антисемитизма

Джош Джонс — писатель и музыкант из Дарема, Северная Каролина.Следуйте за ним на @jdmagness


Почему либералы не так терпимы, как они думают

Мэтью Хатсон — научный писатель из Нью-Йорка и автор книги «7 законов магического мышления: как иррациональные убеждения» делают нас счастливыми, здоровыми и разумными.

В марте студенты колледжа Миддлбери сорвали лекцию консервативного политолога Чарльза Мюррея, потому что не согласились с некоторыми из его работ. В прошлом месяце Калифорнийский университет в Беркли отменил лекцию консервативного комментатора Энн Коултер из-за опасений за ее безопасность — всего через два месяца после того, как консервативный писатель Майло Яннопулос отозвал приглашение из-за жестоких протестов.Средства массовой информации справа разыграли инциденты как свидетельство растущей недальновидности левых.

В течение многих лет консерваторов клеймили как нетерпимых, часто не зря. Но консерваторы скажут вам, что либералы демонстрируют собственную нетерпимость, используя критику политической корректности как орудие угнетения. Это стало привычной темой во время кампании 2016 года. После выборов Шон МакЭлви, политический аналитик прогрессивной группы Demos Action, сообщил, что Дональд Трамп получил самую сильную поддержку среди американцев, которые считали, что белые и христиане сталкиваются с «большой» дискриминацией.Спенсер Гринберг, математик, который управляет веб-сайтом, посвященным совершенствованию процесса принятия решений, обнаружил, что одним из главных факторов, предсказывающих голосование за Трампа после присоединения к партии, было неприятие политкорректности — избиратели Трампа чувствовали себя подавленными.

Так кто же прав? Консерваторы более предвзяты, чем либералы, или наоборот? Исследования, проведенные на протяжении многих лет, показали, что в промышленно развитых странах социальные консерваторы и религиозные фундаменталисты обладают психологическими чертами, такими как оценка соответствия и стремление к определенности, которые склонны предрасполагать людей к предрассудкам.Между тем либералы и нерелигиозные, как правило, более открыты для нового опыта, а эта черта связана с меньшими предрассудками. Таким образом, можно ожидать, что, какой бы ни была собственная идеология каждой группы, консерваторы и христиане должны быть по своей сути более дискриминационными в целом.

Но более поздние психологические исследования, некоторые из которых были представлены в январе на ежегодном собрании Общества психологии личности и социальной психологии (SPSP), показывают, что все не так просто. Эти данные подтверждают, что консерваторы, либералы, религиозные и нерелигиозные предубеждены против тех, кто придерживается противоположных взглядов.Но, что удивительно, в каждой группе примерно одинаково предвзятых людей. Хотя либералам может нравиться думать о себе как о более непредубежденных, они не более терпимы к людям, в отличие от них, чем их консервативные коллеги.

У политического взаимопонимания наконец-то появился бы шанс, если бы мы сначала отложили в сторону спор о том, у кого есть эта более серьезная проблема. Правда в том, что все мы делаем.

***

Когда Марк Брандт, психолог , получивший образование в Америке, который сейчас работает в Тилбургском университете в Нидерландах, впервые поступил в аспирантуру, он задавался вопросом, почему члены групп, поддерживающих толерантность, так часто проявляют нетерпимость.«Я понял, что в литературе есть потенциальное противоречие», — сказал он мне. «С одной стороны, у либералов есть различные черты характера и моральные ценности, которые должны защищать их от выражения предубеждений. С другой стороны, люди склонны выражать предубеждение против людей, не разделяющих их ценностей ». Итак, если вы цените непредвзятость, как утверждают либералы, и считаете другую группу предвзятой, может ли их предполагаемое предубеждение на самом деле усилить ваше предубеждение против них?

Брандт подошел к этому вопросу вместе с Джеффри Ветереллом и Кристин Рейна в статье 2013 года, опубликованной в журнале Social Psychological and Personality Science .Они спрашивали самых разных американцев об их политических идеологиях; насколько они ценили традиционализм, эгалитаризм и уверенность в своих силах; и их чувства к восьми группам людей, четыре из которых либеральные (феминистки, атеисты, левые протестующие и сторонники выбора) и четыре из них консервативные (сторонники традиционной семьи, религиозные фундаменталисты, протестующие против чаепития и люди, выступающие за жизнь) . Участники сообщили, насколько каждая группа нарушает свои «основные ценности и убеждения», и оценили, насколько они поддерживают дискриминацию по отношению к этой группе, оценив свое согласие с такими утверждениями, как «Феминисткам не должно быть позволено выступать с речью в этом городе» и «Люди Prolife заслуживают любого преследования, которое они получают.”

Как и предполагалось, консерваторы были более дискриминационными, чем либералы, по отношению к либеральным группам, а либералы — более дискриминационными, чем консерваторы, по отношению к консервативным группам. Дискриминация консерваторов была вызвана их более высоким традиционализмом и явным нарушением либеральными группами своих ценностей. Дискриминация либералов была вызвана их более низким традиционализмом и явным нарушением консервативными группами своих ценностей. Ситуация усложняется тем, что консерваторы высоко ценили уверенность в своих силах, что ослабляло их дискриминацию по отношению к либеральным группам, возможно, потому, что уверенность в себе связана со свободой верить или делать то, что хочется.А либералы высоко ценили универсализм, который ослаблял их дискриминацию по отношению к консервативным группам, вероятно, потому, что универсализм поддерживает принятие всех.

Но эти различия не повлияли на общую картину: либералы были столь же дискриминационными по отношению к консервативным группам, как консерваторы по отношению к либеральным группам. И выводы Брандта нашли отклик в других источниках: независимо и одновременно лаборатории Джона Чемберса из Университета Сент-Луиса и Джаррета Кроуфорда из колледжа Нью-Джерси также обнаружили примерно равные предубеждения среди консерваторов и либералов.

Последние исследования завершили картину двух враждующих племен, мало терпимых друг к другу. Согласно статье Брандта и Дэрила Ван Тонгерен, опубликованной в январе в журнале Journal of Personality and Social Psychology , не только консерваторы несправедливо оклеветаны как более предвзятые, чем либералы, но и религиозные фундаменталисты в некоторой степени несправедливо оклеветаны как более предвзятые, чем атеисты. Безусловно, они обнаружили, что люди с высоким уровнем религиозного фундаментализма были более холодными и бесчеловечными по отношению к людям с низким уровнем воспринимаемого фундаментализма (атеисты, геи и лесбиянки, либералы и феминистки), чем люди с низким уровнем фундаментализма по отношению к людям с высоким уровнем воспринимаемого фундаментализма (католики, Чаепитие, консерваторы и христиане).Но этот пробел в предрассудках существовал только в том случае, если сила религиозных убеждений воспринимающего также была очень высокой. В остальном представители всех сторон фундаменталистского спектра смотрели друг на друга одинаково косо. И хотя либералы и нерелигиозные иногда защищают себя как нетерпимые к нетерпимости, они не могут утверждать эту линию как свою собственную. В исследовании предвзятость с обеих сторон в значительной степени была вызвана тем, что противостоящие группы ограничивали личную свободу.

Другие исследователи пришли к аналогичным результатам.Филип Узаревич из Католического университета Лувена в Белигиуме сообщил предварительные данные, показывающие, что христиане были более предвзяты против китайцев, мусульман и буддистов, чем атеисты и агностики, но они были менее предвзяты, чем атеисты и агностики, против католиков, анти-геев активисты и религиозные фундаменталисты (атеисты выражают более холодные чувства, чем агностики). Итак, опять же, у религиозных и нерелигиозных есть свои особые цели предубеждений. Возможно, более удивительно то, что атеисты и агностики были менее открыты для альтернативных мнений, чем христиане, и сообщали о большей экзистенциальной уверенности.Узаревич предположил мне после конференции SPSP, что эти результаты могут быть специфическими для местоположения исследования, Западной Европы, которая сильно секуляризована и где нерелигиозные, в отличие от христиан, «не имеют так много возможностей и мотивации для интеграции идей, бросающих вызов их собственным. ”

Если либерализм и секуляризм не заглушают предрассудки, вы можете догадаться, что Брандт обнаружил об интеллекте. В исследовании, опубликованном в прошлом году в журнале Social Psychological and Personality Science , он подтвердил более ранние выводы, связывающие низкий интеллект с предубеждениями, но показал, что это было сделано только против определенных групп.Низкие когнитивные способности (измеренные с помощью словарного теста) коррелируют с предвзятостью в отношении латиноамериканцев, американцев азиатского происхождения, атеистов, геев и лесбиянок, чернокожих, мусульман, нелегальных иммигрантов, либералов, белых, социальных пособий и феминисток. Высокие когнитивные способности коррелируют с предубеждением против христианских фундаменталистов, крупного бизнеса, христиан (в целом), «чаепития», военных, консерваторов, католиков, людей рабочего класса, богатых людей и людей среднего класса. Но сам по себе необработанный ум, кажется, не является решающим фактором в том, кого мы ненавидим: когда Брандт контролировал демографию и традиционализм участников (умные люди больше поддерживали «новый образ жизни» и меньше поддерживали «традиционные семейные узы»), интеллект не коррелировал с общим уровнем предубеждений.

***

Так в чем же корень нашего предубеждения о равных возможностях? Консерваторы предвзято относятся к феминисткам и другим левым группам, а либералы предвзято относятся к фундаменталистам и другим правым группам, но действительно ли это по политическим причинам? Или есть что-то в определенных социальных группах помимо их предполагаемой политической идеологии, что заставляет либералов и консерваторов не любить их? Феминистки и фундаменталисты различаются по многим параметрам, выходящим за рамки чистой политики: география, демография, социальный статус, музыкальные вкусы.

В статье, готовящейся к публикации в журнале Psychological Science , Брандт попытался ответить на эти вопросы, построив модели прогнозирования, чтобы оценить не только то, увеличат ли чьи-то политические взгляды положительные или отрицательные чувства к целевой группе, но также точно, насколько и какие аспекты группа затронула эти чувства больше всего.

Во-первых, Брандт использовал опросы американцев для оценки воспринимаемых черт 42 социальных групп, включая демократов, католиков, геев, лесбиянок и хипстеров.Насколько консервативными, традиционными и высокостатусными были типичные члены этих групп? И какой у них был выбор в отношении членства в группе? (Некоторые вещи считаются более генетическими, чем другие — гимн Леди Гаги «Born This Way» был принят гомосексуалистами, а не хипстерами.) Затем он посмотрел на данные национального опроса о выборах, в котором людей спрашивали об их политической ориентации и о том, насколько тепло или холодно они чувства были к этим 42 группам.

Консервативные политические взгляды коррелировали с холодным отношением к либералам, геям и лесбиянкам, трансгендерам, феминисткам, атеистам, людям, получающим пособие, нелегальным иммигрантам, черным, ученым, латиноамериканцам, профсоюзам, буддистам, мусульманам, хиппи, хипстерам, демократам, готы, иммигранты, люди из низшего сословия и ботаники.Либеральные политические взгляды, с другой стороны, коррелировали с холодным отношением к консерваторам, христианским фундаменталистам, богатым людям, Чайной партии, крупному бизнесу, христианам, мормонам, военным, католикам, полиции, мужчинам, белым, республиканцам, религиозным людям, Христиане и люди высшего сословия.

Брандт обнаружил, что зная только предполагаемую политическую ориентацию целевой группы (рассматриваются ли готы как либералы или консерваторы?), Вы можете довольно точно предсказать, будут ли либералы или консерваторы выражать больше предубеждений по отношению к ним и в какой степени.Социальный статус (уважается ли группа в обществе?) И выбор членства в группе (были ли они такими родились?) Имели мало значения. Похоже, что именно противоречащие друг другу политические ценности являются движущей силой либеральных и консервативных предубеждений по отношению к этим группам. Феминистки и фундаменталисты во многом отличаются, но с точки зрения политических предрассудков действительно имеет значение только одно.

В другой недавней статье, в журнале Journal of Personality and Social Psychology , Кроуфорд, Брандт и его коллеги также обнаружили, что люди особенно предвзято относятся к тем, кто придерживается противоположных социальных, а не экономических, политических идеологий — возможно, потому, что культурные проблемы кажутся более интуитивными, чем те, которые связаны с электронными таблицами.

Ничто из этого, конечно, не объясняет, почему непредубежденность либералов не лучше защищает их от предрассудков. Одна из теорий состоит в том, что влияние уникальных черт и мировоззрения либералов на предрассудки ограничивается простым фактом человечности: нам нравятся люди, похожие на нас. Как показало одно исследование 2011 года, длинный ряд исследований показывает, что мы предпочитаем членов нашей собственной группы, даже если группа определяется просто случайно назначенным цветом рубашки. Социальная идентичность сильна — сильнее любой склонности искать или подавлять новизну.Как сказал мне Брандт: «Связанные с открытостью черты либералов — это не какое-то противоядие от предрассудков».

Брандт далее предполагает, что склонность человека к открытому или закрытому мышлению влияет на отношение человека к различным группам, главным образом, действуя как групповое определение само по себе — вы открытый или закрытый? Поддерживая эту идею, он и его сотрудники сообщили в журнале Journal of Personality and Social Psychology в 2015 году, что, хотя открытость новому опыту коррелирует с меньшими предубеждениями против широкого круга из 16 социальных групп, на самом деле это увеличивает предубеждений против наиболее закрытых. группы единомышленников в кучу.Открытые люди чувствовали себя холоднее, чем закрытые, по отношению к «обычным» группам, таким как христиане-евангелисты, республиканцы и сторонники традиционной семьи. И неудивительно, что консервативные люди были более предвзятыми, чем непредубежденные, против «нетрадиционных» групп, таких как атеисты, демократы, бедняки, геи и лесбиянки. Исследования неизменно показывают, что либералы более открыты, чем консерваторы, но во многих случаях важно следующее: открытость чему?

***

Зная все это , можем ли мы изменить уровни допуска? Вы можете подумать, что образование, расширяющее кругозор, уменьшит предрассудки.Но согласно другой презентации на встрече SPSP, это не так. Однако он учит людей скрывать это. Максин Найле, исследователь из Университета Кентукки, спросила людей, рассматривают ли они возможность проголосовать за кандидата в президенты, который был атеистом, чернокожим, католиком, геем, мусульманином или женщиной. На прямой вопрос участники с образованием за пределами средней школы сообщили о большей готовности голосовать за эти группы, чем менее образованные участники. Но когда его спросили более косвенно, с большей анонимностью, обе группы продемонстрировали равные предубеждения.«Таким образом, высшее образование, кажется, прививает понимание подходящего уровня проявления нетерпимости, — сказал мне Найле, — не обязательно более высокой толерантности».

Подавление в образовании выраженных предубеждений предполагает культуру политической корректности, в которой люди не чувствуют себя комфортно, опасаясь репрессий, из-за нетерпимости, на которую жалуются консерваторы. И тем не менее, как общество, мы согласились с тем, что некоторые виды высказываний, такие как угрозы и язык вражды, должны подвергаться пренебрежению.Можно привести аргумент, что консервативная нетерпимость приносит больше вреда, чем либеральная нетерпимость, поскольку нацелена на более уязвимых людей. Рассмотрим предыдущий список групп, оклеветанных либералами и консерваторами. Казалось бы, богатые люди, христиане, мужчины, белые и полиция сегодня имеют больше власти, чем иммигранты, геи, черные, бедные люди и готы. По словам Брандта, «мы по понятным причинам получили множество возражений, когда мы предполагаем, что предубеждение по отношению к христианам и консерваторам является предубеждением.«Для многих это просто противостояние хулиганам.

Консерваторы, однако, так не считают. «В настоящее время, по мнению правых, левые выиграли культурную войну и контролируют средства массовой информации, университеты, Голливуд и образование всех детей», — говорит Джонатан Хайдт, психолог из Нью-Йоркского университета, изучающий политику и мораль. «Многие из них думают, что они жертвы, они сопротивляются могущественным и репрессивным силам, и их враждебность связана с этим мировоззрением.”

Робби Саттон, психолог из Кентского университета в Англии, представил на SPSP предварительные выводы, касающиеся вопроса о том, какая нетерпимость более оправдана. Он обнаружил, что люди, которые поддерживали отрицательные теории заговора об изменении климата (например, «изменение климата — это миф, продвигаемый правительством в качестве предлога для повышения налогов и ограничения свободы людей»), были более вероятными, чем те, кто поддерживал теории заговора воинственности ( например, «Политики и промышленные лоббисты оказывают давление на ученых, чтобы они преуменьшали опасность изменения климата»), чтобы они хотели подвергать цензуре, надзирать и наказывать климатологов, тогда как сторонники войны с большей вероятностью, чем отрицатели, хотели наказать и наблюдать за скептиками в отношении изменения климата.Но одинаково ли вредны эти настроения? Многие люди скажут, что это субъективный вопрос, но трудно игнорировать доказательства, например, что Exxon скрывала свои знания об изменении климата в течение многих лет, и тот факт, что нынешняя республиканская администрация наложила новые ограничения на ученых Агентства по охране окружающей среды. . Кто более уязвим и подтвержден научными данными: Exxon или исследователи окружающей среды?

Независимо от того, у кого более токсичная непереносимость, факт остается фактом: у людей возникают проблемы с общением.Что делать? «Один из наиболее последовательных способов повышения толерантности — это контакт с другой стороной и обмен опытом работы для достижения цели», — говорит Брандт. Он предлагает начать с человека по соседству. «Всем выгодны безопасные районы, стимулирующая культурная среда и надежная уборка снега», — говорит он. «Если либеральные и консервативные соседи смогут найти способы совместной работы на местном уровне для улучшения своих районов и сообществ, это может помочь повысить терпимость в других сферах.(Если вы можете найти соседа противоположной стороны, то есть.)

Прогрессисты могут считать, что консерваторы, отставшие от истории, находятся на ее неправильной стороне, но консерваторы могут чувствовать то же самое в отношении прогрессистов, идущих впереди поезда. Вполне возможно, что привлечь всех одновременно на борт невозможно, но если мы будем разделять общее видение, пусть даже частично, возможно, мы сможем хотя бы остаться на рельсах.

ИСПРАВЛЕНИЕ: эта статья была обновлена, чтобы отразить, что, согласно анализу Спенсера Гринберга, отказ от политической корректности был одним из главных факторов, влияющих на голосование за Дональда Трампа после партийной принадлежности, а не как самый большой предсказатель .

Эта статья помечена под:

Нетолерантность vs. терпимость

В разговорной речи мы говорим о толерантном человеке как о принимающем и непредубежденном. Но как черты личности толерантность и нетерпимость приобретают разные значения. То, является ли кто-то толерантным или нетерпимым, также влияет на то, как этот человек действует на рабочем месте.

Что такое нетерпимая черта личности?

Кто-то с этой чертой склонен знать правила, следовать им и ожидать, что другие поступят так же.Они возлагают большие надежды на себя и своих коллег.

Нетерпимость и толерантность проявляются в спектре. Некоторые люди могут иметь небольшую склонность к нетерпимости, которая в основном влияет на их собственный стиль работы, в то время как другие могут быть чрезвычайно жесткими в отношениях с другими. Общий тип личности человека также будет влиять на проявление его нетерпимости.

Каковы характеристики нетерпимого человека?

Несколько признаков нетерпимости к личности:

  • Они глубоко знают правила и процедуры.
  • Они следуют правилам и ожидают того же от других, но с небольшой гибкостью.
  • Они теряют терпение к людям, которые делают ошибки, особенно неоднократно.
  • Они придерживаются высоких стандартов и ожидают, что другие будут их разделять.

Как работать с нетерпимым человеком

Люди со склонностью к нетерпимости могут процветать на всех уровнях организации. Вот несколько советов, которые помогут этим людям добиться успеха.

Как приучить нетерпимого человека
  • Обсудите случаи, требующие или допускающие гибкость.Тот, кто проявляет нетерпимость, будет воспринимать правила и процессы, которые вы вводите, буквально; если есть место для маневра или области, требующие суждения, будьте свободны.
Как мотивировать склонного к нетерпимости
  • Применяйте правила равномерно, когда это возможно. Для нетерпимых сотрудников деморализировано внимательно следовать указаниям только для того, чтобы увидеть, как другие игнорируют их. Конечно, будут случаи, когда потребуется гибкость, но это должен быть осознанный выбор, а не результат халатности руководства.
  • Точно так же, если у вас есть правила, которые половина ваших сотрудников игнорирует без последствий, просто избавьтесь от правила. Это не стоит того стресса, который он причиняет естественным приверженцам правил в вашей команде.
Как дать обратную связь нетерпимому сотруднику
  • Объясните, как ваш отзыв вписывается в существующие правила и инфраструктуру, к которым они, естественно, будут стремиться. Это может быть справочник, заявление о миссии или план проекта.
  • Нетерпимые люди обычно возлагают на себя большие надежды.В зависимости от других их личностных качеств (см. Все описания здесь), им может быть трудно воспринимать обратную связь — или они могут жаждать ее как способа совершенствоваться. Почувствуйте естественную реакцию ваших сотрудников на отзывы и дайте им пространство, необходимое для их обработки в удобное для них время.

Что противоположно нетерпимости?

С другой стороны, некоторые люди склонны к толерантности: открыты, гибки и готовы делать надбавки, чтобы выполнять свою работу.

Что значит быть терпимым на рабочем месте?

Толерантный человек гораздо более склонен нарушать правила (или, в крайнем случае, может даже не думать, что правила применимы).Как правило, они больше сосредоточены на конечном результате, чем следуют определенному сценарию, чтобы его достичь.

Каковы характеристики толерантного человека?

Некоторые примеры того, что вы можете заметить у толерантного человека:

  • Они могут эффективно обходить установленный процесс, чтобы добиться результатов.
  • Они не прочь нарушить правила, когда это необходимо, и их не беспокоит, когда другие поступают так же. Для них правила созданы для того, чтобы служить бизнесу, а не наоборот.
  • Они прощают, когда кто-то совершает ошибку, даже если она повторяется.
  • В крайнем случае, толерантным менеджерам может потребоваться слишком много времени для решения проблем с производительностью, что в будущем приведет к большим проблемам.

Как работать с толерантным человеком

Толерантные люди, как правило, характеризуются своими сверстниками как простые в работе, особенно в зависимости от их общего типа личности. Знание того, как управлять, нанимать и сотрудничать с толерантными людьми, может помочь вам получить максимальную отдачу от ваших профессиональных отношений.

Как обучить толерантного сотрудника
  • Подчеркните мыслительный процесс, лежащий в основе правил, руководств и процедур. Это поможет вашим толерантным сотрудникам принимать разумные решения о том, когда нарушать правила (а когда нет).
  • Если вы чувствуете, что ваш сотрудник толерантен к ошибкам, поставьте образные красные флажки вокруг правил, которые действительно лишены гибкости. (Например, следует подчеркнуть все, что помогает обеспечить безопасность и соблюдение законности.)
Как мотивировать толерантную личность
  • Толерантный сотрудник будет раздражаться из-за правил, которые он считает ненужными или чрезмерно ограничивающими.Посмотрите, где вы можете предложить сотрудникам на своем рабочем месте больше свободы.
  • Содействовать созданию атмосферы на рабочем месте, где царит разнообразие мыслей и мнений.
Как дать отзыв толерантному сотруднику
  • Если вы сами склонны к нетерпимости, помните об этом различии личностей, когда вы высказываете обратную связь. Спросите: действительно ли это проблема, которая влияет на бизнес, или этот человек просто делает что-то не так, как вы?
  • Когда вы высказываете обратную связь, сосредоточьтесь на чистой прибыли и наиболее важных бизнес-целях.Дело не в том, что «вы не следовали правилам», а в том, что «конечный результат не на должном уровне».

Кто лучший работник: нетерпимый или толерантный?

Люди с нетерпимыми и толерантными личностными качествами привносят в свою работу разные сильные стороны. Принимайте во внимание все описания личностных качеств, когда рассматриваете обучение, прием на работу и управление людьми. Эта черта — лишь одна из граней личности, которую следует учитывать.

Попробуйте бесплатно Запросить демо

У.S. терпимость нужна больше, чем единство

Выборы в США в 2020 году и последовавшие за ними беспорядки — еще одно свидетельство — как будто нам нужно больше — того, насколько глубоко разделена страна сегодня. Разделение бывает региональным, идеологическим, культурным, моральным и, как некоторые говорят, неразрешимым. Группа видных ученых недавно предупредила об опасности новой фундаментальной угрозы для республики: политического сектантства или тенденции к морализированной идентификации с политической группой и против другой.

В ответ на этот огромный разрыв политики настаивают на большем единстве и возвращении к двухпартийности прошлого.В своей инаугурационной речи президент Байден сказал нации, что «разногласия не должны вести к разобщению». В разгар пандемии, экономического коллапса, политической поляризации, расовых беспорядков и климатического кризиса сотрудничество между гражданами действительно как никогда важно. Психологические исследования также показывают важность единства в форме общей идентичности, например принадлежности к одной нации, для укрепления доверия и сотрудничества. Однако акцент на единстве также часто понимается как аргумент в пользу единообразия или ассимиляции определенных ценностей и убеждений, что не особенно реалистично.В большой и разнообразной стране более практичным решением нынешнего разделения на партизан будет терпимости наших разногласий.

Общества на протяжении тысячелетий полагались на толерантность в самых разных контекстах, например, в древней Индии во времена империи Маурьев, на Ближнем Востоке во времена Османской империи и в Европе после Реформации. В философских, политических и психологических текстах терпимость означает предоставление равных свобод и прав, особенно тем, чьи убеждения, ценности и действия мы не одобряем.Как однажды сказал президент Джон Ф. Кеннеди: «Терпимость не означает недостатка приверженности собственным убеждениям. Скорее, он осуждает притеснение или преследование других ». Терпимость не подразумевает компромисса с нашими ценностями, убеждениями или образом жизни, а скорее позволяет другим жить так, как они хотят, потому что наши причины терпеть эти различия (например, уважение к свободе выражения мнения других) перевешивают причины для возражений.

Терпимость действует как барьер для дискриминации. В отличие от цели единства, толерантность не предполагает подчинения или социального давления, которое может иметь неприятные последствия.Вместо этого, прося нас поразмышлять над внутренними причинами принятия того, что мы не одобряем, вместо того, чтобы требовать от людей отказаться от своих глубоко укоренившихся убеждений или ценностей, терпимость снижает риск конфликта в плюралистическом обществе.

Психологически толерантность может быть сложной, потому что она требует от нас придерживаться двух, казалось бы, противоположных мнений: неодобрение чужих убеждений с одновременной поддержкой их равного права выражать эти убеждения. Именно этот психологический танец затрудняет достижение толерантности, но также позволяет нам жить в гармонии, несмотря на глубоко укоренившиеся различия.Терпимость не подразумевает нейтралитета (т. Е. Отсутствия суждений), безразличия (т. Е. «Чего угодно») или релятивизма (т. Е. «Все идет») к различию. Он просто просит людей заняться разногласиями, взвешивая наши возражения вместе с причинами, чтобы разрешить то, что мы могли бы лично не одобрить. В конце концов, атеист вряд ли сможет убедить набожного христианина отказаться от своей религии, так же как христианин не может убедить ярого атеиста в истинности своей веры. Однако, несмотря на разногласия и даже неодобрение, оба могут научиться терпеть убеждения друг друга.

Терпимость — вот что делает возможным настоящее разнообразие. Создавая социальные пространства и нормы, в которых мы можем делиться своей жизнью и обществом с людьми, с которыми мы не согласны, это дает возможность для диалога, взаимопонимания и признания общего и равного гражданства наших оппонентов, даже если мы не одобряем их убеждения и обычаи. и ценности. Толерантность — это уважение к другим людям как к равным гражданам и человеческим существам, без уважения их точек зрения. Разногласия по поводу наших ценностей и убеждений неизбежны, и они приемлемы, пока мы можем поддерживать взаимное уважение к другим как к равным гражданам и собратьям.

Однако толерантность возможна только в том случае, если мы уменьшаем мораль по каждому пункту различия. Морализация относится к процессу, при котором предпочтения людей или ранее нейтральное поведение приобретают моральное значение. Когда поведение, такое как употребление мяса, курение сигарет, добрачный секс или религиозное обучение, становится моральным, оно вызывает сильные моральные эмоции, институциональные меры против такого поведения и даже порицание или осуждение со стороны других. Таким образом, морализация является препятствием для толерантности, поскольку воспринимаемая безнравственность определяет границы того, что можно терпеть.Поскольку люди считают вопросы морали объективными, абсолютными и бескомпромиссными, придание сильного морального значения каждому пункту разногласий и разногласий делает терпимость практически невозможной.

Вместо этого требуется, например, интеллектуальное смирение (то есть степень, в которой люди признают, что их убеждения могут быть ошибочными), мудрое рассуждение (то есть понимание взаимосвязанной природы человеческой жизни и знание о себе вместе с ограничениями) или диалектическое мышление (т.е. терпимость к кажущимся противоречивым убеждениям), чтобы сделать терпимость возможной. Поощряя людей уравновешивать причины неодобрения с причинами терпимости к тому, что мы не одобряем, толерантность делает возможными диалог и дебаты.

Также важно, чтобы наши политические лидеры и институты вносили свой вклад в продвижение социальных норм о терпимости к различиям. Это может быть сделано, например, с помощью руководства на национальном уровне и уровне сообщества, демонстрирующего готовность не соглашаться, дискутировать и терпеть разногласия.Более того, институты могут устанавливать инклюзивные социальные нормы с эгалитарными режимами гражданства, которые позволяют выражать различия, даже если они только терпимы. Такие нормы могут коллективно помочь нам научиться жить вместе, несмотря на наши различия.

В стране, разделенной на две почти равные по силе политические фракции, терпимость является необходимостью для предотвращения будущих конфликтов. Ни одна из сторон политического раскола не собирается победить другую или полностью искоренить противоположные убеждения, практики и ценности.Призывы к единству со стороны лидеров и организаций — это заметное улучшение по сравнению с посланиями о разделении. Однако толерантность станет более реалистичной и более эффективной стратегией устранения непримиримых разногласий, проистекающих из идеологических, религиозных, культурных и моральных различий, которые неизбежны в большой, свободной, плюралистической нации.

Тренировка временной непрерывности не влияет на толерантные к размеру представления в объектно-селективной коре головного мозга

Abstract

Зрительная система человека обладает замечательной способностью надежно идентифицировать объекты по вариациям внешнего вида, таким как вариации точки обзора, освещения и размера.Здесь мы использовали фМРТ на людях, чтобы проверить, может ли тренировка временной смежности с естественной и измененной динамикой изображения соответственно создавать и нарушать толерантность к размеру нейронов для объектов. Участникам (N = 23) были представлены последовательности изображений «растущих» и «сжимающихся» объектов. В половине испытаний объект также менял идентичность, когда происходило изменение размера. Согласно гипотезе временной смежности и исследованиям с аналогичной парадигмой на обезьянах, этот процесс обучения должен изменять толерантность к размеру.После фазы обучения на сканере были измерены жирные ответы на каждое из изображений объекта. Нейронные паттерны в LOC и V1 содержали информацию о размере, сходстве и идентичности. В LOC представление идентичности объекта было частично инвариантным к изменениям размера. Однако тренировка временной смежности не повлияла на толерантность к размеру в LOC. Допуск по размеру в объектно-избирательной коре головного мозга человека более устойчив к вариациям входной статистики, чем ожидалось, исходя из предшествующей работы на обезьянах, подтверждающей гипотезу временной смежности.

1 Введение

Распознавание предметов играет важную роль в повседневной жизни. Хотя люди замечательно умеют надежно идентифицировать объекты без особых усилий, эта задача восприятия представляет собой серьезную проблему для визуальной системы. Точное распознавание объектов одновременно избирательно и терпимо. С одной стороны, представления объектов должны быть достаточно избирательными, чтобы гарантировать, что объекты с очень похожим внешним видом можно отличить друг от друга. С другой стороны, представления объектов должны быть достаточно устойчивыми к изменениям внешнего вида, вызванным тем, что один и тот же объект виден в разных условиях просмотра (например,грамм. различия в угле обзора, расстоянии или освещении).

Было показано, что обучение увеличивает избирательность распознавания объектов в человеческом поведении (например, Folstein, Gauthier, & Palmeri, 2012; Goldstone, 1994, 1998) в человеческом мозге (например, Brants et al., 2016; Folstein, , Palmeri, & Gauthier, 2013; Freedman et al., 2006; Gillebert et al., 2009) и мозг обезьяны (например, Baker, Behrmann, & Olson, 2002; Kobatake, Wang, & Tanaka, 1998). Исследователи считают, что обучение также повышает устойчивость к изменениям условий просмотра.Поведенческие данные свидетельствуют о том, что инвариантное распознавание объектов улучшается с возрастом от младенчества до подросткового и взрослого возраста. Показано, что появление толерантности к разным трансформациям идет по разным траекториям развития. Недавнее исследование нейронных основ инвариантности подтвердило этот вывод, показав, что размерная инвариантность развивается раньше, чем инвариантность взглядов (Nishimura et al., 2015).

Существует несколько гипотез о том, как можно научиться толерантности. Здесь мы исследуем так называемую гипотезу временной смежности, которая относится к статистическим свойствам естественного визуального опыта.В естественном контексте изображения, которые быстро сменяют друг друга и имеют общие визуальные особенности, с большей вероятностью представляют разные виды одного и того же объекта, а не разные объекты. Другими словами, временная смежность — полезный признак того, что два изображения принадлежат одному и тому же объекту. Визуальная система могла бы воспользоваться этой естественной статистикой и научиться связывать смежные во времени изображения, чтобы связать вместе несколько изображений одного и того же объекта в одно допускающее преобразование объектное представление (Földiák, 1991; Rolls, 1992; Wallis & Rolls, 1997).Гипотезу временной смежности можно проверить, манипулируя статистикой визуального ввода, представленного участникам. Если гипотеза верна, должно быть возможно не только повысить естественную толерантность, последовательно представляя разные изображения одного и того же объекта в быстрой последовательности, но также сломать существующую толерантность и, в конечном итоге, создать «неправильную» толерантность, представляя разные объекты вместе в так же. Другими словами, представления изображений непрерывным во времени способом должно быть достаточно для увеличения репрезентативного сходства этих изображений, независимо от того, появляются они вместе в реальном мире или нет.Поведенческие эксперименты на людях, а также исследования отдельных нейронов на обезьянах использовали эту линию рассуждений и предоставили доказательства, согласующиеся с гипотезой временной смежности.

Cox et al. (2005) представили поведенческие доказательства обучения временной смежности у людей позиционной инвариантности объектов. Участников попросили зафиксировать, а затем совершить саккаду по направлению к незнакомому объекту («greeble»), появившемуся на периферии. В половине испытаний, без ведома участников, периферийный объект был заменен другим похожим на вид объектом в середине саккады.Впоследствии, в одной и той же задаче, участники чаще путали пары объектов, которые были переставлены местами на сетчатке. Эти результаты предполагают, что разные объекты, которые были спарены непрерывным во времени образом, с большей вероятностью стали рассматриваться как один и тот же объект (Cox et al., 2005). Об аналогичных поведенческих эффектах сообщалось в отношении инвариантности к вращению в плоскости, вращению в глубину и освещенности при распознавании лиц (Wallis et al., 2009; Wallis & Bülthoff, 2001). В недавнем исследовании мы использовали дизайн, аналогичный эксперименту с толерантностью к точке зрения Wallis et al.(2009), а также адаптировали его для эксперимента по адаптации фМРТ. И поведенческий, и нейровизуализационный эксперимент предоставили доказательства в пользу гипотезы временной смежности (Van Meel & Op de Beeck, 2018). Во всех этих исследованиях на людях путаница затрагивала очень похожие объекты, такие как разные грилы или разные лица, а размер эффекта относительно невелик.

У обезьян аналогичные парадигмы привели к поразительно сильному влиянию на ответы нейронов в нижней височной коре макак (Li & DiCarlo, 2008; 2010; 2012), что привело к смешиванию представлений о сильно непохожих объектах, таких как, например, лодка и мяч.В этих исследованиях были измерены реакции нейронов на два объекта, которые вызывают сильные (предпочтительный объект «P») и умеренные (нежелательный объект «N») ответы, до и после того, как обезьяны подверглись воздействию измененного визуального мира. Во время фазы экспонирования объекты P и N представлялись периодически в разных положениях на периферии сетчатки (Li & DiCarlo, 2008) или в разных размерах (Li & DiCarlo, 2010; 2012). Затем объекты изменили положение сетчатки (из-за того, что обезьяны делали саккаду по направлению к ней; вверх или вниз) или размер (больше или меньше).Изменения в одном направлении сопровождались изменением или «заменой» идентичности объекта (например, P заменяется на N), в то время как в другом случае идентичность объекта оставалась прежней. На этапах тестирования реакции на P и N были измерены во всех трех положениях или размерах, чтобы можно было оценить толерантность к селективности объекта (ответы на P-N). Результаты этих экспериментов показали, что толерантность значительно снижается только при смене положения / размера всего через ~ 1 час воздействия (Li & DiCarlo, 2008; 2010), и что увеличение воздействия до ~ 2 часов может даже изменить селективность объекта (Li И ДиКарло, 2010).Более того, эти эффекты, кажется, происходят независимо от размера и времени вознаграждения (Li & DiCarlo, 2012).

В настоящее время существует большая разница между литературой о людях и обезьянах. Вся поведенческая работа на людях, а также наше собственное недавнее исследование фМРТ (Van Meel & Op de Beeck, 2018) описали модуляции различимости очень небольших различий между лицами или объектами за счет временной смежности и сообщили об относительно небольших величинах эффекта. Это резко контрастирует с электрофизиологической работой с животными, где визуальные различия между объектами намного больше и где эффекты удивительно велики (см.изменение предпочтения объекта). Одна из возможных причин расхождения заключается в том, что исследования на людях обычно косвенно выводили изменения в представлениях из поведенческих исследований, в которых желаемое изменение фактически препятствовало работе. Возможно, большие эффекты ограничиваются ситуацией, в которой участник не сталкивается с последствиями сбивающих с толку представлений, вызванных манипуляциями с непрерывностью во времени. По этой причине мы реализовали исследование на людях, которое было смоделировано в максимально возможной степени, как предыдущее исследование электрофизиологии обезьян, сосредоточенное на неизменности размера (Li & DiCarlo, 2010), с использованием анализа многовоксельных паттернов для измерения нейронных представлений.Это первое исследование, в котором легко различимые объекты используются в качестве стимулов для исследования гипотезы временной смежности у людей, и, следовательно, первое, в котором используется дизайн, аналогичный электрофизиологическим исследованиям. Таким образом, он обеспечивает беспрецедентный тест на возможность обобщения ранее описанных поведенческих, а также нейронных эффектов.

2 Материалы и методы

2.1 Участники

Двадцать четыре добровольца (в возрасте от 20 до 37 лет; средний возраст 23,9 года; семь мужчин) участвовали в эксперименте и получали деньги за свое время.Все участники имели нормальное зрение или зрение с поправкой на нормальное, не имели в анамнезе неврологических или психологических проблем и были правшами. В начале эксперимента участники дали письменное согласие. Один участник (24 года, женщина) был исключен из-за резкого падения производительности в нескольких блоках фазы тренировки, а также из-за последних четырех экспериментальных прогонов в сканере, что указывает на сонливость и недостаток внимания. Таким образом, мы проанализировали данные 23 участников. Это исследование было одобрено этическим комитетом факультета психологии и педагогических наук и Медицинским этическим комитетом KU Leuven.

2.2 Стимулы

Стимулы представляли собой полутоновые изображения 12 различных объектов, расположенных в шести парах (рис. 1).

Рисунок 1.

Набор стимулов состоял из 12 объектов, расположенных в шесть пар, причем пары состояли из похожих, но различимых объектов. Пары выделены разными цветами только для иллюстрации.

База данных новых объектов и необычных имен (NOUN) (Horst & Hout, 2016; загружена с http://michaelhout.com/?page_id=759 20.02.2017) использовалась в качестве отправной точки для выбора стимула.Все изображения объектов набора стимулов NOUN были преобразованы в оттенки серого и получили серый фон. Изображения были дополнительно отредактированы для получения однородной яркости по всему набору изображений.

Затем мы сузили набор стимулов до шести пар объектов, причем пары состояли из похожих, но различимых объектов. Для этого мы не только учли субъективное сходство объектов, как указано в таблицах сортировки СУЩЕСТВИТЕЛЬНОСТИ (также свободно доступных на http://michaelhout.com/?page_id=759), но также вычислили пиксель- мудрое несходство между всеми парами изображений в оттенках серого.Первый выбор пар, которые были в пределах 30 лучших по сходству пикселей и в пределах первого квартиля по субъективному сходству, привел к меньшему набору из 17 возможных пар. Когда несколько пар включали один и тот же объект, мы выбрали только одну из этих пар для окончательного набора стимулов. Затем мы исключили одну пару, которая была отклоняющейся по субъективному сходству, и две пары, для которых объекты не были легко различимы как разные объекты, чтобы в итоге получить предполагаемый размер набора стимулов из шести пар.

2.3 Параметры изображений

Данные изображений были собраны на сканере 3T Philips Ingenia CX с 32-канальной головной катушкой в ​​отделении радиологии KU Leuven. Многополосная (MB 2) последовательность формирования изображений EPI с TR 2 с, TE 30 мс, углом поворота 80 ° и матрицей получения 108 x 106 использовалась для функциональных изображений экспериментальных прогонов. Каждый запуск состоял из 158 объемов (которым предшествовали 2 фиктивных сканирования), содержащих 54 аксиальных среза с разрешением 2 x 2,04 x 2 мм и без зазора между срезами, что обеспечивало охват всего мозга.Для прогонов курсового радиомаяка мы использовали последовательность изображений EPI (без многополосной) с TR 3 с, TE 30 мс, углом поворота 90 ° и матрицей 104 × 106. За один прогон локализатора мы получили 75 объемов (которым предшествовали 2 фиктивных сканирования), состоящих из 47 аксиальных срезов толщиной 2 мм с разрешением в срезе 2,02 на 1,98 мм и зазором 0,2 мм. Мы также получили анатомические изображения для всех субъектов, используя последовательность MP-RAGE, с размером вокселя 1 × 1 × 1 мм.

2.4 Экспериментальная процедура

Эксперимент состоял из фазы обучения продолжительностью 1 час вне сканера, сразу за которой следовала сессия сканирования фМРТ, включающая восемь экспериментальных запусков, три запуска локализатора и анатомическое сканирование.Один дополнительный экспериментальный запуск был проведен у двух испытуемых, и один дополнительный запуск локализатора был получен у трех испытуемых. На этапе обучения презентация стимула контролировалась с помощью ноутбука Dell (Latitude 5480) под управлением Windows 10 на 14-дюймовом мониторе с разрешением 1920 × 1080 и частотой кадров 60 Гц. Участники сидели, уперев подбородок в опору для подбородка, которая была прикреплена к столу, так, чтобы расстояние между их глазами и центром экрана оставалось постоянным и составляло 60 см. В сканере изображения проецировались на экран и просматривались через зеркало, установленное на катушке для головы.MATLAB (Mathworks, inc.) И Psychophysics Toolbox 3 (Brainard, 1997) использовались для программирования предъявления стимула на обеих фазах.

2.4.1 Поведенческое обучение

В каждом испытании два изображения разных размеров были представлены последовательно в течение 100 мс каждое, причем второе изображение заменяло предыдущее, создавая впечатление, что объект либо увеличивается, либо уменьшается в размерах (Рисунок 2 ). Каждое испытание сопровождалось интервалом между испытаниями 800 мс. Первое изображение каждого испытания было представлено с углом обзора 7 °.Размер второго изображения составлял 11 ° в «растущих» испытаниях и 3,5 ° в «сжатых» испытаниях. В центре экрана все время присутствовала черная точка фиксации.

Рисунок 2.

Пример тренировочных испытаний для двух из четырех пар обучаемых объектов. Для пары слева изменение идентичности происходит при сокращении, но не при увеличении числа испытаний. Для пары справа идентичность объекта меняется при увеличении, но не при уменьшении. В ходе испытаний каждое состояние было показано как зеленым, так и красным цветом.

Два разных типа испытаний были случайным образом чередованы во время фазы обучения.В испытаниях без замены два изображения в испытании изображали один и тот же объект в двух разных размерах. Другими словами, эти испытания следовали естественной динамике изображения, с которой мы сталкиваемся в повседневной среде. В другой половине испытаний динамика изображения была изменена. В этих так называемых испытаниях с перестановкой изображения изображали два разных объекта, при этом первый объект заменялся другим объектом из его пары, когда происходило изменение размера. Для двух пар объектов, далее именуемых «парами большого обмена», объект был заменен на его партнерский объект в растущих испытаниях, но идентичность объекта осталась неизменной при уменьшении испытаний.Для двух других пар объектов, далее называемых «парами малого обмена», обмен происходил при испытаниях сжатия, но не при испытаниях роста. Остальные две пары объектов не были представлены на этапе обучения, но служили необученным контрольным условием в сеансе сканирования. Присвоение пар объектов условиям большого обмена, малого обмена и необученных условий было уравновешено участниками.

Фаза обучения состояла из 10 тренировочных блоков по 320 попыток в каждом. В каждом блоке каждая пара объектов и все типы испытаний (сжатие / увеличение, замена / отсутствие замены) были представлены равное количество раз.Обучение длилось около часа, в общей сложности 800 испытаний (400 испытаний с заменой и 400 испытаний без замены) на пару объектов, и происходило непосредственно перед началом сеанса фМРТ. Количество испытаний на пару объектов соответствует данным Li и DiCarlo (2008). Мы представили один дополнительный обучающий блок в сканере как краткое напоминание об обучении. Это повторное обучение было представлено во время анатомического сканирования, которое проводилось после того, как была собрана половина экспериментальных запусков.

Во время тренинга перед участниками стояла ортогональная задача.Стимулы случайным образом появлялись в красном или зеленом цвете, и участники должны были указать цвет текущего испытания, нажав одну из двух кнопок. Было представлено равное количество проб с красным и зеленым, и сложность задания увеличивалась за счет постепенного перехода цветов в серый цвет в четырех чередующихся адаптивных лестницах «один-вверх-два-вниз».

2.4.2 Экспериментальные прогоны фМРТ

Во время экспериментальных прогонов все двенадцать объектов (т. Е. Восемь обученных объектов и четыре контрольных объекта) были представлены один за другим во всех трех размерах в схеме, связанной с событием.В каждом испытании изображение объекта показывалось в течение 1,5 с, затем точка фиксации в течение 1,5 с. В течение прогона каждый объект был представлен дважды (один раз в первой половине и один раз во второй половине прогона) в каждом из трех размеров. Мы перемежали дополнительные попытки фиксации (25%) продолжительностью 1,5 с в случайные моменты времени. Точка фиксации предъявлялась за 14 с до предъявления первого стимула и после последнего стимула. Ортогональная задача была такой же, как и во время тренировки.

2.4.3 Запуск фМРТ локализатора

Во время запусков локализатора изображения лиц, неживых объектов и зашифрованных текстур в градациях серого представлялись в виде заблокированных изображений.Блоки содержали 20 изображений одной категории (лица / объекты / зашифрованные), которые были представлены по 300 мс каждое с пропусками 450 мс между изображениями. Блоки длились 15 с. Блок фиксации предъявлялся в начале, середине и конце каждого прогона. Каждая категория была представлена ​​четыре раза в псевдослучайном порядке (дважды до и дважды после блока средней фиксации). Участники выполнили задачу по обнаружению одноразового повторения, нажав кнопку, когда одно и то же изображение было представлено два раза подряд. На каждый блок было представлено три повтора.

3 Анализ данных

3.1 Предварительная обработка и общая линейная модель

Программный пакет статистического параметрического картирования (SPM12, Wellcome Department of Cognitive Neurology, Лондон) использовался для предварительной обработки данных визуализации всех функциональных прогонов.

Функциональные изображения всех прогонов были скорректированы по времени среза, пространственно выровнены для коррекции движения головы и сопоставлены с анатомическими изображениями. Затем все изображения были нормализованы к пространству MNI. Во время нормализации функциональные изображения были повторно дискретизированы до размера вокселя 2 × 2 × 2 мм.Наконец, функциональные изображения были пространственно сглажены (4 мм FWHM). Движение головы считалось чрезмерным, если оно превышало 2 мм между двумя соседними временными точками во время прогона. Чрезмерное движение головы привело к исключению одной экспериментальной серии с двумя испытуемыми и трех экспериментальных серий с одним испытуемым. У двух испытуемых один прогон локализатора был исключен из-за проблемы со временем предъявления стимула.

Предварительно обработанные данные были смоделированы для каждого вокселя, для каждого прогона и для каждого участника с использованием общей линейной модели (GLM).GLM экспериментальных прогонов включала 36 регрессоров для экспериментальных условий (то есть двенадцать объектов трех размеров) и шесть регрессоров для параметров коррекции движения ( x, y , z для перемещения и вращения, извлеченных во время предварительной обработки). Для прогонов локализатора GLM состояла из трех регрессоров для условий стимула (лица, объекты и зашифрованные изображения) и шести регрессоров коррекции движения.

3.2 Области интереса

В качестве области интереса было выбрано несколько регионов (ROI; Рисунок 3).Учитывая его важную роль в распознавании объектов, основной интерес представлял латеральный затылочный комплекс (LOC). Веретенообразная область лица (FFA) и V1 были выбраны как область визуального контроля высокого и низкого уровня соответственно, что может говорить о специфичности потенциальных эффектов обучения в LOC. Наконец, мы определили две рентабельности инвестиций в ассоциативное обучение.

Рисунок 3.

Области интереса (ROI) для одного предмета. Визуальные области интереса представлены на левой панели, а области интереса медиальной височной доли (MTL) представлены справа.Этот рисунок был сделан с помощью BrainNet Viewer (Xia, Wang, & He, 2013). Визуальные области интереса проецировались на поверхность шаблона ICBM152. ROI MTL были нарисованы как объемы в том же шаблоне.

Высокоуровневые визуальные области LOC и FFA, селективные для объектов и лиц, были определены с использованием функциональных данных прогонов локализатора. Специфические для субъектов функциональные карты активации для скремблированных объектов и контрастов лиц> объектов были установлены на уровне p = 0,0001 и замаскированы пакетами LOC и FFA Джулиана и др.(2012) соответственно. Порог контрастности был понижен, если в обоих полушариях было менее 20 активных вокселов. Это привело к более мягкому порогу LOC у одного пациента (p = 0,01). Для одного испытуемого мы не смогли определить FFA даже при p = 0,01. Область низкого уровня V1 была определена с использованием атласа автоматической анатомической маркировки (AAL) (Tzourio-Mazoyer et al., 2002) в сочетании с функциональными данными экспериментальных прогонов. Более конкретно, индивидуальные карты функциональной активности для контраста всех стимулов> фиксации имели пороговое значение при p = 0.0001 и замаскирован известковой областью AAL (не расширен). Стимуляция в пробегах локализатора была менее репрезентативной для визуального опыта в эксперименте с точки зрения размера стимула и его вариации. Поэтому для определения ретинотопной области V1 мы использовали данные экспериментов, а не запусков локализатора.

Было показано, что медиальная височная доля (MTL) участвует в ассоциативном обучении (например, (Schapiro, Kustner, & Turk-Browne, 2012; Schendan et al., 2003; Turk-Browne et al., 2010). Хотя мотивация для нашего исследования была получена из литературы по визуальному обучению, парадигма также может быть перефразирована как парадигма ассоциативного обучения, в которой испытания обмена вызовут нарастание ассоциации между двумя ранее незнакомыми объектами. Следовательно, мы выбрали гиппокамп и парагиппокампальную извилину в качестве областей интереса в дополнение к визуальным областям интереса. Чтобы определить эти области, мы использовали маски AAL (гиппокамп и парагиппокамп; не расширенные) без функциональных ограничений. Обратите внимание, что параметры визуализации и дизайн не были оптимизированы для покрытия MTL, что затрудняет более точное разграничение гиппокампа и парагиппокампальной извилины и их подобластей.

3.3. Матрицы нейронных различий

Для каждой области интереса каждого субъекта была построена матрица нейронных различий на основе бета-весов (оцененных в GLM) вокселей этой области интереса для каждого из 36 условий стимула. Мы использовали перекрестно подтвержденное расстояние Махаланобиса (Walther et al., 2016) в качестве меры нейронного несходства. Эта мера представляет собой перекрестно подтвержденное евклидово расстояние, нормализованное ковариацией обучающей выборки, и также называется линейным дискриминантным контрастом (LDC), поскольку он напрямую связан с линейным дискриминантным анализом (LDA).Ковариационные матрицы обучающей выборки были регуляризованы с использованием оракула, аппроксимирующего оценку усадки (Chen, Wiesel, Eldar, & Hero, 2010), чтобы справиться с потенциальным дефицитом ранга (Walther et al., 2016). Мы использовали процедуру перекрестной проверки по принципу «оставить один — выбежать». Матрицы нейронных различий 36 × 36 представляли все попарные расстояния между условиями, усредненные по складкам перекрестной проверки. Мы использовали код, написанный Дж. Бренданом Ричи (Ritchie & Op de Beeck, 2019) для вычисления LDC, в сочетании с набором инструментов CoSMoMVPA (Oosterhof, Connolly, & Haxby, 2016) для настройки процедуры перекрестной проверки.

3.4 Влияние тренировки временной смежности на допуск по размеру

Для каждого субъекта и области интереса интересующие расстояния рассчитывались путем усреднения по соответствующим ячейкам матрицы несходства. В частности, расстояния LDC между изображениями объектов в паре, различающейся по размеру и / или идентичности (рисунок 4), были извлечены и усреднены по парам одного и того же типа (то есть парам с большим обменом, парам с малым обменом, контрольным парам). Затем мы усреднили каждое расстояние по всем экспериментальным парам (т.е. big-swap и small-swap), чтобы нивелировать влияние размера объекта. Для экспериментальных пар расстояния A swap и B swap всегда относятся к расстояниям между средним размером и размером подкачки, а расстояния A без замены и B без замены всегда относятся к расстояниям между средой и без замены. размер свопа. Учитывая, что контрольные пары не были представлены во время обучения, мы не можем обозначить «размер обмена» и «размер без обмена» для этих пар. Для контрольных пар расстояния получают индекс «контроль» и усредняются по размерам (например,грамм. Элемент управления — это среднее значение расстояний A от среднего до большого и A от среднего до малого ). Мы проверили, были ли расстояния значительно больше нуля, используя односторонний t-критерий.

Рис. 4.

Расстояния внутри пары для двух экспериментальных пар. В этом примере пара с малым свопом показана слева, а пара с большим свопом — справа. Расстояния A и B представляли интерес для проверки эффекта тренировки временной смежности. Расстояния, соединяющие стимулы, которые были связаны во время тренировки, показаны красным.Для контрольных пар (не изображенных) индекс «контроль» использовался вместо «менять местами» и «не менять местами», а расстояния были усреднены по размерам.

Сначала мы проверили, представляют ли области интереса объекты приемлемым по размеру способом, используя данные из контрольных пар, поскольку на них не влияют никакие обучающие эффекты. Если представления объектов толерантны к изменениям размера, нейронные расстояния до изображений одного и того же объекта другого размера должны быть меньше, чем нейронные расстояния до изображений другого объекта другого размера.Таким образом, мы проверили, существует ли разница между расстоянием A для контроля (расстояние до одного и того же объекта) и расстоянием B для контроля (расстояние до другого объекта пары) с помощью двусторонних парных t-критериев.

Эффект от тренировки может проявляться по-разному. С одной стороны, за изображением среднего размера (угол обзора 7 °) каждого объекта последовательно следовало изображение того же объекта без изменения размера (рис. 2, верхний ряд). Этот процесс имитирует естественную динамику изображения и может, согласно гипотезе временной смежности, привести к увеличению допуска к размеру.Другими словами, эта динамика изображения могла бы усилить связь и, таким образом, уменьшить нейронное расстояние между изображениями среднего и неизменяемого размера этого объекта (расстояние A без замены ). В то же время этот процесс может усилить селективность объекта и, таким образом, увеличить расстояние до изображения без замены другого объекта из его пары (расстояние B без замены ). С другой стороны, за изображением среднего размера каждого объекта также последовательно следовало изображение другого объекта его пары в размере обмена (рис. 2, нижний ряд).Если гипотеза временной смежности верна, обучение могло бы, таким образом, также усилить связь между изображением объекта среднего размера и изображением его копии с измененным размером и создать новый допуск неверного размера (уменьшенное расстояние B поменять местами ). В то же время он может «нарушить» правильный допуск на размер для этого размера и увеличить нейронное расстояние между изображениями среднего и заменяемого размера этого объекта (расстояние A поменять местами ).

Мы проверили, есть ли разница между расстояниями A swap и A без замены (расстояние до одного и того же объекта) и между расстояниями B swap и B без замены (расстояние до другого объекта) в экспериментальные пары, используя двусторонний парный t-критерий.Положительная разница между расстояниями A swap и A non-swap может быть связана с увеличением расстояния A swap , уменьшением расстояния A без замены или и тем, и другим. Отрицательная разница между расстояниями B swap и B без замены может быть из-за уменьшения расстояния B swap , увеличения расстояния B без замены или обоих. Таким образом, вместе эти тесты могут учитывать все возможности, упомянутые выше.

Помимо проверки гипотезы временной смежности в экспериментальных парах, мы также проверили, различаются ли представляющие интерес расстояния между экспериментальными парами и контрольными парами, с помощью двусторонних парных t-критериев.Расстояния A swap и A non-swap были проверены на расстоянии A , контрольный , а расстояния B swap и B без замены были протестированы на расстоянии B control . Положительные различия для A swap и B без обмена и отрицательные различия для A без обмена и B swap будут соответствовать гипотезе временной смежности.

Мы использовали α-уровень 0,05 для всех тестов и применили поправку Бонферрони для количества ROI (пять), в результате чего скорректированный α-уровень был равен 0.01. Обратите внимание, что этот подход является довольно консервативным, поскольку наши ROI различаются по статусу: мы выбрали одну основную ROI (LOC), две области визуального контроля (V1 и FFA) и две области, которые были выбраны постфактум с учетом их соответствия ассоциативным обучение (гиппокамп и парагиппокампальная извилина). Все зарегистрированные p-значения не скорректированы и, таким образом, считаются значимыми, если p <0,01.

3.5 Представление сходства и размера объекта

Из-за способа, которым мы выбрали пары стимулов (см. 2.2 стимулы) объекты в паре более похожи друг на друга как по пиксельному сходству, так и по субъективному сходству, чем объекты, принадлежащие разным парам. Во время экспериментальных прогонов фМРТ все изображения объектов были представлены в трех разных размерах. Таким образом, изображения объектов разных размеров могут отличаться друг от друга на один шаг размера (маленький против среднего или средний против большой) или на два шага (маленький против большой). Мы проверили, представлены ли эти свойства нашего набора стимулов в паттернах нейронной активации в каждой из областей интереса.Для целей этого анализа данные были свернуты по всем парам независимо от статуса обучения. Чтобы проверить эффект подобия объектов, мы рассчитали меру внутри пары и между парами для каждого участника. Для измерения внутри пары мы вычислили среднее всех возможных попарных расстояний между изображениями внутри пары. Сюда входят все расстояния от A до D, а также расстояния между маленькими и большими изображениями в паре. Затем мы усреднили этот показатель по всем парам. Межпарная мера — это среднее всех возможных попарных расстояний между всеми изображениями набора стимулов, исключая расстояния внутри пары.Затем для сравнения показателей внутри пары и между парами применялся двусторонний парный t-критерий (скорректированный α = 0,01). Для каждого участника мы также рассчитали шаг на один размер и шаг на два размера. Эти меры были рассчитаны как среднее значение всех возможных попарных расстояний между изображениями, различающихся на один или два шага размера соответственно, независимо от идентичности объекта. Мы сравнили шаг одного размера и два шага размера, используя двусторонний парный t-критерий (скорректированный α = 0,01).

Для областей интереса, которые показали эффект степени различия в размерах и сходства объектов, мы дополнительно рассчитали два показателя для каждого участника, предназначенные для сопоставления относительного вклада идентичности и размера объекта в нейронные представления областей интереса и сравнения его между областями интереса. Для измерения различения объектов мы взяли попарные расстояния между разными объектами пары одинакового размера (расстояния C и D) и усреднили их по размерам и по парам. Обратите внимание, что эта мера была рассчитана в парах, а не между каждым объектом и всеми другими объектами.Учитывая высокое сходство объектов в парах, он обеспечивает строгий тест на дифференциацию идентичности объектов. Мера дискриминации по размеру представляла собой среднее значение всех попарных расстояний между изображениями одного и того же объекта, отличающимися друг от друга на один шаг размера (расстояния A). Расстояния, охватывающие два шага размера, были исключены, чтобы гарантировать, что наша мера дискриминации по размеру была как можно более строгой. Двусторонний парный t-тест использовался для сравнения размеров и показателей различения объектов в пределах ROI (проверено в LOC и V1; скорректированное α = 0.025).

Чтобы сравнить относительный вклад идентичности и размера объекта между областями интереса, мы сначала нормализовали разницу между размером и различением объектов по абсолютному значению их суммы. Затем мы сравнили это новое соотношение между ROI, используя двусторонний парный t-критерий (α = 0,05).

4 Результаты

4.1 Изображения внутри пары можно надежно различить по LOC и V1

Сначала мы проверили различение внутри пары, потому что это необходимое условие для дальнейшего исследования того, как обучение может изменить представление изображений в паре .В LOC расстояния LDC от A до D внутри пары были значительно больше нуля в экспериментальных парах (A поменять местами : t (22) = 2,92, p = 0,004; A без перестановки : t (22) = 5,16, p = 1,79e-5; B своп : t (22) = 5,27, p = 1,37e-5; B без обмена : t (22) = 5,75, p = 4,38e-6; C swap : t (22) = 3,09, p = 0,0027; C без обмена : t (22) = 3,94, p = 0,0003; D: t (22) = 3,09, p = 0,0027;; односторонний один образец t-критериев). В контрольных парах все расстояния также были значительно больше нуля (A контроль : t (22) = 4.11, р = 0,0002; B контроль : t (22) = 5,14, p = 1,86e-5; C контроль : t (22) = 3,10, p = 0,0026; D: t (22) = 2,76, p = 0,0057; односторонние t-критерии с одной выборкой). Эти результаты показывают, что в целом нейронные паттерны для разных изображений в паре можно надежно различить в LOC (рис. 5).

Рисунок 5.

Расстояния внутри пары в LOC между объектами и участниками. Верхняя панель показывает схематический обзор средних расстояний в экспериментальных парах и в контрольных парах.Расстояния, используемые для анализа тренировочного эффекта, напечатаны черным цветом. Расстояния, не использованные в этих анализах, отображаются серым цветом. Как и на рисунке 4, красные линии соединяют стимулы, которые были связаны во время тренировки. На нижней панели показана столбиковая диаграмма тех же средних расстояний. Планки погрешностей представляют собой односторонние 95% доверительные интервалы. * p <0,01, ** p <0,001, *** p <0,0001

Нейронные паттерны для разных изображений в паре также достоверно различались в V1 (все t (22)> 3,08, p <0.0027; односторонние t-критерии с одной выборкой). Ни одна из других контрольных областей не могла различать изображения в паре (FFA: все t (21) <2,19, все p> 0,0199; гиппокамп: все t (22) <1,97, все p> 0,0305; извилины парагиппокампа: все t (22) <1,48, все p> 0,0774; односторонний t-критерий для одной выборки).

4.2 Обучение временной смежности не влияет на допуск по размеру

В LOC расстояния до изображений одного и того же объекта другого размера (A control ) значительно различались от расстояний до изображений другого объекта другого размера (B ). контроль ), причем первый меньше (t (22) = -4.62, р = 0,0001; двусторонний парный t-тест). Таким образом, нейронные представления идентичности объекта в LOC устойчивы к изменениям размера. Этого не было в других областях интереса (все | t | <1,59, все p> 0,1272; двусторонние парные t-тесты).

Вопреки предсказаниям гипотезы временной смежности, обучение не вызывало каких-либо различий в допуске на размер между размером подкачки и размером без подкачки ( своп против без свопа : t (22) = -0,44, p = 0,6673; B своп vs.B без свопа : t (22) = 0,73, p = 0,4744; двусторонние парные t-тесты). Более того, интересующие расстояния в LOC не различались между экспериментальными парами и контрольными парами (A swap vs. A control : t (22) = 0.20, p = 0.8466; A non-swap vs. contro l: t (22) = 0,85, p = 0,4018; B swap vs. B control : t (22) = 0.40, p = 0,6942; B без замены vs. B control : t (22) = -0,19, p = 0,8498; двусторонние парные t-тесты).Другими словами, мы не нашли никаких доказательств того, что тренировка временной непрерывности может создавать или нарушать толерантность к размеру в LOC (рисунок 6).

Рисунок 6.

Влияние тренировки на интересующие расстояния в LOC. На левой панели показана разница между расстоянием A swap и A без замены и между расстоянием B swap и B без замены в экспериментальных парах. На правой панели показаны различия между экспериментальными парами и контрольными парами. Более конкретно, интересующие расстояния в экспериментальных парах сравниваются с их эквивалентами с контролируемым размером в контрольных парах (см. Текст).Планки погрешностей обозначают 95% доверительные интервалы различий. Все различия были несущественными.

В предыдущих разделах уже указано, что нам не хватает чувствительности в других визуальных областях интереса для выявления потенциальных эффектов, и мы не предсказывали там каких-либо эффектов. Таким образом, неудивительно, что другие визуальные РИ также не показали никакой разницы между расстоянием A swap и A без обмена или между расстоянием B swap и B без обмена в экспериментальных парах (V1 : оба | t (22) | <0.93, оба p> 0,3651; FFA: оба | t (21) | <0,44, оба p> 0,6611; двусторонние парные t-тесты). Различия между интересующими расстояниями в экспериментальной и контрольной парах также не достигли значимости (V1: все | t (22) | <0,93, все p> 0,3643; FFA: все | t (21) | <1,83, все p> 0,0826; двусторонний парный t-критерий).

Мы рассмотрели еще два вопроса, которые имеют отношение к нулевому результату обучения в LOC. Во-первых, важно исключить, что нашему эксперименту просто не хватило бы чувствительности, чтобы обнаружить существующие эффекты тренировки.Здесь уместно подчеркнуть, что в LOC мы смогли подобрать допуск по размеру (путем сравнения расстояний A , контроль и B , контроль ) с очень высокой значимостью (p = 0,0001). Измеренный здесь допуск на размер имеет размер эффекта d z , равный 0,9638 (т.е. t / vn = 4,6223 / v23), и наш эксперимент имеет мощность 0,9929 для обнаружения эффекта этого размера с помощью двустороннего парного t-критерия. и α = 0,05 (рассчитано с использованием G * Power 3.1; Faul, Erdfelder, Lang, & Buchner, 2009).В исследовании, проведенном Ли и ДиКарло (2008), селективность объекта в положении обмена, или, другими словами, допустимое отклонение положения, снизилась вдвое после того же количества попыток воздействия, которое использовалось здесь (см. Их рисунок 2а). Поэтому мы рассчитали мощность нашего эксперимента, чтобы измерить уменьшение наблюдаемого допуска на размер наполовину (d z = 0,4819). Используя двусторонний парный t-критерий и α, равный 0,05, эта мощность составляет 0,5986. Мощность дополнительно увеличивается до 0,7238 при использовании одностороннего теста, что было бы целесообразно, учитывая, что прогноз является направленным (уменьшение допуска по размеру).Таким образом, маловероятно, что мы пропустим существующий эффект из-за недостаточной чувствительности, если только эффект меньше, чем ожидалось на основе предыдущих исследований.

Во-вторых, интерпретация отсутствия какого-либо эффекта временной смежности в зрительной системе может быть ограничена потенциальными эффектами в других областях мозга, которые кодируют различные аспекты обучающего события. По этой причине мы также включили контрольные ROI, которые, как известно, участвуют в ассоциативном обучении. Трудно точно предсказать, как наш тренировочный протокол повлияет на репрезентации в таких областях, как гиппокамп и парагиппокампальная извилина.Стандартные протоколы ассоциативного обучения включают обучение со случайным объединением объектов в пары и обнаруживают повышенное нейронное сходство для объектов, которые были объединены в пары. Критическое различие в нашей парадигме состоит в том, что пары объектов зависят от размера, так что объект сопряжен с версией самого себя другого размера при размере без замены (расстояние A без замены ) и с другим размером — размер версии другого объекта в размере подкачки (расстояние B подкачки ). Надежность нейронных паттернов в этих областях интереса медиальной височной доли невысока (см. Раздел 4.1), и поэтому нулевой результат в этих ROI не был бы очень информативным, но, тем не менее, мы проверили, есть ли какие-либо признаки кодирования для этих ассоциаций. Похоже, это было так для расстояния A без замены . И в гиппокампе, и в парагиппокампальной извилине расстояние A без замены в экспериментальных парах было меньше, чем расстояние A в контроле (гиппокамп: t (22) = -2,20, p = 0,0386; парагиппокамп: t (22) = — 2.17, p = 0,0408; двусторонние парные t-критерии).Этот вывод предполагает, что обучение привело к увеличению репрезентативного сходства (то есть меньшего нейронного расстояния) между изображениями объектов среднего размера и изображениями без обмена, и, таким образом, временная связь между объектом и его временно связанной версией разного размера была закодирована для медиального височная доля. Однако обратите внимание, что эти эффекты не выдерживают нашей поправки на множественные сравнения. Никакого подобного эффекта не было отмечено для временно связанного другого объекта при размере подкачки (расстояние B поменять местами ), равно как не было никакого эффекта для других расстояний (гиппокамп: оба | t (22) | <1.17 и p> 0,2560; парагиппокамп: оба | t (22) | <1,18 и p> 0,2530). Сравнение расстояний для размеров подкачки и без подмены в экспериментальных парах также не выявило каких-либо эффектов (гиппокамп: оба t (22) <1,76 и p> 0,0917; парагиппокамп: оба | t (22) | <1,04 и p> 0,3080). Таким образом, есть некоторые, хотя и ограниченные, свидетельства того, что ассоциации образов, возникающие во время тренировки, представлены за пределами зрительной коры.

4.3 Представление сходства, размера и идентичности объекта

Наконец, мы представляем более подробную характеристику того, как представления меняются с V1 на LOC с точки зрения подобия формы и неизменности размера.И LOC, и V1 демонстрируют надежное представление о подобии и размере объекта. Разница в сходстве между всеми изображениями в паре и всеми изображениями, принадлежащими разным парам, была обнаружена LOC (t (22) = -6,63, p = 1,14e-6) и V1 (t (22) = -5,14, p = 3,75e-5), но не другими областями интереса (все | t | <1,24, все p 0,2316; двусторонние парные t-тесты; рисунок 7, правая панель, фиолетовые столбцы). Разница между расстояниями, покрывающими один шаг размера и два шага размера (независимо от идентичности объекта), также была представлена ​​в этих областях (LOC: t (22) = -6.30, p = 2,43e-6; V1: t (22) = -5,66, p = 1,09e-5; другие ROI: все | t | <-1,94, все p> 0,0657; двусторонние парные t-тесты; Рисунок 7, правая панель, желтые полосы).

Рисунок 7.

Влияние схожести, размера и идентичности объектов в LOC и V1. На левой панели показаны четыре показателя, которые были рассчитаны для проверки эффекта сходства объектов и разницы в размерах, а также индекса различения объектов и различения размеров. Планки погрешностей обозначают односторонние 95% доверительные интервалы. На правой панели показаны эффекты сходства и размера, а также разница между размером и мерами различения объектов.Планки погрешностей представляют собой 95% доверительные интервалы различий. ** p <0,001, *** p <0,0001

Нейронные репрезентации в LOC и V1 кажутся богатыми информацией: эти области чувствительны к различиям в сходстве и размере и могут различать отдельные изображения (см. 4.1). Хотя эти результаты указывают на сходство между нейронными репрезентациями в LOC и V1, мы также можем ожидать определенных различий, учитывая отличное расположение и функцию регионов в зрительной системе.Меры различения объектов и различий по размеру позволили нам более подробно изучить репрезентации каждого региона и сравнить относительный вклад идентичности и размера объекта между регионами.

В LOC нейронное расстояние между объектами одной пары и одинакового размера (т. Е. Мера различения объектов) было значительно больше нуля (t (22) = 4,13, p = 0,0002; односторонний t-критерий для одной выборки). ). Нейронное расстояние между изображениями одного и того же объекта, различающимися на один шаг размера (т.е. мера дискриминации по размеру) также была значимой (t (22) = 4,60, p = 6,94e-5; односторонний t-критерий для одной выборки; рисунок 7, левая панель, бирюзовые столбцы). Разницы между двумя показателями не было (t (22) = -0,90, p = 0,38; двусторонний парный t-критерий; рис. 7, правая панель, бирюзовая полоса).

В V1 показатели различения объектов и дискриминации по размеру также были значительными (различение объектов: t (22) = 5,03, p = 2,47e-5; различение по размеру: t (22) = 5,45, p = 8,86e- 6; односторонний t-критерий выборки; рис. 7, левая панель, бирюзовые столбцы).Более того, индекс дискриминации по размеру был значительно больше, чем индекс дискриминации объекта (t (22) = 5,37, p = 2,14e-5; двусторонний парный t-тест; рисунок 7, правая панель, бирюзовая полоса).

Хотя отсутствие разницы в LOC и наличие разницы в V1 уже дает предположение о том, что относительный вклад размера и идентичности объекта в нейронные представления различается между регионами, мы также проверили это напрямую, сравнив нормализованную разницу. мер (т.е. отношение разницы к абсолютной величине суммы) между регионами. Этот тест выявил значительную разницу между V1 и LOC (t (22) = 2,96, p = 0,0073; двусторонний парный t-тест; рисунок 8, правая панель).

Рисунок 8.

Относительный вклад представления идентичности и размера в LOC и V1. Левая панель показывает разницу между размерами и показателями различения объектов, деленную на абсолютное значение их суммы. Обратите внимание, что это соотношение является нормализованной версией бирюзовых полос на правой панели рисунка 7.Правая панель показывает разницу в этом соотношении между V1 и LOC. Планки погрешностей представляют собой 95% доверительные интервалы. * p <0,01, *** p <0,0001

5 Обсуждение

В этом исследовании мы исследовали репрезентации нейронных объектов во многих областях зрительной коры и MTL с использованием многомерного анализа паттернов. В LOC и V1 разные изображения объектов схожей формы можно отличить друг от друга. Репрезентативное сходство в этих регионах отражает комбинацию информации о различиях в размерах, степени сходства и идентичности объекта.Более того, представление идентичности объекта в LOC частично инвариантно по размеру и более инвариантно по размеру, чем в V1, что подтверждает то, что мы знаем об обработке информации в этих областях. Целью этого исследования было изучить влияние тренировочных протоколов, разработанных, чтобы повлиять на инвариантность этого размера. Мы показали участникам последовательности изображений объектов, изменяющихся в размере, а в половине случаев также меняющих идентичность. Согласно гипотезе временной непрерывности, этот процесс должен изменять допуск по размеру.Однако мы не нашли никаких доказательств того, что тренировка временной смежности может создавать или нарушать толерантность к размеру в LOC.

Используемый здесь набор стимулов был адаптирован из базы данных новых объектов и необычных имен (NOUN). База данных NOUN состоит из изображений реальных трехмерных новых объектов. Новизна объектов была подтверждена самоотчетом и отсутствием консенсуса в названии и / или идентификации объектов (Horst & Hout, 2016). Учитывая, что эти объекты инстинктивно не связаны с определенным именем, изменения в идентичности объекта, происходящие во время фазы обучения, с меньшей вероятностью будут вербализованы (например,грамм. «Лодка превратилась в рыбу»). Мы пришли к выводу, что вербализация этих изменений идентичности может противодействовать эффектам обучения временной смежности в условиях обмена. Таким образом, мы избежали этой потенциальной проблемы, используя новые, а не знакомые предметы. Точно так же субъективное сходство и сходство формы предметов в паре еще больше помогло избежать вербализации. В исследованиях обезьян, проведенных Ли и ДиКарло (2008, 2010, 2012), стимулами были объекты, знакомые людям (например, лодка и рыба), но можно предположить, что они являются новыми для обезьян.Таким образом, использование незнакомых объектов в этом исследовании имело дополнительное преимущество, заключающееся в том, что предыдущий опыт работы со стимулами более сопоставим с исследованиями на обезьянах.

Наше открытие частичной толерантности к различению объектов по размеру в LOC согласуется с электрофизиологическими данными на обезьянах, показывающими, что только подмножество нейронов нижневисочной (ИТ) коры демонстрирует инвариантные ответы, и что идентичность объекта, а также информация о размере являются представлены в IT (Hung et al., 2005; Ito et al., 1995). Наши результаты также согласуются с выводами исследований нейровизуализации человека, проведенными Eger et al. (2008) и Эгер, Келл и Кляйншмидт (2008). Мы показали, что репрезентативная информация в LOC достаточно детализирована, чтобы можно было различать объекты схожей формы. Хотя мы не использовали стимулы из хорошо известных повседневных категорий, этот результат хорошо согласуется с внутрикатегорийной дискриминацией объектов, описанной в Eger et al. (2008) и Eger, Kell, & Kleinschmidt (2008), учитывая, что объекты в одной категории обычно имеют больше сходных характеристик формы, чем объекты, принадлежащие к разным категориям.Наши результаты также показали, что репрезентативные расстояния на двух шагах размера были значительно больше, чем расстояния на одном шаге. Это соответствует градуированной чувствительности к размеру, найденной Eger, Kell, & Kleinschmidt (2008).

Мы показали, что, помимо LOC, различные изображения объектов также могут быть надежно различимы по V1. Нейронные паттерны как в LOC, так и в V1 несут информацию об идентичности объекта, а также о размере, но их относительный вклад различается между регионами: LOC отдает предпочтение идентификационной информации, а V1 отдает предпочтение информации о размере.Об аналогичных диссоциациях между V1 и LOC сообщили Eger et al. (2008) и Эгер, Келл и Кляйншмидт (2008). Мы обнаружили, что в V1 различение объектов не было толерантным к изменениям размера, что указывает на то, что эффект идентичности объекта в V1 может быть объяснен пиксельными различиями между объектами. Это поднимает вопрос, в какой степени нейронные представления в LOC также отражают пиксельное сходство, а не более абстрактное представление идентичности объекта. Однако допуск по размеру в LOC и вышеупомянутая диссоциация с V1 убедительно свидетельствуют о том, что результаты в LOC не связаны исключительно с низким уровнем сходства.

Вопреки предсказаниям гипотезы временной смежности, мы не обнаружили никаких изменений допуска размера в LOC как следствие протокола обучения. Представление изображений объектов вместе во времени непрерывным образом в течение 1-часового периода не изменило нервное расстояние между представлениями этих изображений. Мы не обнаружили эффекта при сравнении нейронных расстояний между условиями обмена и отсутствия обмена внутри пар, а также при сравнении нервных расстояний между экспериментальными парами и контрольными парами.Отсутствие эффекта от тренировки временной непрерывности контрастирует с результатами предыдущих исследований на людях (Cox et al., 2005; Van Meel & Op de Beeck, 2018; Wallis et al., 2009; Wallis & Bülthoff, 2001). Помимо эксперимента фМРТ в нашем более раннем исследовании (Van Meel & Op de Beeck, 2018), все предыдущие исследования на людях косвенно предполагали изменения в нейронных репрезентациях на основе изменений поведенческих характеристик при выполнении одной и той же / другой задачи. Когда участники сознательно пытаются различать объекты, дополнительное внимание может быть привлечено к различиям между этими объектами.Более того, бинарное решение о том же / различии, требуемое задачей, может затруднить улавливание тонких изменений репрезентативного сходства. В результате поведенческие меры могут привести к уменьшению размеров эффекта и скрыть более существенные изменения, вызванные временной непрерывностью. Следуя этой линии рассуждений, исследования с использованием нейронных показателей вместо поведенческих должны привести к более значительным эффектам. Вместо этого мы сообщили о нулевом результате. Таким образом, кажется маловероятным, что расхождение в результатах вызвано простым использованием нейронной меры, а не поведенческого считывания.

Отсутствие эффекта временной смежности также не согласуется с данными электрофизиологических исследований на приматах (Li & DiCarlo, 2008; 2010; 2012). Мы изучали участников-людей вместо обезьян-макак. Учитывая хорошо задокументированное анатомическое и функциональное сходство между IT обезьяны и LOC человека, это различие в изученных видах само по себе не кажется правдоподобным объяснением отсутствия эффекта. Мы хотели бы еще раз отметить, что дизайн этого исследования был смоделирован так, чтобы быть максимально похожим на исследования на приматах.Li & DiCarlo (2008) обнаружили существенные изменения допуска положения после фазы раскрытия, состоящей из 400 испытаний с заменой и 400 испытаний без замены, что является тем же числом испытаний, что и мы использовали здесь. Мы подсчитали, что в нашем эксперименте мощность от умеренной (0,5986; двусторонний тест) до разумной (0,7238; односторонний тест) обнаруживала уменьшение вдвое меньшего допуска по размеру в LOC, что и является ожидаемой величиной эффекта. для этой величины воздействия на основе исследований Li & DiCarlo (2008; 2010; 2012).Более того, в той же области мозга другие ожидаемые эффекты, такие как эффекты разницы в размерах, сходства объектов и идентичности объектов, были обнаружены с высокой значимостью. Таким образом, наша неспособность найти эффект от тренировки временной смежности, по-видимому, связана с отсутствием эффекта, а не с недостатком мощности. По крайней мере, это предполагает, что размер эффекта изменений из-за временного прилегания намного меньше, чем можно было предположить из предыдущих исследований.

Помимо того, что он меньше, он мог также расти медленнее, чем ожидалось.Мы не можем исключить возможность обнаружения эффекта с помощью фМРТ при значительном увеличении длительности фазы воздействия. Одно наблюдение показало, что тренировка могла повлиять на ассоциации между изображениями за пределами зрительной коры. В двух областях медиальной височной доли (MTL), а именно в гиппокампе и парагиппокампальной извилине, нервное расстояние между объектом среднего размера и тем же объектом другого размера было меньше в состоянии без обмена, чем в контрольном состоянии, что подразумевает увеличенное репрезентативное сходство из-за временной ассоциации.Нейронные паттерны в этих областях были зашумленными (расстояния от A до D не были значительно больше нуля), и эффект не выдержал коррекции для множественных сравнений. Более того, никаких других ассоциативных эффектов в этих регионах не обнаружено. Следовательно, это наблюдение не позволяет делать однозначных выводов. Будущие исследования, в которых параметры визуализации оптимизированы для покрытия медиальной височной доли, в частности гиппокампа и парагиппокампальной извилины, могут внести больше ясности.

Еще одно важное отличие нашего исследования от экспериментов на приматах — это пространственное разрешение. В то время как электрофизиологические методы, используемые Ли и ДиКарло, позволяли им измерять ответы отдельных нейронов или небольших групп нейронов и регулировать выбор стимула в соответствии с их избирательностью, наименьшая единица измерения фМРТ, воксель, состоит из сотен тысяч нейронов. Исследование компьютерного моделирования, проведенное Isik, Leibo и Poggio (2012), показало, что в зависимости от размера измеряемой популяции клеток и степени воздействия большие изменения на уровне отдельных клеток могут быть незначительными на уровне популяции.Это могло произойти, если эффекты воздействия ограничиваются небольшим подмножеством клеток с высоким предпочтением одного из объектов, участвующих в обучении, как это было в случае модели Isik et al. (2012). Не уверен, что это может объяснить расхождение с результатами, полученными на обезьянах, потому что большая часть доказательств была получена из многокомпонентных записей, которые также уже объединяются по нескольким нейронам. Тем не менее, это возможная гипотеза, которая требует дальнейшего изучения, например, путем более объективной выборки нейронов в электрофизиологическом исследовании обезьян.

В заключение мы обнаружили, что идентичность объекта представлена ​​в LOC инвариантным по размеру способом. Нейронные паттерны в LOC также содержат информацию о размере объекта и его сходстве. Мы не нашли никаких доказательств того, что тренировка временной смежности влияет на толерантность к размеру в этой области. Необходимы дополнительные исследования, посвященные другим областям мозга, в том числе медиальной височной доле, включающим более длительные парадигмы обучения и / или изучению того, как эффекты распределяются по популяциям нейронов, для дальнейшего выяснения роли временной смежности в обучающей инвариантности.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *