Что такое рефлексия в общем смысле: Рефлексия. Что такое «Рефлексия»? Понятие и определение термина «Рефлексия» – Глоссарий

Содержание

Что Это Такое? (Виды и Важность Рефлексии)

Этот термин часто применяют к страданиям интеллигенции, но рефлексия что это такое в психологии – более обширная тема. Оказывается, многие из нас любят рефлексировать на досуге, вспоминая упущенные возможности. К тому же многие хотят развивать себя, особенно сейчас, когда это стремление стало популярным. Чтобы личность преуспела в данном процессе, необходимо самопознание. Этим процессом как раз и управляет рефлексия.

Краткое содержание:

Что такое рефлексия?

Значение слова «рефлекс» (лат. reflexus) помнят почти все ещё из школьной программы – это неосознанная механическая или натренированная реакция на внешнее воздействие – отражение. Слово «рефлексия» (лат. Reflexio) имеет другое значение – обращение назад, оборачивание.

Для лучшего понимания постараюсь изложить: явление рефлексия, что это такое простыми словами. Это анализ и осмысление своего внутреннего мира, можно сказать, что это инвентаризация своих резервов. В список которых входят: эмоции, чувства, мотивы, цели, поступки, установки, оценка отношений.

Это явление трудно назвать только мыслительной работой. Здесь всё взаимосвязано, духовная сфера, размышления, эмоциональная составляющая и оценка всего происходящего или произошедшего в прошлом. Это не врождённая способность, как рефлекс, а приобретённое умение заниматься самопознанием и самооценкой.

Что такое рефлексия в общем смысле – это анализ своей личности. Процесс может протекать неприятно и болезненно, поскольку самокритика и осмысление причин, мотивов совершённых поступков могут доставить дискомфорт. Но данный процесс необходим для успешного развития человека как личности. Без рефлексии нельзя стать лучше и избежать повторения ошибок, совершённых в прошлом.

Рефлексия — это в психологии означает набор размышлений, взгляд, обращённый в прошлое. Более точное определение трактуется как самоуглубление, познание собственной личности, путешествие в недра своей психики. К слову, на этом явлении основаны многие фильмы, снятые известными режиссёрами. Данный приём часто используется для создания захватывающего ретроспективного сюжета и неожиданной развязки в конце.

Понятие рефлексия вошло в обиход ещё со времён Античной философии. Но более подробно данным вопросом занялись в 20 веке. Основоположником полноценного изучения стал психолог А.Буземан. По его теории рефлексивный — это переносящий переживания из внешнего, в мир внутренний. Животные не умеют вспоминать и осознавать свои инстинкты и анализировать полученные знания.

Рефлексивная функция – признак развитой личности, присущей только человеческому виду. Нам необходимо углубляться в смысл своей жизни, и анализировать происходящее вокруг. Умение оценивать свои возможности порой становится причиной депрессий и других эмоциональных состояний.

📽 Рефлексия: видео в тему

Виды рефлексии

Существуют разные виды рефлексии в психологии, которые используют для разных ситуаций.

✔Интеллектуальная​

Этот вид означает размышления о накопленных знаниях и способах их применения в реальных ситуациях. ​

✔Коммуникативная

При данном явлении человек проводит анализ собственных взаимоотношений с окружающим миром, в том числе с разными людьми, входящими в этот круг родственниками, друзьями, коллегами, знакомыми.

✔Саморефлексия​

Глубокий процесс погружения в очень личные размышления.

✔Саногенная

Характеризуется попытками взять под контроль ситуацию, вызывающую стресс. Желание избавиться от негативных эмоций, чувств и переживаний.

Кроме того, существуют ещё разные типы рефлексии. Деление происходит в зависимости от направления сознания:

  • Личностный тип. Связан с переоценкой ценностей, анализом эмоций. В компоненты, которые служат предметом анализа, входят: способности, возможности, идеалы, цели, потребности и мотивы.
  • Логический тип. Самый рациональный из всех представленных. Направление такой рефлексии – познавательные процессы. Она взаимосвязана с самооценкой мышления, его особенностей и отличительных черт.
  • Когнитивный тип. Используется в области обучения и получения новых знаний. Направлен на изучение качества приобретённой информации и насколько она соответствует предъявленным требованиям учителей. Способствует расширению кругозора, помогает адекватно оценить собственный профессиональный уровень.
  • Межличностный тип рефлексии. Направлен на осмысление взаимоотношений с другими людьми, анализом конфликтов и социального взаимодействия.
  • Социальный тип. Это понимание того, какие чувства мы вызываем у окружающих. Это способность анализировать свои поступки, реакцию и умение корректировать собственное поведение.

Способность к рефлексии — это ещё и умение анализировать прошлые события и предвидеть их развитие в будущем. Поэтому существуют два вида рефлексии, которые разделяют по времени:

1. Рефлексия ретроспективная. Это осознание и осмысление произошедших событий, оценка своего поведения, поступков, ошибок. Мы осознаем причины произошедшего и пытаемся извлечь уроки, которые пригодятся в будущем, при возможном повторении ситуации.

2. Рефлексия перспективная. Это означает взгляд в будущее. Логическим способом мы пытаемся рассчитать развитие событий, оцениваем свои возможности. Без этого вида невозможно заниматься планированием и выбором самых эффективных стратегий.

Почему рефлексия так важна?

Итак, для чего нужна рефлексия нам, обычным людям, проживающим свою жизнь в этом мире? Оказывается, эта способность может как значительно облегчить существование, так и усложнить его. Всё зависит от того, как именно использовать этот вид деятельности. Несомненно, одно – она открывает перед нами новые возможности и делает жизнь богаче, интереснее. Не говоря уже о том, что это явление служит неисчерпаемым источником вдохновения для творческих и креативных людей.

Роль рефлексии в жизни человека:

► Появляется возможность взять под контроль собственное мышление. Человек ищет правильное русло для своих размышлений и действий.

► С рефлексией связана способность к самокритике. Это позволяет увидеть собственные недостатки, проводить анализ ошибок и работу по их исправлению.

► Благодаря самоанализу можно избавиться от негативных мыслей, тяжким грузом лежащих в голове и отравляющих нашу жизнь.

► С рефлексией возможен анализ ситуаций, происходящих в жизни и возможность сделать логические выводы.

► Осознание ошибок, совершённых в прошлом, помогает заниматься саморазвитием, воспитанием в себе стрессоустойчивости и обретение индивидуальной позиции.

Рефлексия способствует росту личности. Человек получает возможность изменяться и извлекать уроки из своих ошибок, чтобы избегнуть их повторения. Если же человек не наделён способностью к рефлексии, он повторяет свои ошибки, трагически «наступая на одни и те же грабли». При этом не понимает причины своего плачевного положения.

Примеры рефлексии в психологии

Быстрый темп современной жизни и поток информации, льющийся отовсюду, часто не оставляет возможности для раздумий над серьёзными вопросами бытия. В реальности есть много возможностей для развития рефлексии внутри себя.

Рефлексия в психологии примеры из жизни:

▪️Наблюдение матери за ребёнком. Если она видит в нём отражение своего поведения, это тоже форма самоанализа.

▪️Чтение художественной литературы. Сопереживание героям книги, согласие или несогласие с их поступками, примерка ситуации на себя – это также оценка своих возможных действий.

▪️Раскаяние после ссоры или сожаление о негативной реакции. Эмоции, взятые под контроль и поиск их причин – это одно из проявлений самоанализа.

▪️Учителя занимаются рефлексией ежедневно, в силу своей профессии. Они проводят оценку всех этапов, анализируют возникшие сложности для удаления препятствий и исправления ошибок. Овладение этим процессом позволяет значительно повысить профессиональный уровень педагога.

Склонность к рефлексии бывает врождённой или приобретённой. Это умение можно в себе развить, пользуясь некоторыми методиками.

Например, анализируя просмотренный фильм, прочитанную книгу. Помогают размышления над жизненными ситуациями и вопросы, которые человек задаёт себе после разных событий.

Есть люди, которые не придают значения этому явлению. Они оставляют без внимания анализ собственных поступков и действий. Результат такого поведения – зацикливание в привычной схеме поведения. Это приводит к плохим взаимоотношениям с людьми, конфликты с самим собой и даже открывает ворота психическим заболеваниям. Научиться правильно рефлексировать можно самому или с помощью специалиста.

Заключение

Всё, что влияет на способность человека к рефлексии, заключено в нашей жизни. Это умение закладывается с самого раннего возраста.

  • Осознание себя начинается в три года и это точка отсчёта для начала самоанализа, хотя он находится ещё в зачаточном состоянии.
  • Следующий ключевой момент – поступление в школу. Адаптация в обществе, оценочная система и учебная деятельность способствуют началу осознанного самоанализа.
  • В подростковом возрасте закладываются навыки самооценки. Гормональные «качели» и резкое взросление могут дезориентировать ребёнка. Для правильного формирования рефлексивной деятельности требуется участие старшего поколения.
  • В ранней юности правильно сформированная способность проявляется уже в полной мере. Накопление опыта рефлексивной деятельности продолжается и в последующие годы. Происходит освоение её новых видов и углубление самоанализа.

Если по какой-то причине навык не был приобретён или он недостаточно развит – всегда есть возможность двигаться в этом направлении. Примером тому может служить герой книги Джека Лондона Мартин Иден. Но он совершил роковую ошибку, которой можно избежать.

Важно научиться использовать данную способность как инструмент саморазвития, а не угнетение собственной личности. Излишнее самокопание и выискивание негатива только вредит человеку.

Параллельно с осознанием ошибок нужно заниматься изучением своих сильных сторон – это позволяет сохранить внутреннее равновесие, которое нам необходимо для сохранения душевного здоровья.

Об авторе: Привет! Я — Каролина Кораблёва. Живу в Подмосковье, в городе Одинцово. Люблю жизнь и людей. Стараюсь быть реалистом и оптимистом по жизни.
В людях ценю умение себя вести. Увлекаюсь психологией, в частности — конфликтологией. Закончила РГСУ, факультет «Психология труда и специальная психология».

Что такое рефлексия в философии: значение и особенности рефлексии

Рефлексия (в переводе с позднелатинского означает обращение назад) – один из видов умственной деятельности человека, направленной на осмысление себя и сложившегося мироздания.

Она представляет собой инструмент познания, активно применяющийся в философии. Это способ познания существующих понятий и определений, открытых и доступных человеку.

Рассуждение возможно только в случае известных знаний или возникших проблем. При отсутствии начальной теоретической базы невозможно суждение. То есть всегда обязательно присутствие какой-то направляющей составной части, элементов для мыслительной деятельности.

Перед философской рефлексией стоит цель постоянного поиска истины. Она ничего не утверждает, но наоборот, подвергает сомнениям сложившиеся представления о тех или иных объектах человеческого восприятия. Это явление есть мышление о мышлении. При этом происходит обработка теорий, всех знаний.

Различные точки зрения складывались в период формирования данного понятия. Древние мыслители и философы расходились в своих мнениях. Вариантов трактовки понятия достаточно много. Порой это больше походит на какую-то гонку, на стремление создать собственную неповторимую версию. И чем больше было мыслителей, тем сложнее они выдвигали свои определения.

Истина в философии непредсказуема и постигается поэтапно. Её понятие может довольно сильно колебаться с течением времени жизни человека. Здесь просматривается зависимость изменения восприятия и, следовательно, получения нового понимания сущности происходящего. Благодаря восприятию человек получает свой реальный опыт. Но истина не связана прямо с опытом. Потому что полученные знания всегда разнообразны.

Таким образом, перцепция имеет второстепенное значение в проблеме поиска истины, так как не обеспечивает должной достоверности. Но в то же время она является инструментом получения информации. Если перцепция только открывает для себя новое, то апперцепция уже подтверждает или показывает известный субъекту факт, то есть она ожидаема и не имеет очевидной неизвестности.

Люди обращаются к философской рефлексии, чтобы познать себя, чтобы понять жизнь.

Философия Гегеля

Данный мыслитель определил две разновидности рефлексии:

  1. Теоретическая;
  2. Практическая.

Первый вид помогает человеку при помощи рассуждений подойти к решению вопроса. Анализирование, установление связей между понятиями позволяет получить близкое к истине представление. По мнению Гегеля, теоретическая рефлексия приближает человека к познанию собственной сущности. Практическая рефлексия – это движение к идеальному образу человека. И здесь

задействованы мотивы, которые побуждают что-либо сделать.

Гегель считает, что мысль находит себя только тогда, когда способна породить себя. Мышление становится адекватным при осознании самого процесса мышления; при рассмотрении мышления в качестве объекта. Рефлексия подвергает сознание анализу, она обрабатывает уже готовый материал.

Формы философской рефлексии

Выделяют всего две формы философской рефлексии:

  1. Экстравертная. Рефлексивная деятельность здесь возможна при непосредственном участии внешних факторов. При этом критическое отношение к себе самому исключается. Такую форму можно отнести к общему способу познания;
  2. Интровертная философская рефлексия. Здесь к экстровертному мышлению присоединяется самокритичность. Субъект рассматривает себя как единицу, наделённую знаниями, мыслями и оценивает значимость и смысл своего существования.

Философия рассматривается как элемент культуры, а с другой стороны – как результат процесса рефлексии всего содержания жизни людей. Философская рефлексия – это обращение назад с целью тщательного просмотра результатов работы человека в любой из его деятельностей.

Раньше, без применения философской рефлексии, мудрецы пользовались элементарными отражениями эмоций, которые являлись естественными для всех людей. Это удивление, ирония, сомнение и т. п. В последующем развитии философии мыслители совершенствовали мыслительный процесс.

Но сама преобразованность философской рефлексии ещё не является непосредственно философией. В конечном итоге, важно то, на что направлен и с какой целью взгляд мыслителя. Философская рефлексия резко отличается от повседневной рефлексии. Во-первых, она направлена на совершенно другие объекты рассмотрения: культура, мировоззрение и т. д. Во-вторых, имеется иная технология мышления. Например, если взять такое чувство, как сомнение. В повседневной жизни человек подвергает сомнению что-то конкретное; то, в чём он неуверен. В философии же сомнению подвергается всё. Это необходимо для избавления от иллюзий.

Парадоксальная рефлексия

Здесь рассматривается мышление скачками, из одной крайности в другую, что делает философскую рефлексию более пластичной и подвижной. Здесь представляется более широкий горизонт для мышления. В этом случае человек сам задаёт границы и условия для предмета, исходя из побуждающих соображений. В итоге, мыслитель выходит за пределы формальности. Он освобождается от какого-либо внешнего влияния. Парадоксальная рефлексивность мысли требуется в случае, когда недостаточно действительных рациональных оснований утверждать то или иное заключение.

Трансдоксальная рефлексия

Трансдоксальность ориентирована на критику, борьбу с заблуждениями, предрассудками. Дж. Локк заметил, что общественность имеет твёрдое убеждение наличия таковых свойств у предмета, как воспринимает его. В результате он попытался отделить предмет восприятия от чувственного образа и показать несомненное различие между ними. Таким образом, он выявил первичные и вторичные качества.

Фундаментальная рефлексия

В отличие от повседневного мышления, наука и философия погружаются в подробный анализ и занимаются наиболее подробным прояснением принципов и понятий. С этой точки зрения наука и философия обладают наибольшей динамичностью по сравнению с обыденным течением. Но для движения науки подобная рефлексивность необходима только на определённых этапах формирования теорий. По мере приближения к истинным началам потребность в рефлексии уменьшается. Но в самом начале движения активность рефлексии предельно высока.

Конститутивность, напротив, не углубляется, а движется вширь. То есть она распределяет свою систему координат по уже известным точкам. Рассмотрение вопроса происходит в пределах этой системы. То есть задача субъекта состоит в том, чтобы систематизировать имеющиеся данные, привести объекты системы к общему «знаменателю».

Условия философской рефлексии

Чтобы рефлексировать человек должен учитывать следующие моменты:

  1. Уметь абстрагироваться. Должно быть хорошо развито воображение. В философии это одно из самых важных условий мысли;
  2. Уметь создавать вероятные условия эксперимента;
  3. Устанавливать связи сразу между целой системой объектов;
  4. Быть скептически настроенным, то есть абсолютно всё подвергать сомнению. Философия всё подвергает сомнению, чтобы найти истинное знание.

В общем смысле слова философская рефлексия направлена на самопознание своего существования. Это продвижение человека на пути к просветлению, на пути к наилучшему самоосознанию. Это открытие абсолютно новых направлений мысли; это расширение границ видения всего сущего. Рефлексия позволяет в какой-то степени увидеть относительность предметов друг от друга, определить их величину, значение.

Почему человек постоянно обращается назад, перебирает события прошлого. Потому что движение вперёд допустимо в случае какого-то воздействия в направлении «вперёд». Всякое движение осуществляется благодаря чему-то, благодаря способствующим событиям. Если никакого влияния извне на предмет не происходит, то и предмет продолжит находиться в состоянии покоя. Поэтому тщательное изучение имеющихся фактов, имеющихся единиц для осуществления мыслительной деятельности и непрерывное движение к истине постепенно создаёт импульс, который необходим для движения вперёд. В философии инструментом создания этого импульса является обращение назад.

Истина постигается лишь терпеливыми. Теми, кто способен сохранять спокойствие; кто умеет устанавливать связи между событиями; кто чувствует потребность в истине. Рефлексия чем-то похожа на состояние медитации. В каком-то смысле это так и есть, но здесь не применяются медитирующие техники. Человек находится в привычном состоянии, но мыслительная деятельность отвлечена от настоящих внешних раздражителей.

Понятие «рефлексия» в социальной философии

Формирование культурной традиции понятия «рефлексия». Культурную традицию формирования понятия «рефлексия» можно разделить на два периода, граница между которыми проходит в XVI веке.

I период включает античность и средние века. Именно в этот период была создана и сформировалась та техника мышления, которая привела в дальнейшем к расцвету философии и науки. В этот период формировалась натуралистическая позиция и естественнонаучное мышление.

Предпосылки рефлексии возникли в древнегреческой философии и проявляются в таких высказываниях: «Всему свое время» Питтака, «Наибольшее богатство – ничего не желать» Биаса, «Познай самого себя» Фалеса, «Ничего сверх меры» Хилона и Солона, «Наслаждения смертны, добродетели бессмертны» Периандра, «Я только знаю, что ничего не знаю» Сократа, фундаментальный рефлексивный принцип древних иудеев, индийских буддистов и китайских философов «Не делай другому то, чего не хотел бы себе, стань на его место, слейся с ним в великом духовном единении» и др.

Сократ в своей огромной духовной деятельности выдвинул на первый план задачу самопознания и тем самым одним из первых заговорил о рефлексии. Сократ стал заниматься развитием способности у граждан полиса к рефлексии, осуществляя процесс трансляции теоретического знания. Сократ, борясь с софистами, у которых истина оказалась забытой, стал восстанавливать в культурном пространстве полиса право философа знать и говорить истину. Истину нельзя перенять, ее надо в каждой конкретной ситуации открывать заново. Для этого нужно личностное самоопределение философа – суметь занять позицию чистого мышления по любому вопросу и вывести в эту позицию других, открывая им поверх пространства коммуникации совершенно другое пространство мышления.

У Платона и Аристотеля мышление и рефлексия толкуются как единство мыслимого и мысли.

В средние века, когда формировался естественнонаучный тип мышления, мыслители обращались к проблемам знака, значения, смысла, к проблемам деятельности. В этот период происходит индивидуализация и психологизация духа.

П. Абеляр стал родоначальником концептуализма, он пытался трактовать мышление и дух как субъективные, душевные явления, а знания – как заключенные в сознании и психике. В связи с проецированием мышления и духа в план души и индивидуального сознания проблемы рефлексии были перенесены из плана мышления и духа в план души и сознания как процесс. В античном и схоластическом мышлении использовались абстрактные мыслительные конструкции, апории и парадоксы, гипотезы, антиномии. На рубеже XI-XII вв. из «внешнего» плана для человека, из плана культуры, мышления и деятельности, из соотношения человека с внешним миром, рефлексия была перенесена в план сознания и психики, в план души.

Разрабатывая свое учение об ученом незнании, Н. Кузанский продолжить решать сложную задачу поиска единых оснований дальнейшего развития христианства и теологического знания, пригодного для воспроизводства целостного общества (разных сословий), способного познавать мир, природу, будучи объединенным в лоне католической веры.

Открытие новой онтологии было связано с новым пониманием Единого как бесконечного и беспредельного. На смену закона тождества Аристотеля Кузанский вводит принцип единства противоположностей. Единство противоположностей, в отличие от самотождественности, осуществляется в мышлении и ищется в мышлении, а не в объекте, не в материи. Здесь наступает переосмысление категорий и норм логической организации мышления, отождествление Единого с Бесконечным, и Кузанский выходит к построению совершенно нового предмета – идеальной действительности (у Платона – идеальные образы – эйдосы). Идеальная действительность становится новой объемлющей онтологией, позволяющей осуществлять переходы от одной предметной онтологии к другой. Теоретическое знание для Н. Кузанского во всех предметных формах должно было служить обожению человека через пробуждения в нем мышления. Ученое незнание – это знание о том, как мысленно работать с идеальной действительностью.

Главная особенность первого периода формирования рефлексии – субъект не вышел на первый план рассуждений, он и его душа не рассматривались при объяснении процессов мышления. Идеи, онтология, логика существовали вне человека. Это были проблемы духа, а не души. Существовала объективность в трактовке процессов и механизмов мышления, и не было представления о естественных процессах мышления.

II период в истории становления и развитии рефлексии – XVII-XIX вв. – этот период по многим очень важным параметрам человеческого мышления определяется как отстающий и «темный» в сравнении с периодом Средневековья. Период Возрождения был периодом своеобразного опрощения и вульгаризации мышления. Мыслители XVI-XVII вв. произвели упрощение мышления, созданного до них, приспособили его к нуждам примитивной инженерии и обслуживающего ее знания. Опыт был противопоставлен принципу чистой мысли. Новый способ мышления противопоставлялся схоластике и религии, природа была противопоставлена Богу. Смысл заключался в освобождении научного мышления и науки от надстройки теологии и схоластики, что помогало превратить научное мышление в науку. Раннее Возрождение совершило еще одну революцию в мышлении.

До этого считалось, что мир идей и мир представлений нельзя соотносить. Абстракции существовали сами по себе, а вещи – сами. Теперь эта стена между ними была сломана и была поставлена задача соотносить абстрактные конструкции с представлениями об объектах, достраивать и перестраивать абстрактные конструкции так, чтобы они соответствовали представлениям, рождающимся из опыта. Но новое содержание знания по-прежнему извлекалось из существовавших знаний и представлений, то есть из культурных знаний и смыслов.

Новое время произвело поворот к осуществлению рефлексии над знанием и способами его осуществления, над началами научного познания, а не познания вообще. Знание осознается как ценность.

Новаторство Г. Галилея заключалось во введении мыслительного эксперимента и проявляется в виде построения трех типов новых онтологий – предельной (вместо Аристотелевско-птолемеевской концепция Н. Коперника), предметной (новая онтология движения, новая физика) и объемлющей (гелиоцентрическая картина мира). Мыслительный эксперимент потому и оказывается у Галилея мыслительным, что осуществить его чувственно-естественно невозможно. Благодаря сближению всех трех онтологии в рамках одной мыслительно-экспериментальной конструкции возникает такое расширяющееся пространство, которое выстраивать и удерживать может только мышление.

Мыслительный эксперимент – это модель рефлексивного управления по отношению к тем каналам трансляции, которые сложились в эпоху Галилея. Чтобы занять управляющую позицию по отношению к ним, Галилей и сконструировал мыслительный эксперимент в качестве такого рефлексивно-организационного механизма, который позволяет управлять самим этим транслятивным пучком разных содержаний и фрагментов знаний.

Исходным пунктом в Новое время стал индивид, он имел опыт самосознания и рефлексивного анализа. Индивид имел прирожденную способность видеть и понимать предметы окружающего мира и одновременно мыслить и осознавать себя, мыслящего и воспринимающего окружающие предметы – именно этот процесс в своей одновременности был назван рефлексией – сознание двойственности производимой работы выступало как единственный непреложный и очевидный факт, подтверждающий существование рефлексии. Рефлексия выступала как особая способность человеческого сознания понимать собственное содержание, расчленять его и представлять части. Из данного поворота мысли рождается философская – как проблема разделения единого сознания на планы объективности и субъективности и психологическая – проблема механизмов рефлексивной работы – рефлексии. Ученые в своих работах XVI-XVII вв. разработали средства и методы конструирования научного мышления, но не характеристики самого познания, то есть техники мышления не были зафиксированы.

Р. Декарт задал естественный подход к пониманию процессов мышления, отождествил рефлексию со способностью индивида сосредоточиться на содержании своих мыслей, абстрагировавшись от всего внешнего, телесного.

Д. Локк разделил ощущения (внешний опыт) и рефлексию (внутренний опыт), трактуя последнюю как особый источник знания, как «наблюдение ума над своей собственной деятельностью». Для него внутренний опыт, в отличие от внешнего, основан на свидетельствах органов чувств. Д. Локк имел субъективистскую трактовку природы процессов мышления. Рефлексия есть наблюдение, которому ум подвергает свою деятельность, и способы ее проявления, вследствие чего в разуме возникают идеи этой деятельности.

У Лейбница, как и Д. Локка, рефлексия начинает трактоваться как сознавание сознания, или самопознание, как «поворот духа к “я”» и благодаря этому приобретает отчетливо психологическую окраску.

В эпоху Просвещения центральной фигурой рефлексии становится человек, осуществляется рефлексия над представлениями человека о мире и его месте в этом мире, его истории.

Трактовка рефлексии Д. Локка и Лейбница стимулировала размышления И. Канта, закрепившего такую трактовку рефлексии. Вместе с тем понятие рефлексии приобрело у него гносеологическую и методологическую форму, которая сегодня наполняет ее содержание. И. Кант выделил и зафиксировал основной парадокс сознания, который заключается в следующем: рассматривая, как может образоваться математическое знание, он пришел к выводу, что никакой опыт не может дать основание для образования подобных знаний. Поэтому все понятия такого рода выступали как априорные формы нашего рассудка и разума.

И. Кант заявляет, что рефлексия не имеет дела с самими предметами, чтобы получать понятия прямо от них. Рефлексия есть такое состояние души, в котором мы пытаемся найти субъективные условия, при которых можем образовать понятия. Рефлексия есть осознание отношения данных представлений к различным нашим источникам познания. Только благодаря рефлексии отношение представлений к источникам познания может быть правильно определено. Все суждения и сравнения, считает И. Кант, нуждаются в рефлексии, т.е. в различении той познавательной способности, к которой принадлежат данные понятия. Он вводит понятие «трансцендентальная рефлексия»: «Действие, которым я связываю сравнение представлений вообще с познавательной способностью, производящей его, и которым я распознаю, сравниваются ли представления друг с другом как принадлежащие к чистому рассудку или к чувственному созерцанию, я называю трансцендентальной рефлексией».

И. Кант определяет разный уровень рефлексии. Первый уровень рефлексии у И. Канта – рефлексия тождественна критике разума. Такая критика ставит перед собой задачу выявить и отделить функции разума в познании от функций разума вне опыта и вне познания. Второй уровень рефлексии есть трансцендентальная философия – взаимоотношение чувственности и рассудка в познании – трансцендентальная дедукция категорий. Убеждение И. Канта в примате практического разума над теоретическим приводит его к формулированию главных целей философской рефлексии: определить сферу человеческого познания, выделить сферу морали, принципы которой уже не основываются на возможности опыта.

И.Г. Фихте назвал свою философию – Наукознание или Наукоучение. У И. Фихте рефлексия получила эпистемологический оттенок: рефлексия знания есть «наукоучение» и была поставлена в контекст процессов развертывания или развития «жизни», деятельности и мышлении – филиация идей. Он описывал не процесс познания, а устройство знания, осуществив тем самым переход от гносеологии к эпистемологии. Он отрицал само предположение, что человек получает представления и понятия из столкновения с объектами природы. Не столкновение человека с природой лежит в основе представления или понятия, а историческое развитие всей совокупности человеческого знания. Человек получает знание, трансформируя и развертывая уже имеющееся у него, а затем соотносит его с объектами, что является вторичным, играет негативную роль, знание не соответствует объектам, развитие знаний происходит из других знаний и по другим законам. Все проблемы познания и рефлексию И. Фихте перевел в план развития, а не функционирования, в ее познавательных функциях. Всякое знание возникает не из объекта, а в результате преобразования и трансформации других знаний. Рефлексия выступает как субъективно-деятельностный механизм исторического развития знания как механизм филиации идей или знаний. В лекциях «О назначении ученого» И. Фихте говорит о трансценденции как духовном акте, который обеспечивает смещение границы и тем самым развитие уже устоявшейся формы предметного знания, которая означает выход за рамки индивидуального сознания в «Яйность» при взаимодействиями с другими «Я», при занятии и последовательной реализации сословной позиции, когда ученый встает в позицию «учитель человеческого рода».

Гегель сделал попытку дать рефлексии имманентное определение в рамках общей картины функционирования и развития духа. После Гегеля понятие «рефлексия» стало и остается до сих пор одним из важнейших в обосновании философского анализа знания. Рефлексия у Гегеля как эквивалент отражения представляет собой в общем случае мысль о мысли. Для Гегеля не существует вопроса о том, откуда взялась способность, к рефлектированию. Наиболее совершенное определение рефлексия имеет в философии Гегеля: рефлексия есть чистое опосредствование вообще Рефлексия для него есть не что иное, как обращение сознания на себя самоё. В момент, когда агент пытается «отрефлектировать себя», «осознать себя» и т. п., он не идет к «себе», а исходит из себя. Рефлексия у Гегеля – это мысль о мысли, чистое опосредствование.

Главная особенность второго этапа формирования понятия «рефлексия» – субъективная трактовка процессов мышления, попытка представить эти процессы как естественные, подчиняющиеся натуральным законам.

Концепция рефлексии Г.П. Щедровицкого. Г.П. Щедровицкий определяет рефлексию, исходя из традиции, как некоторый смысл, фиксирующий опыт философского самосознания. Он также говорит о том, что «рефлексия – это какой-то очень важная функция и важный механизм, без которого не может быть понят ни один предмет из области гуманитарного изучения». Он противопоставляет широко распространенную наивно-онтологическую и натуралистическую концепцию рефлексии в виде некоторой объект-вещи, предмета практико-инженерной или мыслительно-теоретической деятельности, и культурно-историческое представление, которое начинает анализ не с вещей или предметов мысли, а с определенных смыслов и культурных значений. Такой взгляд исходит из того, что первым, с чем сталкивается человек в своем мышлении, являются значения, связанные со словами, те смыслы, которые эти слова приобретают в разных контекстах речи, или вещи и предметы мысли в своем объектном натуральном существованием являются определенным видом культурных значений. Рефлексия существует как некоторое культурное значение и как определенные смыслы, связанные с соответствующим словом. Именно такой подход может превратить рефлексию в предмет мысли и в вещь. Это необходимо для превращения рефлексии в предмет научно-исследовательской мысли, а затем в предмет практико-инженерной деятельности. Г.П. Щедровицкий определяет рефлексию как важнейший механизм человеческой социальной жизни во всех ее формах и проявлениях, и как источник и средство свободы человеческой личности, не смотря на то, что «рефлексия» – слово со смыслом, но без предмета и объекта, так как пока рефлексия не стала предметом специфической научно-исследовательской техники. Рефлексия для Г.П. Щедровицкого существует в деятельности, является особой структурой и особым механизмом в деятельности. Деятельность является объектом особого категориального типа, особым предметом мысли.

Г.П. Щедровицкий считает, что природа и механизм рефлексии определяются не процессами и механизмами сознания, а в первую очередь связью кооперации нескольких актов деятельности и лишь затем эта связь особым образом «отображается» в сознании. Чтобы понять фундаментальные моменты рефлексии, ее исходную природу, необходимо, прежде всего, постулировать, что это не работа сознания, не механизм расщепления сознания и не самосознание в классическом смысле. Это особая связь кооперации, связь нескольких первоначально независимых актов деятельности. Рефлексия есть акт деятельности по поводу связи или структуры общения между двумя, по крайней мере, индивидами. Рефлексия – это особого рода связь кооперации двух актов деятельности, в которой второй акт производится по поводу первого, достаточно сложного акта, включающего в свой состав коммуникацию, процессы понимания текста и процессы восстановления через текст и с помощью текста предметов мысли и деятельности. Понять текст – это значит воссоздать систему связей между текстом и чем-то другим. Рефлексия возникает потому, что люди, работая в сложных системах разделения деятельности и кооперации, имеют в этих системах деятельности отличающиеся позиции, но они должны общаться, коммуницировать, понимать друг друга и обмениваться своими разными смыслами. Процедура сведения разных смыслов к единому объектному полю, процедура нивелировки различий в позициях и точках зрения составляет важную часть рефлексии. Приведение смыслов к общему знаменателю может решаться разными способами: путем создания определенных логических правил; путем создания особой онтологии, задающей единый объект; путем особых структур рассуждения – это разные способы завершения рефлексии, но именно эти процедуры выражения смыслов через объекты, управления процессами смыслообразования путем включения в них определенных объектных представлений, составляют ядро и сущность рефлексии.

Г.П. Щедровицкий вводит понятие «рефлексивный выход» – новая позиция деятеля, характеризуемая относительно его прежней позиции: чтобы получить описание уже произведенных деятельностей, индивид должен выйти из своей прежней позиции деятеля и перейти в новую позицию – внешнюю как по отношению к прежним, уже выполненным деятельностям, так и по отношению к будущей, проектируемой деятельности. Это будет «рефлексивной позицией», а знания, вырабатываемые в ней, будут «рефлексивными знаниями», поскольку они берутся относительно знаний, выработанных в первой позиции. Рефлексия мышления, по Г.П. Щедровицкому, есть «мышление мышления», мышление без мышления мышления не существует и превращает мышление в бесплодное «думание».

Г. Щедровицкий считает, что природа и механизм рефлексии определяются не процессами и механизмами сознания. Это не работа сознания, не механизм расщепления сознания и не самосознание в классическом смысле, а это есть особая связь кооперации, или, другими словами, связь нескольких первоначально независимых актов деятельности.
Концепция рефлексии В.А. Лефевра. В. Лефевр предложил другую трактовку рефлексии и стал требовать переориентации работы ММК с теории деятельности на рефлексивное управление. Рефлексия В. Лефевра – рефлексия сознания. Г.П. Щедровицкий, анализируя различие в своих подходах к рефлексии и В. Лефевра, говорит, что В.А. Лефевр выделял в акте рефлексии момент появления на «табло сознания» индивида изображения его деятельности и «табло сознания», Г. Щедровицкий же выделял в акте рефлексии момент перехода от одного объекта – объекта деятельности индивида, принимающего сообщение, к другому объекту, объемлющему первый. Из этого вытекали разные представления о продуктах и результатах рефлексии и возможных линиях ее развития. У Г. Щедровицкого содержательный смысл рефлексии сводился к тому, что появлялись все более широкие системы объектов, объемлющие предшествующие системы, проблема рефлексии сводилась к проблеме организации онтологии, возникающей первоначально по принципу «матрешки». У В. Лефевра содержательный смысл рефлексии сводился к появлению в образе на табло сознания образа образа, потом образа образа образа, проблема рефлексии становилась проблемой логической и эпистемологической.

В. Лефевр, говоря о различиях в подходах его и Г. Щедровицкого к рефлексии, отмечает, что для него понятие рефлексии находится в принципиальной оппозиции к понятию деятельности. Этот момент был зафиксирован уже у И. Канта. Акт рефлексии в кантианском смысле – это обретение свободы. Поэтому понятие свободы необходимо для того, чтобы понять, что такое рефлексия. «Но когда Г.П.Щедровицкий рассматривал понятие рефлексии на разных этапах своей работы, он никогда не связывал его с понятием свободы. Перефразируя Архимеда, я мог бы сказать: дайте мне рефлексию – и я разрушу любую теорию, в том числе любую теорию деятельности. Акт рефлексии освобождает субъекта от всякой определенной операциональности. Когда я пользуюсь рефлексией, то могу следовать приемам и принципам теории деятельности, а могу не следовать им, могу их отбросить, преодолеть». Сегодня существует только один способ описания свободы – это описание ограничений, наложенных на нее. Необходимо научиться точно и четко регистрировать ограничения. Рефлексивные многочлены, которые ввел В. Лефевр, это один из способов регистрации ограничений. Смысл подобных многочленов может быть передан в высказываниях типа: перед X нет и не может быть картины, которая имеется перед Y. Другие многочлены имеют другое содержание, но тот же самый смысл – смысл ограничения. Ограничения могут фиксироваться в позитивной или негативной форме. Во всех случаях они остаются ограничениями. В. Лефевр вводит понятие «рефлексивный анализ» – это попытка зарегистрировать законы жизни подобных ограничений. Акт рефлексии – это изменение статуса свободы. Операторы осознания вводятся в основном для того, чтобы выделить те классы структур и такие типы актов рефлексии, при которых статус свободы оказывается неизменным. Именно поэтому наши многочлены позволяют исследовать, среди прочего, разные формы религиозного мышления. Конечно, эти законы в известном смысле идеализированы. При интерпретации наших схем на социальную реальность придется учитывать многие дополнительные процессы, которые никак не будут связаны с рефлексией. Но сами законы в очищенном виде выделить удалось.

Принципиальные различия в понимании рефлексии у Г. Щедровицкого и Лефевра сегодня могут быть проинтерпретированы и в контексте введенных В.С. Степиным этапов развития науки: классическая, неклассическая, постнеклассическая. Г.П. Щедровицкий был созвучен в большей степени с идеалами и нормами неклассической науки. Рефлексия в понимании Г. Щедровицкого связана, прежде всего, с осмыслением соотнесенности характеристик объекта с особенностями средств и операций деятельности, с преобразованием деятельности. В.А. Лефевр последовательно развивает представления о рефлексии, соответствующие идеалам постнеклассической науки. В центре его внимания оказывается рефлексия конкретных субъектов (индивидов, групп, организаций, государств и т.д.), в том числе, осмысление ценностно-целевых ориентаций субъектов в их соотнесении с социальными целями и ценностями»

В. Лепский называет следующие этапы развития теории рефлексии у В. Лефевра:

  1. показ человека, который проигрывает действие до его совершения, т.е. указывал на рефлексивность действия и его принципиальную субъективность;
  2. построение моделей субъекта, в рамках которых понятия, отражающие субъективный мир человека, могли бы приобрести ясный и о неоднозначный смысл.

В. Лефевр определяет рефлексию как способность встать в позицию «наблюдателя», «исследователя» или «контролера» по отношению к своему телу, своим действиям, своим мыслям. Он называет такое понимание рефлексии традиционным философско-психологическим и расширяет его, добавляя способность встать в позицию исследователя по отношению к другому «персонажу», его действиям и мыслям.

По сути теории В. Лефевра, ничего другого в сознании, кроме этических оснований поступков и принятия решений, не рефлексируется и рефлексии не поддается. В.Е. Лепский определяет понятие «рефлексия» в понимании Лефевра как способность некоторых систем строить модели себя и одновременно видеть себя строящими такие модели. В самом общем смысле рефлексия – это направленность человеческой души на самое себя (В.А. Лефевр).

В.А. Лефевр вводит понятия:

  • Рефлексивное управление – процесс передачи оснований для принятия решений одним из противников другому. В качестве объекта управленческой деятельности будет выступать не деятельность субъекта, а процесс взаимодействия субъектов, одним из которых проводится рефлексивное управление;
  • рефлексивная игра — где каждая из сторон стремится отразить и тем самым получить возможность перехитрить друг друга. Такое изображение конфликта, как интеллектуального взаимодействия сторон, является важным системным представлением конфликта; открывающим новые резервы и оптимизации решений, принимаемых в конфликтной ситуации…

В «Алгебре совести» В.А. Лефевр перешел от рефлексивного описания ситуации принятия решения c так или иначе вычислимыми полезностями альтернатив к рефлексивному описанию ситуации морального выбора между добром и злом. В.А. Лефевр показал, что для бескорыстного субъекта менее полезная альтернатива может играть роль позитивного полюса. Построив модель неадаптивного, альтруистического поведения, В.А. Лефевру удалось объяснить одну из самых драматических коллизий в истории человечества – коллизию между индивидуально оцениваемой пользой и социально оцениваемым добром.

И.Н. Семенов, анализируя вклад В. Лефевра в развитие понятия «рефлексия», отмечает, что в итоге многолетних разнообразных исследований в области общей, возрастной, социальной, педагогической, инженерной и патопсихологии В. Лефевр экспериментально дифференцировал рефлексию на такие ее виды, как интеллектуальная, личностная, диалогическая, коммуникативная, кооперативная, экзистенциальная, культуральная, духовная.

Итак, рефлексия это процесс представления действительности в сознании, и сознания, отражающего действительность в сознании; как действительность представлена в формах мышления (в 4 аспектах: к культу, техно, себе, коммуникации). Рефлексия является особой способностью человеческого сознания понимать собственное содержание, расчленять его и представлять части. Рефлексия – это некоторый смысл, фиксирующий опыт философского самосознания, важнейший механизм человеческой социальной жизни во всех ее формах и проявлениях, и как источник и средство свободы человеческой личности. Рефлексия есть акт деятельности по поводу связи или структуры общения между двумя, по крайней мере, индивидами. Рефлексия – это особого рода связь кооперации двух актов деятельности, в которой второй акт производится по поводу первого, достаточно сложного акта, включающего в свой состав коммуникацию, процессы понимания текста и процессы восстановления через текст и с помощью текста предметов мысли и деятельности. В центре его внимания оказывается рефлексия конкретных субъектов (индивидов, групп, организаций, государств и т.д.), в том числе, осмысление ценностно-целевых ориентаций субъектов в их соотнесении с социальными целями и ценностями. Понятие «рефлексия» наиболее плодотворно разрабатывается в конце ХХ века (60-90-е годы), когда это понятие становится самостоятельным объектом философии. На современном этапе осмысления этого понятия на первый план осмысления выходит необходимость разработок практики применения рефлексии для анализа исторического процесса и решения проблем современности.

  • См. Щедровицкий, Г.П. Рефлексия в деятельности. //Вопросы методологии. 1994. №№ 3-4. С. 54-120. 
  • См. Громыко, Н.В. Проблема трансляции теоретического знания в образовательной практике. М.: Пушкинский институт, 2009. – С. 90. 
  • См. Щедровицкий, Г.П. Рефлексия в деятельности. //Вопросы методологии. 1994. №№ 3-4. С. 81. 
  • См. Щедровицкий, Г.П. Рефлексия в деятельности. //Вопросы методологии. 1994. №№ 3-4. С. 85. 
  • См. Щедровицкий, Г.П. Рефлексия в деятельности. //Вопросы методологии. 1994. №№ 3-4. С. 89. 
  • См. Донских, О.А. Античная философия: Мифология в зеркале рефлексии. / А.Н. Кочергин, О. А. Донских. – М.: КРАСАНД, 2010. – С. 36. 
  • См. Громыко, Н.В. Проблема трансляции теоретического знания в образовательной практике. М.: Пушкинский институт, 2009. – С. 103-104.
  •  См. Щедровицкий, Г.П. Рефлексия в деятельности. //Вопросы методологии. 1994. №№ 3-4. С. 98. 
  • См. Кант, И. Критика чистого разума. / И. Кант. – М.: Эксмо, 2008. – С. 251. 
  • Кант, И. Критика чистого разума. / И. Кант. – М.: Эксмо, 2008. – С. 252. 
  • См. Фихте, И.Г. Несколько лекций о назначении ученого; Назначение человека; Основные черты современной эпохи: Сборник /И.Г. Фихте. – Минск: ООО «Попурри», 1998. – С. 45. 
  • См. Гегель Г. В. Ф. Энциклопедия философских наук: В 3 т. Т. 3: Философия духа / Отв. ред. E. П. Ситковский. – М.: Мысль, 1977. — С. 315, 316. 3. Гегель Г. В. Ф. Энциклопедия философских наук: В 3 т. Т. 1: Наука логики / Отв. ред. E. П. Ситковский. – М.: Мысль, 1974. С. 206 . 
  • Щедровицкий, Г.П. Рефлексия в деятельности. //Вопросы методологии. 1994. №№ 3-4. С. 76-120. 
  • См. Щедровицкий, Г.П. Рефлексия и Лефевр. Из доклада Г.П. Щедровицкого на семинаре ММК (1972 г.) и комментарий В.А. Лефевра. //Рефлексивные процессы и управление. 2006. № 1. С. 7. 
  • См. Щедровицкий, Г.П. Рефлексия в деятельности. //Вопросы методологии. 1994. №№ 3-4. С. 101. 
  • См. Щедровицкий, Г.П. Рефлексия в деятельности. //Вопросы методологии. 1994. №№ 3-4. С. 116. 
  • См. Щедровицкий, Г.П. Рефлексия в деятельности. //Вопросы методологии. 1994. №№ 3-4. С. 120. 
  • Щедровицкий, Г.П. Рефлексия и Лефевр. Из доклада Г.П. Щедровицкого на семинаре ММК (1972 г.) и комментарий В.А. Лефевра. //Рефлексивные процессы и управление. 2006. № 1. С. 9. 
  • Щедровицкий, Г.П. Рефлексия и Лефевр. Из доклада Г.П. Щедровицкого на семинаре ММК (1972 г.) и комментарий В.А. Лефевра. //Рефлексивные процессы и управление. 2006. № 1. С. 6. (С. 5-11.) 
  • Лефевр, В.А. Комментарий В.А. Лефевра к докладу Г.П. Щедровицкого. // Рефлексивные процессы и управление. 2006. № 1. С. 10. 
  • Лепский, В.Е. Лефевр и рефлексия. // Рефлексивные процессы и управление. 2006. № 1. С. 30. 
  • См. Лефевр, В.А. Рефлексия. [Текст] /В.А. Лефевр. М.: «Когито-Центр», 2003. – 496 с. 
  • См. Лепский, В.Е. Лефевр и рефлексия. // Рефлексивные процессы и управление. 2006. № 1. С. 29. 
  • См. Лефевр, В.А. Конфликтующие структуры. /В.А. Лефевр. / в кн. Рефлексия. М.: «Когито_Центр», 2003. – С.48. 
  • См. Смолян, Г.Л. Субъективные заметки к юбилею В.А. Лефевра /Г.Л. Смолян // Рефлексивные процессы и управление. 2006. № 1. С. 19. 
  • См. Лефевр, В.А. Алгебра конфликта. /В. А. Лефевр, Г. Л. Смолян. М.: ИЗДАТЕЛЬСТВО «ЗНАНИЕ», 1968. – 53 с. 
  • См. Семенов, И.Н. Роль творческой индивидуальности В.А. Лефевра в научном изучении рефлексии и становлении рефлексивной психологии // Рефлексивные процессы и управление. 2006. № 1. С. 48.

Рефлексия: что это простыми словами, примеры из психологии

Наконец, следующие 30 подсказок и вопросов сохраните для своего журнала, если вы его ведете:

  • Мой любимый способ провести день — это…

  • Если бы я мог поговорить с собой подростком, единственное, что я бы сказал, — это…

  • Два момента, которые я никогда не забуду в своей жизни… (опишите их в мельчайших подробностях и объясните, что делает особенными)

  • Составьте список из 30 вещей, которые заставляют вас улыбаться.

  • Напишите о моменте, пережитом вашим телом.

  • Я бы хотел жить согласно этим словам/фразам/принципам…

  • Я не представляю себе жизни без…

  • Когда мне больно — физически или эмоционально, — самое доброе, что я могу сделать для себя, — это…

  • Составьте список людей, которые искренне поддерживают вас и которым вы можете полностью доверять. Затем найдите время, чтобы пообщаться с ними.

  • Как выглядит безусловная любовь для вас?

  • Что бы вы делали, если бы любили себя безоговорочно?

  • Я действительно хочу, чтобы другие знали это обо мне …

  • Чего для вас достаточно?

  • Если бы мое тело могло говорить, оно бы сказало…

  • Назовите способ сострадания, которым вы поддерживали друга в последнее время. Затем подумайте, как применить его по отношению к себе.

  • Что вы любите в жизни?

  • Что всегда вызывает слезы на ваших глазах?

  • Напишите о том времени, когда ваша работа казалась вам реальной, необходимой и приносящей удовлетворение, независимо от того, была ли она оплачиваемой или неоплачиваемой, профессиональной или домашней, физической или умственной.

  • Напишите о своей первой любви — будь то человек, место или вещь.

  • Используя 10 слов, опишите себя.

  • Что вас больше всего удивило в вашей жизни или в жизни вообще?

  • Чему вы можете научиться на своих самых больших ошибках?

  • Я чувствую себя наиболее энергичным, когда …

  • Напишите список вопросов, на которые вам срочно нужны ответы.

  • Составьте список всего, что вас вдохновляет: книги, сайты, цитаты, аккаунты в Инстаграме, люди, картины, магазины…

  • В какой теме вам нужно разбираться лучше, чтобы жить более полноценной жизнью?

  • Я чувствую себя счастливым, когда. . .

  • Составьте список всего, чему вы хотели бы сказать «нет».

  • Составьте список всего, чему вы хотели бы сказать «да».

  • Напишите слова, которые вам важно услышать.

  • Никита Глебович Алексеев: Рефлексия — Гуманитарный портал

    Я приношу извинения, если нарушу логику вашего движения, поскольку я не знаю нормы, по которым вы делаете доклады и, наверное, я буду ходить по разным позициям, рассказывая то, что я хочу рассказать.

    Я хотел рассказать сегодня вам следующее. Во-первых, мне кажется необходимым рассказать кое-что из истории философии — именно там ставилась проблема рефлексии, чтобы вы представляли исток того, что понимается сейчас под рефлексией. Очень многое из нашей трактовки рефлексии пришло оттуда, но мы этого часто не осознаем. Второй момент, на котором я хотел бы остановиться, это попытаться ответить и для себя, и для вас на вопрос, а почему именно сейчас, ни с того ни с сего, стали популярны разговоры о рефлексии? Ведь в 1960-х годах в психологии про неё не говорили, и в 1950-х годах не говорили, и в 1970-х годах про неё почти не говорили, а сейчас вдруг начинают во всю говорить — отчего это так? Этот вопрос и для меня самого был не ясен, и сейчас не совсем ясен, но я попытаюсь с вами в этом разобраться. И третий момент — вот хорошо, мы говорим о рефлексии, употребляем этот термин. А можем ли мы, как психологи, его пощупать? Можем ли мы его, как психологи, экспериментально исследовать? Если можем, то как? Здесь мы уже должны применить к её исследованию, конструированию, скажем, психологическому, в общем-то, некоторую психологию. Есть кое-какие намётки, о которых я хотел бы вам рассказать. Вот на этих трёх темах я и хотел бы сегодня остановиться. Ещё маленькое техническое замечание — поскольку все мы здесь за столом, не на лекции, то все вопросы задавайте прямо по ходу рассказа.

    Итак, рефлексия. Давайте посмотрим, знаете ли вы, кем это слово было введено как термин? И почему?

    Термин рефлексия впервые был введён Локком. Я подчёркиваю: как термин, но не как слово. Слово — это немножко другое. Он был введён Локком, и можно понять почему, с какой целью он это сделал. Ведь Локк работал в традиции английского эмпиризма. Его основная идея заключалась в том, что все имеют опыт. Мышление у него возникает из опыта, любое. Ему очень важно это было. Он даже считал, что то, что вне опыта, не может быть проверено, установлено. Этим самым Локк противостоял, прежде всего, Декарту, и через Декарта — средневековой схоластике. Как же он к этому приходил? Скажем, — он выводил идеи. Ощущения, представления, идеи. У него мысли о внешнем достаточно логично прописывалась через этот ряд. Но опыт этим же не ограничивается. И Локк его называл внешним опытом, или первым путём порождения понятий. И есть некоторый внутренний опыт, есть то, что мы получаем, наблюдая, так сказать, своё сознание или наблюдая сознание других. И вот внутренний опыт, идеи, получаемые при помощи внутреннего опыта, Локк назвал рефлексией. Так появился этот термин. И это очень важно понять, ведь это исходное взросление, отнесение, рефлексия. Такую формулировку и я когда-то писал, что рефлексия есть мышление о мышлении — это фактически есть ничто иное как повторение этой мысли Локка, повторение этого центрального тезиса, и этот тезис устоялся.

    Любое современное понимание рефлексии основывается на этой глобальной оппозиции, на этом глобальном расчленении — рефлексия отличается, в первую очередь, выделяется как особая организованность от других организационностей мышления тем, что она имеет дело с мышлением о мышлении, с явлениями сознания. В то время как другие организационности мышления, другие типы мышления имеют дело не с этим, а с чем-либо другим. Это кардинальное различение остаётся и до сего времени.

    Теперь можно подумать вот над каким обстоятельством — а почему Локк вдруг выбрал этот термин — рефлексия? Это тоже важно понять, что такое рефлексия как слово, каково его этимологическое значение. Слово рефлексия пришло к нам из латыни, и буквально оно обозначало внутреннее обращение на себя, внутренний рефлекс. Здесь не трудно представить себе это слово в переносном значении. Поэтому уже в латыни возникло переносное значение слова как отражения. И вот это переносное значение, понимание рефлексии как отражения и было использовано Локком, когда он взял этот термин для обозначения внутреннего опыта. И здесь надо немножко разобраться. Дело в том, что Локк, как и материалисты XVIII века, был механическим философом. Они строили картину мира на жёстких основаниях, которые действуют как бы сами по себе. Ощущения закрепляются в представлении, а предтавления закрепляются в идеи. Материалистическая идея об образовании внутреннего по внешнему опыту. Но для чего Локк выделил рефлексию? Произошла следующая вещь. У него практически рефлексия была выражением внутреннего опыта. То есть некоторые наблюдаемые явления сознания проходят таким образом, что сгущаются и получается некоторая идея. Но идея является отражением явления сознания. И поэтому был выбран термин отражение.

    Это важно понять, потому что современная рефлексия как отражение, предложенная первоначально Локком, вызвала уже тогда большие споры между ним и Лейбницем. Этого я касаться не буду, но именно с этим пониманием рефлексии боролась немецкая классическая философия, развивая своё представление о рефлексии. Боролась с механизцизмом и пассивностью в понимании рефлексии, которое первоначально привнёс Локк. Я пропущу кучу других философов, мне важно выделить узловые точки. Остановлюсь на Канте.

    Кант — это очень существенный момент для понимания рефлексии. Какой это момент? Кантом разрабатывалась идея схематизмов мышления. Схематизмы мышления — это опыт, упорядоченный через пространственно-временную сетку ощущения, представленную различными категориальными схемами. Что очень важно для схематизмов, чтобы их понять не только автоматически. Действительно, 99,99% того, что мы делаем, мы делаем автоматически, то есть согласно некоторым схемам, имеющимся у нас. В нас работают некоторые схемы. Ну а если схема не срабатывает, если она почему-либо неадекватна ситуации, что тогда? И вот здесь происходит переход от схематизма-I к схематизму-II.

    Это моя интерпретация, Кант такую форму не давал. И здесь рефлексия выступила в функции определённого инструмента, позволяющего переходить от схематизма к схематизму. Кант называл это творческим воображением, но более часто он называл это — в том числе и рефлексией. Поскольку, — считал Кант (обратите внимание на содержание этой мысли), — для того, чтобы перейти от схематизма к схематизму, мы каким-то образом должны обратить внимание на собственные схематизмы, то есть, — как он говорил, — на условия своего познания, или способность своего познания. Правильно ли мы используем схематизмы? Он ведь провёл это различение Локка, что рефлексия есть мышление о мышлении, но он этому расчленению придал, или, более точно, наложил на него нечто новое. Я бы выразился так: автоматически/не автоматически. Вот эта вот дихотомия автоматического — неавтоматического была использована для выделения одного случая рефлексии. То, что у Локка, как всегда бывает, содержится только в зародыше, но фактически специально выделено не было.

    Вот это была такая капитальная идея, потому что в ней содержится масса вещей, которые только сейчас попадают в термин рефлексия. Отсюда вытекает продуктивный или творческий характер рефлексии. А в общем-то, все мы относимся к этому термину с некоторым придыханием, какое-то новообразование при этом появляется. И второй, очень существенный момент, который внёс в понимание рефлексии Кант, который не очень замечен нами, как его последователями, в каком-то смысле, поскольку мы все стоим на этих плечах. Кант говорил, хотя сам не разводил эту вещь, что рефлексия всегда предполагает сравнение. И это точка зрения капитальной важности. Рефлексия всегда предполагает сравнение, то есть она невозможна, я бы выразился современным языком, в плане или аспекте одной деятельности, в плане нечто одного. Впоследствии этот момент развил Гегель, и я немного позже на этом остановлюсь. Вот это были два, я очень все огрубляю, момента, которые были привнесены в понимание рефлексии Кантом.

    Самошкин: Было ли добавление к пониманию рефлексии Кантом — восхождением?

    Алексеев: Нет. Для Канта вообще представление о дедукции категорий в смысле Гегеля не было. У него не было понимания метода восхождения от абстрактного к конкретному. Для него это было бессмысленно. Кант был плюралистом. Он не владел схемой и системой, в конце которой стоит, по Гегелю, основная категория.

    Самошкин: Но при переходе от схематизма к схематизму проявляется особого рода средственность.

    Алексеев: Это неверно. Понимаете в чём дело. Мы же движемся очень медленно. Нам кажется, что быстро. Кардинальные решения, кардинальные идеи идут и рождаются незаметно. С современной точки зрения, то, что рефлексия выступает в функции перехода от схематизма к схематизму, от нормы к норме кажется достаточно простым и ясным. Но потребовалась колоссальная работа Канта, чтобы показать и создать эту схему.

    Самошкин: Можно ли понять Вашу интерпретацию, что рефлексия — какого-то рода механизм перехода к схематизмам, адекватным новым видам деятельности, новым условиям?

    Алексеев: Функция была задана, а схематизма не было. Схематизм — это уже более у Фихте, к которому я сейчас и хочу перейти. Я подчёркиваю, что это все очень огрублено. Можно было бы обозначить таким образом исходное расчленение — это Локк, дальнейшая функция — это Кант (я огрубляю, схематизирую), теперь я перейду к тому, что было сделано Фихте. Фихте занялся вопросом, который сейчас может показаться смешным, но который достаточно каверзен и ядовит. Он буквально поставил задачку, которую легче всего представить в образе Барона Мюнхгаузена, который вытаскивает себя за волосы. Фихте сказал так: Можем ли мы быть свободны от собственной мысли, можем ли мы быть свободны от собственного мышления и если да, то как? Вот вопрос, который был одним из центральных в его философской системе. И действительно, давайте подумаем, а как это сделать? Ведь мы же находимся в собственном мышлении, как же мы можем быть от него свободными? Как же мы можем быть свободны от тех построений мысли, с которыми мы мыслим, которыми мы все схватываем и видим?

    Ильясов: То есть встать по отношению к ним в объективированную позицию?

    Алексеев: А как это возможно? Смысл-то здесь простой, казалось бы — в каждом конкретном случае мы можем указать: это мышление, вот так-то и так-то мы мыслили, таким-то образом. Достаточно вспомнить конкретный случай и его описать.

    Ильясов: На эмпирическом уровне это можно описать?

    Алексеев: На каждом конкретном случае это можно разобрать. А как ответить в общем виде? Вот это было колоссальной, с моей точки зрения, проблемой в философии. Почему мы Фихте считаем великим философом, несмотря на то, что он вроде бы ничего не делал, а восхвалял собственное Я, которое непонятно каким образом существует? И Фихте ответил на этот вопрос. Я не думаю, что это единственный ответ, но, во всяком случае, он был красив. Фихте оказал: Для того, чтобы быть свободным от собственной мысли, я должен мысли свои положить как объект. И это единственно возможное решение. Он считал, что другого выхода нет. И здесь фактически мы имеем рассуждения, не проработанные психологически. Дело в том, что мысль должна быть объективирована. Объективация мысли, когда мы её кладём как объект, даёт нам возможность и относиться к ней как к объекту. То есть применять к этому объекту все те способы, операции, действия, методы, которые мы имеем при исследовании объектов. Вот, вкратце, тот смысл, который был сделан [Фихте]. Следует отметить, что эта идея тоже присутствует тем или иным образом в нашем понимании рефлексии, поскольку мы считаем, что обязательно надо объективировать нечто для того, чтобы ей можно было потом отрефлексировать. Произвести рефлексию над тем, что выступает для нас как объект.

    Самошкин: Можно ли понять, что Фихте будет по отношению к рефлексии в гносеологической позиции?

    Алексеев: Наверное, можно. Если хотите, можно. Я поэтому заранее говорил, что внесу деструктивный, анархический момент.

    Философия Фихте — это философия активности. И при этом у него было совершенно определённое понимание мысли, которое, может быть, и дало ему возможность решить этот вопрос. Он говорил, что мысль всегда есть некоторое построение. Всегда. Даже если она реализуется чисто автоматически. Мышление всегда есть некоторая конструктивная работа. Поэтому объективированная мысль (и в этом, считал Фихте, есть механизм рефлексии) и мы тем самым (объективированием) для себя делаем возможность посмотреть на собственное построение мысли, не просто на мысль, а именно на построение мысли.

    Я не буду подробно рассматривать тот огромный материал по рефлексии, который имеется у Гегеля, а совершенно произвольно для себя выберу один момент. Гегель различил реальную или предметную рефлексию и рефлексию формально-рассудочную. Это различение представляется очень важным и существенным. Дело в том, что часто — и у нас сейчас, рефлексию понимают как осознание. Но осознание не обязательно является рефлексией. И когда мы имеем формально-рассудочную рефлексию, я потом специально это ещё покажу, то она в некотором смысле аналогична самокопанию в собственных мыслях. Tо есть, сказал Гегель, рефлексия тогда имеет смысл и возникает, когда для этого есть соответствующая задача. Задача, которая является важной, актуальной и должна быть решена в практике мышления. Он привязал рефлексию к некоторой задачной плоскости. Этим Гегель как бы выявил некоторые условия рефлексии и различил рефлексию формально-рассудочную и содержательную. И это было очень важно. С моей точки зрения, это было чрезвычайно существенным различением. Помните ли вы героя одного романа Горького, который, с точки зрения ранее приведённых характеристик, только и делал, что занимался рефлексированием — он всё время думал о том, как он создаёт что-то. Этот герой известен тем, что всё время отвечал на специфический вопрос, а был ли мальчик? Так вот, по Гегелю, такое самокопание можно условно назвать рефлексией и отнести её к формально-рассудочной рефлексии. Если вы заметили, то вся немецкая классика принимает исходное расчленение Локка, но борется с ним, стараясь придать рефлексии активный характер.

    И, наконец, последний узелок, который я хочу выделить — это Маркс и Энгельс. В первую очередь, Маркс с его пониманием мышления, с его историческим пониманием мышления, не в смысле Гегеля, а в смысле связки мышления с реальным бытием и пониманием рефлексии как исторически организованном мышлении. А из этого следует масса выводов. Например, зададимся простым вопросом: а была ли рефлексия у древних греков? Если мы хотим быть логически последовательными, надо ответить — нет. Рефлексии как особой организованности мышления не было как практики их мышления. Кстати, решали ли древние греки задачи? Была ли такая организованность мышления как задачи? Опять, следуя Марксу, нужно сказать — нет. В этом надо немножко разобраться и почувствовать, что нам даёт основу так говорить. Это легче и лучше почувствовать с противоположного конца. То есть ответить на вопрос, а почему мы считаем, что у греков была рефлексия? Почему мы считаем, что у греков была такая организованность мышления как решение задач? Почему мы считаем, что греки мыслили при помощи схемы, скажем, анализ, синтез, абстракция, обобщение?

    Самошкин: Может быть не эти схемы, а другие?

    Алексеев: Любые схемы. Я взял случайным образом. Мы считаем, что иначе мыслить нельзя, а почему? Мы проецируем на прошлое наши схемы мышления и видим, что они мыслили, как мы. И Платон, и Аристотель. Мы считаем, что они мыслили лучше нас, нет, по крайней мере, так, как мы, и наверняка обладали такими же формами мысли, как у нас, поскольку были гениями. За счёт чего это возникает? Это очень важный и чрезвычайно существенный вопрос. Это исходит из общей идеи естественнонаучного подхода к мышлению, из представления о том, что мышление есть некая родовая, и в каком-то смысле неизменяющаяся особенность человека. Меняются лишь какие-то мелкие детали. И если мы можем видеть своё мышление только таким образом, то мы привносим своё видение в историю, и это для нас само собой разумеется. Другой ход, который я считаю, естественно, правильным, заключается в том, что некоторая организованность мышления использует все те элементы, которые были ранее, и то, что эти элементы были ранее, даёт нам возможность приписывать любую организованность мышления всей целостности.

    Злотников: Вы хотите сказать, что в историческом плане сама форма мышления развивается?

    Алексеев: Да, организованность мышления. И, скажем, такой организованности мышления как рефлексия, не было. Хотя те или иные элементы, конечно, присутствовали, и из них складывалась рефлексия, ведь она не из воздуха возникла. Но как целостность она ранее не существовала.

    Можаровский: Но Ваши рассуждения доказывают, что рефлексии могло не быть, но не на то, что её действительно не было.

    Алексеев: Позже я покажу это на эмпирическом уровне более конкретно. Остановимся на тех моментах, которые тем или иным образом присутствуют в нашем понимании рефлексии и которые то или иное наше понимание рефлексии определяют. Не обязательно, когда мы употребляем термин рефлексия, мы имеем в виду все эти моменты. Но в тех трактовках рефлексии, которые сейчас имеются, мы всюду можем найти те исходные корни рефлексии, о которых я сейчас говорил. И в общем для того, чтобы действовать и рассуждать о рефлексии достаточно культурно, мы должны знать, откуда, что и как пошло. В этом и есть смысл первого кусочка, который я хотел вам рассказать.

    Злотников: Сейчас налицо преобладание новых форм мышления?

    Алексеев: Да, во второй части я подробней отвечу, почему мне так кажется, кстати, там рефлексия получит и другое определение.

    Ильясов: И там вы расскажете, какие элементы могли существовать в плане исторического развития?

    Алексеев: А это в третьей части. Я специально дам некий критерий рефлексии.

    Злотников: Аристотель вывел из своего мышления правила формальной логики. Делал ли он при этом акт рефлексии?

    Алексеев: Я понял, что вас этот вопрос заинтриговал. Я бы ответил так. Акт рефлексии мы Аристотелю можем приписать с точки зрения всех критериев, которые мы введём. Но организованности мышления — такой не было. Это было то, что можно было считать праэлементами. То есть то предшествующее, из чего мы сейчас собираем рефлексию. Элементы были — сравнение, сопоставление, обстановка действия — всё это было, но они не выступали как то, что необходимо людям. Ведь что образует эту историческую организованность мышления? (Я уже перехожу ко второй части моего выступления.)

    Самошкин: Перед самим переходом — можно ли понять организованность как степень совершенства какой-то системы?

    Алексеев: Нет. Тот аспект рефлексии, который в своё время специально пытался исследовать Владимир Александрович Лефевр и который вызвал резкую критику и с моей стороны и со стороны Г. П. Щедровицкого. В. А. Лефевр, действительно, организованность понимал в этом духе. Он противопоставлял её специально энтропии. И выводил своё понимание рефлексии из этой дихотомии, из этого противопоставления. Рефлексия понималась как мера организованности.

    Самошкин: А как Вы понимаете организованность?

    Алексеев: Примерно в таком смысле, как надо понимать тип животных. Это очень интересная аналогия, страдающая, как и любая аналогия, изъянами. Вот, например, мы берём историю развития животного мира. Появляются пресмыкающиеся, появляются млекопитающие (кстати, млекопитающие все элементы от пресмыкающихся взяли). То есть это некоторая форма, в которой происходит деятельность. Это форма, в которой мы мыслим. Вот, например, вам сейчас задают некую норму обсуждения докладов. Подумайте, существовала ли такая норма лет десятьпятнадцать назад? Нет. Где-то праэлементы её были, использовались. И Онегин, беседуя с Ленским, мог использовать её праэлементы, но это не было нормой работы. А представим себе, что эта норма работы будет настолько удачной, что все её будут использовать. Тогда мы будем говорить, что есть определённая организованность. Нормирующая деятельность.

    Ильясов: Реально действующая.

    Алексеев: Ещё пример, погрубее. Не умеет человек рефлектировать — он будет считаться неполноценным. И это обязательно войдёт в норму его мышления, его деятельности.

    Самошкин: То есть это уже будет в культуре как ценность?

    Алексеев: Организованность всегда существует именно в культуре.

    Самошкин: Вы сейчас проделали оригинальный интерпретационный историко-критический анализ. Чем Вы методически определялись, когда проецировали своё видение рефлексии по векам?

    Алексеев: Ещё раз подчеркну своё понимание. Скажем, прекрасная статья А. П. Огурцова в Философской энциклопедии про рефлексию. Но, с моей точки зрения, он не прав полностью. Он начинает разбор рефлексии с Аристотеля. И это не только моя точка зрения. Начинать разбор рефлексии с Аристотеля, с моей точки зрения, бессмысленно, исходя из всего сказанного выше.

    Теперь я перейду ко второму кусочку изложения и задам такой вопрос: почему к концу 1970-х годов вдруг все бросились на рефлексию? Почему раньше психологи весь этот комплекс идей (да он для них и не существовал), почему это богатое содержание, эта коллекция идей для психолога представлялась как спекуляция философская, которая к реальной психологии отношения не имеет и иметь не может? Мне могут задать вопрос, а могу ли я это аргументировать? Да, очень просто, простейшими средствами науковедческого анализа — возьмите до 1960 года журнал Вопросы психологии, вы там не увидите этого слова, нет и соответствующих идей. Хотя с идеями дело сложнее, но мне достаточно, что вы не увидите этого слова. Этого термина нет, он не существует и не только y нас.

    Почему это так? Задумавшись над этим вопросом, я должен был ответить для себя на такой вопрос: если абстрактный смысл был ясен с самого начала, то в реальности ещё не возникла такая новая организованность мышления как рефлексия, то есть она не стала достаточно доминирующей. Она появлялась где-то в островках, и поэтому для психологов, которые изучают общее мышление, её не существовало. Это абстракция, вытекающая последовательно из последнего, пятого тезиса.

    А конкретно, каковы же условия, фактические условия, породившие необходимость рефлексии? Причём, заметьте, эти условия должны обладать, по крайней мере, двумя основными особенностями. Первое и самое существенное условие — Всё должно произойти естественно, так, чтобы все поняли, что без этого ничего дальше не могло бы быть. Второе — это представляющееся нам как само собой разумеющееся условие должно нами же отличаться от предшествующего, то есть от того, что раньше казалось естественным, а сейчас кажется неестественным. Вот какую вещь я должен решить, чтобы ответить на вопрос. Я должен выделить, соблюсти эти два условия, чтобы сказать, а как же возникла эта организованность? И здесь я буду отвечать на этот вопрос только в психологическом плане, хотя этого и недостаточно. Я проведу социокультурный анализ, но только с психологической точки зрения. То есть с точки зрения мышления и действия. Здесь можно выделить следующие два момента. Первое, резкое нарушение автономности действия и второе — быстрое изменение состава и характера осуществляемого действия. Это есть условие к мыслительному действию.

    К примеру, обратите внимание на фантастическую литературу начала XX века. Главный герой — одиночка, который вершит многие, огромные по значимости дела. Он становится личностью где-то к двадцати годам и далее уже не развивается. В других культурах это выражается в понятии каста. Сейчас же какую деятельность ни возьми, допустим, профессионально-производственную, культурную (здесь ужас что делается — разные средства массовой информации заставляют нас по-разному относиться к различным формам поведения) — всё ведёт нас к быстрому темпу изменения состава и характера реально реализуемого действия, включая и мыслительное действие. И эти два условия для нас становятся очевидными, то есть это те условия, в которых мы живём. Раньше состав и характер профессиональной деятельности был автономен, подолгу не менялся. А вот теперь я задам просто вопрос. Случайно ли понятие рефлексия появилось в Европе тогда, когда европейская культура столкнулась с другими? Подумайте над этим!

    Так вот. Эти новые изменившиеся условия, некоторый набор исходных расчленений-рефлексий, который я продемонстрировал в первом куске, сдвигают ли они наше понимание рефлексии? Но посмотрите, какой происходит примечательный сдвиг — психология не может рассматривать рефлексию как определённую организованность мышления. Психология решает другие задачи. Она решает задачи диагностики, обучения, терапии и так далее, и поэтому с психологической точки зрения рефлексия выступает как условие, в котором, реализуется определённая способность. Рефлексия начинает трактоваться, как бы её ни исследовали, как определённая способность мышления. Как способность к рефлексии. Вот это первый крупный сдвиг, который произошёл в развитии философской и психологической трактовке рефлексии.

    Если философия (или методология) рассматривает рефлексию как особую историческую организованность мышления, то при психологическом подходе мы начинаем трактовать рефлексию как некоторую способность, тоже в историческом плане. Но тогда мы должны ответить на вопрос, а в чём же эта способность состоит? И эти условия надо проинтерпретировать как-то психологически, на психологическом языке. Мне кажется, что кардинальной здесь может быть следующая характеристика: основным содержанием рефлексивных процессов является установление отношений. Почему мы должны говорить об установлении отношений? Во-первых, потому, что если действие А не является действием изолированным, а предполагает какие-то другие действия (допустим действия В и С), то для того, чтобы действие А было эффективно, адекватно, мы должны заранее связать это действие каким-то образом и в каких-то деталях и сторонах с действиями В и С. То есть мы должны установить отношения между нашим действием А, действием В и действием С. Вот пример из вашей ситуации: понимающий, делая работу в своей позиции, должен предвидеть работу критика, и это отношение может быть самое разное, важно даже то, что сами позиции понимающего и критика просто различаются, что они выделены и поставлены в последовательный ряд и между ними установлены отношения.

    Теперь вновь немного о втором условии. Вот эти В и С всё время меняются. Поэтому нам устанавливать отношения каждый раз нужно заново. Ведь когда отношения установлены, то никакой рефлексии нет — обыкновенный схематизм или автоматизм мышления — применение общего правила. А если те деятельностные образования, с которыми надо устанавливать отношения, всё время беспрерывно меняются, то, действительно, надо всё время эти отношения устанавливать заново. Деваться некуда! Поэтому, исходя из этой общей идеи, я и определил рефлексию вообще как процесс установления отношений по содержанию. То есть — способность к установлению отношений, с психологической точки зрения.

    Конечно, эта способность к установлению отношений предполагает всю предшествующую парадигму (парадигма — это не что иное, как некая схема грамматических правил, падежные окончания…) Этот процесс обращения к предыдущей парадигме предполагает и все предшествующие пункты, и процесс обращения мышления на мышление, и переход от схематизма-I к схематизму-II, и объективирование своих мыслей и так далее. Но он предполагает и некоторые более конкретные содержания применительно к психологической задаче. Скажем, это не просто процессы осознания, как у нас часто трактуют рефлексию, не верно понимают под этим и определённые процессы мышления, которые связаны с установлением отношений. Вполне возможно, что и я делаю в своём определении некоторую ошибку. Но сейчас наиболее частая ошибка — это ошибка экстраполяции, ошибка того, что узкое содержание очень широко распространяется. Возможно, я делаю другую ошибку — сужаю понимание рефлексии, но такое сужение понимания рефлексии даёт мне как психологу право жёстко с ней работать, поэтому я делаю это совершенно сознательно. Поэтому я настаиваю, где есть необходимость именно на таком понимании рефлексии. Эта базовая способность, которой раньше не было. Какие-то праэлементы были, конечно, но они не были как массовая, как общественная необходимая способность, которой должны овладеть всё, чтобы адекватно жить в этом мире. Способность, которая пронизывает всё наше бытие. Ранее общей такой способности не было. На этом я закончу второй кусок своего выступления.

    Я приведу несколько примеров, показывающих важность вот этого установления отношений. Современный человек всё время попадает в новые системы любой деятельности. Это характерная особенность современного человека, и чем дальше, тем больше эта особенность будет проявляться. Причём совокупности людей совершенно различные, как реальные, так и идеальные, так как развитие массовой коммуникации достигло невиданных масштабов. Ведь чисто психологическая зарисовка — несколько человек едут в троллейбусе и обсуждают фильм, увиденный по телевиденью, — они устанавливают некое отношение с другим, которого не было ранее, и в данном случае рефлектируют, потому что они сталкивают свои и чужие нормы поведения, которые были представлены на экране. И вот между этими нормами устанавливаются отношения.

    Может возникнуть вопрос, а почему люди решили со всеми устанавливать отношения? И здесь мы переходим к цели рефлексии. Только таким путём мы можем проводить саморегуляцию, то есть регуляцию управления своим поведением и также управлять, регулировать поведение других людей. Без установления этого отношения ни саморегуляция, ни регуляция других не представляется возможной. А вот в этом быстро изменяющимся, тесно взаимосвязанном мире, который всё более и более становится, в этом смысле, человеческим миром, то есть человеческие отношения выступают всё более и более на первый план, вот эта способность к рефлексии, к установлению отношений всё более и более становится значимой.

    И ещё два важных моментика. Здесь важны оба слова — установление и отношения. Я остановлюсь на первом слове — установление — это всегда процесс. В данном случае рефлексия выступает для психолога с процессуальной стороны, со стороны для психолога чрезвычайно важной и существенной. Почему? Да потому, что если отношение уже есть, то какая может быть вообще рефлексия? Я просто применяю некоторый штамп. Поэтому очень важна роль именно этого установления. И что устанавливается — тоже очень важно. Теперь я подчёркиваю второе слово — отношение. Потому что только через это отношение между своим и чужим действием я могу реализовать собственные действия адекватно и правильно. Это последнее замечание по второму кусочку. Резюме: в психологии происходит изменение подхода к рефлексии. Она начинает пониматься как способность. Эту способность можно понимать и трактовать как способность к установлению отношений. На этом я заканчиваю этот кусок общепсихологических рассуждений. Этот кусок, на мой взгляд, очень эвристичен в том, что даёт богатые возможности для создания чисто конкретных методик действия. О некоторых из них я расскажу позже.

    Злотников: А какова связь между рефлексией и отражением?

    Алексеев: Эта связь даже есть в русском языке, рефлексия — рефлектор, а что такое рефлектор — это отражатель. Я пытался показать, что вся немецкая классика, которая очень много сделала относительно рефлексии, напала на понимание рефлексии как отражения. Она не могла свести к механистическому пониманию отражения, она стремилась показать активность рефлексии. Вот так намёком я и могу ответить на ваш вопрос, а показать, как действительно связана рефлексия с отражением я просто не знаю.

    Злотников: А не есть ли это одно и то же?

    Алексеев: Думаю, что нет.

    Михайлов: А по отношению к мышлению?

    Алексеев: Установление отношений не есть отражение. Установление отношений, с психологической точки зрения, есть активное нечто, которое конструируется нами, я бы сказал, что я в данном вопросе фихтеанец. Идея построения собственного действия, активность мне более импонирует. А в отражении есть какой-то механистический привкус, и он мне не очень нравиться, хотя я и сам пользуюсь термином отражение. Я не хочу вдаваться в философскую дискуссию, что такое отражение. Для меня этот вопрос находится где-то в стороне.

    Самошкин: В Вашей трактовке рефлексию можно понимать как какую-то психическую реальность?

    Алексеев: Как способность.

    Самошкин: Но способность в теоретическом плане, как теоретический конструкт для меня имеет другую загруженность, а в данном случае Вы говорите о сущности рефлексии. А раз это сущность, то она имеет за собой ту реальность, которую можно проверить эмпирически. И тогда возникает вопрос: ведь никакую способность без её реализации мы не увидим, а ведь одно дело осознаваемые, а другое — неосознаваемые способности. Или по-другому: если это способность, а способность есть психическая реальность, то что это за реальность?

    Алексеев: Понимаете, с моей точки зрения, любая способность — есть способность к действованию, безотносительно к тому, чему это принадлежит, к действию интеллектуальному, к действию с предметами, к действию художественному. Мы в этих способностях всегда выделяем некоторые общие для любой возможной практической направленности элементы, которые мы называем общими способностями. Причём, заметьте — язык нас никогда не обманывает, что такое способность, вдумайтесь в это слово — это владение способом, ничего больше. Кстати, этимологические рассуждения часто очень многое дают. Язык, слово, когда прошло через тысячелетия и не изменилось, оставило своё содержание, то это значит, что оно всеми схватывает понимание, оно выражает настолько сильный смысл, что мы ему противостоять не можем, оно принудительно нас обязывает себя выполнять.

    Михайлов: Вопрос о соотнесении рефлексии с мышлением. Или рефлексия — это новое психическое свойство человека, или это на уровне мышления новый тип организации?

    Алексеев: Способность всегда проявляется в новом типе организации мышления. Но что значит новый тип организации мышления? Из чего, в чём он состоит? Во-первых, некоторая направленность мышления. На что? Новый тип организации не может возникнуть, если нет какой-то особой направленности, зачем нужна новая организация мышления, если у меня старая направленность? Новый тип организации предполагает новые вводимые элементы. Что такое организация? Это связь между элементами, управление, распределение между элементами и так далее. Здесь есть эти новые элементы или новые типы организации, в данном смысле. В чём они состоят? Вот, например, в химии, возьмите три элемента и по-разному устройте между ними структуру связи, и вы получите два совершенно не похожих вещества, будем иметь с одной стороны уголь, а с другой — алмаз. А химический состав их однороден. Так вот, в рефлексии на первый план (почему я говорю, что это содержательные характеристики) отношения между чем-то ранее неизвестным становятся центрирующими в этой новой организации мышления.

    Михайлов: Рефлексия — это суть новое понятие, а психические процессы — это останется мышлением, огрубляя.

    Алексеев: Понимаете, я вообще не работаю в категории психические процессы. Понимаете, в моей практической деятельности как психолога этого не нужно. Я, наверное, сказал ужасную вещь с точки зрения преподавания психологии, но я сейчас отчётливо для себя понял, что я не понимаю, что такое психические процессы. Почему не понимаю? Да потому, что не работаю с этим понятием.

    Ильясов: Заметьте, ребята, Никита Глебович демонстрирует нам один из видов работы, который мы с вами разбирали. Психология — это наука о психике в той мере, в какой она может быть рассмотрена как компонент деятельности. Предмет психологического исследования — это особый ракурс деятельностного анализа.

    Алексеев: Ведь что такое психология: наука о психике? С точки зрения формальной логики получается логический круг. И здесь и там один и тот же корень — псих. Поэтому я и не понимаю, что такое психические процессы.

    Ильясов: Термины и задаются по кругу: психология — есть психика, и на неё мы наводим логос, и получаем психологию.

    Алексеев: Прошу прощения. Я не буду ввязываться в вашу сферу, вы здесь понимаете больше, я скажу проще — что такое психические процессы, я не понимаю, поэтому не берусь об этом рассуждать.

    Ильясов: Но здесь есть один момент, интересный, как мне кажется…

    Алексеев: А вот раскрыть, извините, я вас перебью, более точно, что такое организация, можно, но чуть подальше. Дело в том, что надо понять логику моей сегодняшней с вами беседы. Я сначала должен был вам показать самые общие представления общефилософские, потом перейти на более конкретный общепсихологический уровень, а затем выстроить вам моё понимание, совершенное или несовершенное, уже на конкретно-психологическом уровне, чтобы вы поняли: из каких более общих позиций я исходил.

    Ильясов: И всё-таки интересно остановиться вот на чём. Я с Вами согласен, что есть устоявшиеся образования и неизменные. Но термин рефлексия через всю историю устоялся, неся в себе этот оттенок отражательного процесса, иначе — вообще, при чём здесь рефлексия.

    Алексеев: Устоялся. Вы меня начинаете теребить по поводу того философского вопроса, на который я не хочу отвечать.

    Ильясов: Нет, нет — это не философский вопрос. Вы выделяете, совершенно законно, важную реальность, вид деятельности, способность к этому виду деятельности такую, как установление отношений. И эта реальность действительно приобретает очень важное значение в последнее время. И эта способность становится уже в массовом порядке необходимой для большинства людей. Без этого люди просто не могут сейчас существовать. Все это можно совершенно чётко принять на содержательном уровне, это всё правильно, верно и интересно — и это самое главное. Но если все это обозначить терминами, то всегда возникнет недоумение, почему установление отношений — суть рефлексия? Почему такая трансформация значения этого термина? И отсюда не проглядывается та связь из внешней позиции в первом приближении и в первом знакомстве со всем тем, что вы сейчас здесь говорили, не просматривается связь с философами, которые про неё твердили, и с вашей интерпретацией этого термина. И я говорю совершенно чётко — это терминологический вопрос, можно все это хозяйство вообще не называть рефлексией.

    Алексеев: Вы говорите терминологические вещи, давайте посмотрим. Рассмотрим сначала аналогию — атом. Что такое атом? Терминологически. Это неделимое далее.

    Ильясов: Есть ещё одно значение — частица, неделимая далее.

    Алексеев: Частица вещества. Но нечто важное происходит далее. А происходят совсем нетривиальные вещи. Происходит парадокс, если здесь первое и второе значение мы можем подставить так, то позднее первое значение выходит на первое место, а второе совсем уходит. Вот этот процесс с терминами происходит беспрерывно. Есть вначале одни термины, затем проходит время, и мы получаем для того же самого термина другую совокупность значений. Поэтому я объясняю, что рефлексией я назвал то, что назвал тем, что я почувствовал так — современность, то есть в старый термин, вложил новое содержание. Вот когда мы будем смотреть конкретные вещи, связанные с рефлексией, вы увидите, как старые философские идеи там присутствуют. Сейчас я перейду к совершенно конкретной части моего выступления. Здесь я остановлюсь на двух моментах. Первое — это условие возникновения или постановки рефлексивной задачи, и второе — механизм, точнее один из механизмов решения этой рефлексивной задачи. Нам необходимо найти удобные и простые критерии, по которым мы можем судить, что мысль перешла в рефлексию, вот в эту организованность. Это критерии чисто эмпирические, теоретической схемы у меня никакой нет, и делал я это по наитию. Я выделил таких четыре критерия.

    Первым критерием является произвольная остановка действия. Почему выделяется именно этот критерий? Представьте себе, что вы проводите некоторое рассуждение. Отрефлектировав это рассуждение, направив свою мысль на мысль, вы не можете этого сделать, пока вы эту мысль не остановили. Точно также вы не можете рефлектировать любое своё действие, пока оно не остановлено. Если оно не остановлено, то вы занимаетесь, собственно, этим действием. И произвольная остановка действия имеет, что очень важно, активный характер. И эта остановка наступает тогда, когда в деятельности что-то не срабатывает. Этот момент чувствуется, действие дальше продолжать не следует. Причиной может быть и безрезультативность действия.

    Этот пример очень интересен с точки зрения патологии. Кстати, понимание рефлексии, которое я пытаюсь здесь провести, сейчас проходит в одном диссертационном исследовании на шизофрениках. Здесь важно иметь в виду, что само действие остановки лежит в другой плоскости, чем совершаемое действие. Оно по отношению к нему как бы перпендикулярно. Это происходит по схеме: схематизм (Cx1) — рефлексия (Р), схематизм (Схема № 2). Действие остановки принадлежит к плоскости, управляющей конкретными схематизмами. Остановка — не вся рефлексия, но одно из условий, которое обуславливает совершение рефлексии, и по своей природе соответствует тем различениям, которые я проводил выше. Мне кажется, было бы чрезвычайно интересно провести психологическое исследование на эмпирическом материале, посвящённое изучению того, как осуществляется остановка действия.

    Интересно было бы типологизировать остановки действия, создать методики, позволяющие фиксировать характер остановки — это хорошая не только курсовая, но и дипломная работа.

    Ильясов: Значит параллельно рефлексия идти с действием не может, это для Вас принципиальное положение.

    Алексеев: Понимаете в чём дело, мы всегда мыслим и рассуждаем функционально. Так вот, функционально, это различные вещи, а во временной процедуре это может совпадать. Но, тем не менее, даже во временной, если мы не остановили совершаемое действие, то мы не можем делать рефлексии, по крайней мере, по отношению к этому действию. Я просто занят другим, поэтому я не могу делать эту рефлексивную работу. Это все лежит на поверхности и должно быть понятно. Напомню, что в психологии нет сложных вещей, точно также, как нет и простых — они просто таковыми нам представляются, потому что реальные, действительные вещи, просты, когда вы начали их понимать и исследовать, и нам нужно исследовать то, что лежит на поверхности, то, что всюду есть, а не какие-то экзотерические свойства.

    Второй момент или второй критерий — это фиксация действия. Мало остановить действие — мы можем сделать это непроизвольно. Остановка действия сама по себе ещё не ведёт к рефлексии, нам ещё что-то нужно. И следующим функциональным шагом (не по времени, а по смыслу, по значению) является фиксация действия. Что это такое? Действие, выполненное и остановленное, должно быть каким-то образом ограничено. Мы должны это действие ограничить, чтобы таким образом отделить это действие от другого. Даже в каком-то смысле выделить ранее совершенное наше действие. В этом смысл фиксации. Фиксация, по большей части, носит отрывочный характер, выполняющий роль указания. Она всегда отрывочна, приблизительна. Фиксация, точно также, как остановка действия, имеет другую управляющую природу. Она не входит в схематизм, действия по фиксации. И не может ему принадлежать, так как направлена на выделение какой-то границы, частичной, этого самого схематизма, и в этом смысле управляет этим схематизмом.

    Третий критерий — объективация действия. Мы фиксируем действие, прибегая к его содержательной характеристике. Делал то, сделал это и так далее. Когда же я объективирую своё действие, то я делаю действие объектом своего рассмотрения. Я провожу очень существенный для понимания момент — я, во-первых, описываю содержательно своё действие, но при этом я даже в речи это фиксированно выделяю — главное следствие, порядок действия, второстепенное и так далее. Ведь за этими словами, по сути дела, стоит некая методологическая схема, использованная для описания деятельности. Само это конкретное описание совершенного действия организуется при помощи этой методолого-методической схемы. И в каждом конкретном случае мы можем реконструировать эту схему, представив это действие как объекта. И ещё очень характерный момент для объективации действий. Объект всегда выступает как некое целое. Поэтому в фиксации мы можем фиксировать какой-то момент того, что мы сделали — конец действия, начало действия, вообще какой-либо важный для нас элемент, то совершая действие по объективации, само действие представляется как некое целое, отличное от других возможных целых. Ясно, что само действие объективации, опирающееся на какие-то схемы, не принадлежит к рассматриваемому схематизму, а направлено на него, на его выяснение. Если связать это с первой частью моего выступления, то объективацию мы фактически можем видеть в работах Фихте, о которых я немного говорил ранее.

    И, наконец, последняя, четвёртая характеристика, которую бы хотелось рассмотреть — это то, что я называю отчуждением действия. Дело в том, что человек, это человек, это не машина. И человек как человек пристрастен ко всему, он эмоционально заряжен на всё, прорывается это реально или не прорывается. Человек либо принимает, либо отвергает, он либо любит, либо не любит, либо интересуется, либо не интересуется. И это имеет отношение к собственному действию. Если человек сделал сам действие, то он пристрастен к нему. Но для того, чтобы действие, даже будучи объективировано, могло быть рассмотрено, оно должно быть собственным действием, отчуждённым от себя. Потому что пристрастность наша личная к каждому своему действию лишает возможности (то есть надевает какие-то очки, либо розовые, либо тёмные) разобраться в собственном действии. Это психологический личностный момент, и это момент необходимый. И, что очень важно, он лишает нас возможности адекватно, правильно сопоставить и чужое действие.

    Самым центральным из этих четырёх критериев я бы назвал объективацию. Я ещё раз на ней остановлюсь и поясню на одном примере. Сидите вы, скажем, на семинаре у Г. П. Щедровицкого и там чертите различного рода пляшущих человечков, связи между ними, квадраты, блоки и другие разные схемы. Читаете ли вы, скажем, какую-либо кибернетическую работу психологическую, работу кибернетизированного типа, в которой тоже много различных блок-схем. В чём же функция всего этого? Во-первых, очередь для того, чтобы объективировать ход своего рассуждения — никакого специального значения, как правило, все эти схемы и рисунки, не имеют. Они имеют только один смысл — объективировать, закрепить, сделать объектом, специфически знаковым объектом, проводимым ход рассуждений, и если всё это сделано хорошо, то эти цели достигаются. Так вот, объективация является центральным процессом, в котором все остальные критерии должны присутствовать. Но по большей части слитно. Хотя, если вы разработаете какую-то диагностику рефлексии, вы увидите их различный смысл. То есть у вас будет содержательный критерий, на базе которого можно создать и формальный критерий, чтобы в любом рассуждении выделять эти четыре вещи. И здесь очень большой объём методической, методологической и просто экспериментальной и очень интересной, с моей точки зрения, работы по диагностике рефлексии.

    Я совсем не касался проблемы обучения рефлексии, но именно этому надо обучать, надо обучать культуре остановки своих действий, культуре фиксации своих действий, культуре объективации своих действий. И, как это не парадоксально, культуре отчуждения своих действий, умению рассмотреть их как не свои, как некий объект, безразличный для анализа, то есть не имеющий каких-то своих преимуществ или наоборот, недостатков, зависящих от своей личностной позиции. Эта совокупность действий образует то, что я называю условиями постановки рефлексивной задачи, психологической и, как мне представляется, весьма и весьма конкретной.

    Теперь хотелось бы посмотреть, а как решается сама эта рефлексивная задача. Кстати, эти четыре условия, по сути дела, являются теми моментами, проведение которых и является рефлексией. Вроде бы рефлексивная задача ещё не решена, но переход к рефлексии уже схвачен, поэтому я и говорю, что это условие возможности постановки рефлексивной задачи. Теперь разберёмся, в чём же суть самой рефлексивной задачи, и какие механизмы её решения бывают. Говоря об условиях, я несколько раз подчёркивал одно обстоятельство — все эти действия лежат в одной плоскости по отношению к тому схематизму, в котором мы двигались раньше. Следовательно, я могу заключить, что рефлексивная задача связана всегда с выходом в некоторую другую плоскость рассмотрения. Даже употребляется такой термин (кажется, он был введён Щедровицким) — рефлексивный выход. Это условие, обеспечивающее возможность такого рефлексивного выхода — перехода в это иное, скажем, состояние. А рефлексивная задача — это задача, возникающая вот в этой новой плоскости. Если говорить буквально, то эта задача связана с тем, что некоторым образом анализируются те основания, те средства, которые были заложены в использованном ранее схематизме.

    Злотников: А каковы средства объективации?

    Алексеев: Есть вербальные средства объективации.

    Злотников: Они достаточны?

    Алексеев: Большей частью нет.

    Злотников: Значит необходимы другие?

    Алексеев: Да. Понимаете, почему я вернулся к объективации и рассказал о личных схемах, выносимых на доску? Потому что это формально значимые средства иного рода, чем речь. Здесь все не очень просто. Почему речь в качестве средства объективации не очень эффективна? Дело в её многозначности, это раз. Во-вторых, речь у нас существует только во временном протяжении, она у нас не существует, вынесенная во вне.

    Злотников: Значит нужны более адекватные, знаковые системы для объективации?

    Алексеев: Да. Фактически вот эта блок-схема, назовём её так, движение и является попыткой сделать это.

    Самошкин: И такая система должна иметь свою парадигматизацию и свою синтагматизацию?

    Ильясов: Она может быть синтагмически ситуативной?

    Алексеев: Здесь нельзя забывать один интересный момент, который был исходно положен в рефлексию. В связи с работами Канта был показан продуктивный и творческий характер рефлексии. Дело в том, что рефлексия угасает в своём продукте. Нечто сделанное и далее использованное, как правило, уже не требует рефлексии. Так что если мы выработаем парадигматику объективации, то мы даже не будем рефлексировать, хотя внешне будет казаться, что рефлексия осуществляется.

    Ильясов: то есть принципиально творческий акт не может быть нормирован?

    Алексеев: В этом смысле, да. Но, нормируя его, мы достигаем очень многое в культуре, в совершенстве, в организации нашего мышления, но снимаем рефлексию.

    Ильясов: Она становится другим образованием.

    Самошкин: Момент объективации в рефлексии должен иметь нормативный характер, иначе тогда сплошная интуиция творчества отнюдь не эвристического порядка.

    Алексеев: Здесь происходит забавная вещь. Георгий Петрович Щедровицкий во всех этих отношениях страшный пурист. Но он говорит: Какая-то непонятная трудноуловимая, неизъяснима вещь, магическая, рефлексия. Мы стремимся для себя эту вещь представить, но, как только мы её формализуем, даже какие-то вещи из неё, мы из её ведомства сразу уходим. Понимаете, почему давая своё содержательное определение рефлексии как установление отношения, мне очень важно подчеркнуть, что всегда — это процесс установления отношений. Как только отношения установлены, дальше рефлексии нет.

    Это процесс, который никогда по этим путям не повторяется, всё время ищущий новый ход, или это воспроизводимый в некоторых случаях репродуктивный процесс? Вот в чём дело. Некоторые пути механизма рефлексии мы опознать, скорее всего, сможем, и в этом смысле эти пути воспроизводимые. Но здесь другое. Какими бы мы формальными знаниями не обладали, когда мы сталкиваемся с реальной ситуацией, мы нечто реальное должны сделать. И это каждый раз есть своя рефлексивная практика. Если своеобразия в данной новой ситуации нет, то мы просто накладываем известный паттерн, шаблон или схему, то тогда, хотя внешний процесс и подобен, но рефлексии нет. Есть то, что П. Я. Гальперин называет подведением под понятие, а П. А. Шеварев — правилосообразное поведение.

    Злотников: Но, в таком случае, сам процесс объективации рефлексии теряет смысл, как только рефлексия объективирована, то она уже не существует.

    Алексеев: Объективируется не рефлексия, а мысль, рассуждение, действие. А рефлексия не объективируется. Я не говорю об объективации рефлексии, а говорю о критерии перехода. Это действие, действие остановки есть критерий остановки, действие, фиксации и их критерий фиксации, действие объективации, действие отчуждения и их критерии. Мне не хватает слов, я не могу найти достаточно хорошего образа даже для себя. Это есть первая часть, то есть постановка рефлексивной задачи — но есть ещё сама рефлексивная задача. О! Теперь понял, как тот лектор, который девять раз объяснял, а на десятый понял, о чём он говорил. Смотрите, все это может быть сделано, все четыре действия, а рефлексивная задача не решена. Почему мы тогда будем называть это рефлексией? Это не рефлексия. Рефлексия — это когда всё это сделано и ещё решается рефлексивная, задача.

    Самошкин: Почему Вы называете эти критерии эмпирическими?

    Алексеев: Я не очень люблю наукообразные слова, но иногда без них не обойтись. Дело в том, что эти критерии я нашёл не исходя из какой-то заранее продуманной схемы, то есть я просто думал и подбирал, что нужно, но эти критерии не пронизаны единым пониманием, вот в этом смысле я и говорю, что они эмпирические.

    Самошкин: Эти условия предваряют рефлексивную задачу, но ведь они и остаются в ней, и тогда проблематика объективации на уровне решения рефлексивной задачи возникает с новой силой?

    Алексеев: Конечно остаются, и я попытаюсь показать, что там происходит.

    Ильясов: Может быть можно сказать так, что рефлексия не просто о мышлении в общем плане, а рефлексия — это творческое мышление о мышлении? А не репродуктивное мышление о мышлении. То есть — как только пропадает признак творчества, мы уходим из рефлексии.

    Алексеев: Ничего не могу возразить. Вы проще и лучше показали необходимость того первого шага, который я сделал.

    Злотников: Но тогда получается, что любое установление отношений есть суть творческий акт?

    Алексеев: Как установление, конечно.

    Ильясов: Как установление нового отношения, да. Не репродукция уже известных, а новых.

    Алексеев: Новых по содержанию, по форме, по чему угодно. Но творческое — это уж очень помпезно звучит, лучше продуктивное.

    Теперь я вернусь к рефлексивной задаче. Какие её характерные особенности? Какие признаки? Я сразу извинюсь, но у меня здесь есть люфты в собственном понимании, я не распределил специально характеристики по рангу, по значению и по прочему, поэтому я их просто перечислю в некотором беспорядке.

    Первое — это перевод в иную плоскость действия. Это понятно. Второе — это специфическая направленность рефлексивной задачи на предшествующий схематизм, на основания, которые там использовались, на средства там применённые и так далее. И третье, которое следует подчеркнуть особо — при этом задаются, как правило, новые идеализированные образования через объективацию. Все это станет более понятным, когда мы разберём один пример. Заодно на нём и обрисуем психологический механизм решения рефлексивной задачи.

    Ильясов: Создание новых идеализированных объектов, в которых зафиксирована не просто действительность, а особая действительность — действительность отношений, действительность мышления? то есть идеализация в мышлении отношений, потому что физик тоже создаёт идеализированные объекты, но это не касается рефлексии совершенно.

    Алексеев: Кстати, мы же психологи, и поэтому всегда должны понимать простую вещь — все наши расчленения — это наши расчленения, а в грешной действительности там все перепутано, там все слито воедино. И, понимая эту действительность, мы её рассортировываем по нашим различениям. Но сейчас я хочу привести один пример, и на нём ввести и рефлексивную задачу и механизм её решения. В своё время мне пришлось пять лет работать математиком в школе, и я встречался со следующим фактом. Одарённые ученики, хорошо соображающие в математике, при решении новых задач, конечно, не все, тратили на их решение относительно большее время, чем просто способные ученики? Меня это страшно заинтересовало. За счёт чего это происходит? Почему люди явно одарённые, любящие математику и так далее тратят на эти задачи относительно большее время? Вот на этот вопрос я для себя должен был ответить. Я как психолог их расспрашивал, узнавал. И вот какой условно-обобщённо, я получал ответ: Вы знаете, я её давно уже решил, но хотел посмотреть, а если в условии что-нибудь изменить, то если решать так, как я её по-новому решил, сработает, или нет. Вот это факт. Это было то, с чего началось выделение этого механизма.

    Давайте представим, что делает человек. Первое, что он сделал, он начал размножать условия, он вместо одной задачи сделал две задачи. У него появилось условие–1, условие–2… условие–N. Далее, под условием–1 он ввёл некую систему действий–1, к условию–2 он применил их и ещё нечто другое, поэтому это есть система действий–2 и так далее — до системы действий–N. Как же шла его мысль, его работа? Ведь он эти условия как бы сравнивал.

    Помните, я вам говорил, что Кант высказал мысль о том, что очень важно в установлении рефлексии — он их [схемы: условия — действие] сопоставлял. То есть в нашем случае условия и система действий сопоставлялись. Но, спрашивая себя, он только условия сопоставлял? Нет, он ещё проверял и метод. То есть у него была вторая линия: он сопоставлял не только условия, но и действия. Ещё вопрос: а только ли это он делал? Нет, я должен максимально полно представить механизм и реальное движение его мысли. Что же он ещё делал? Он соотносил между собой вот эти получившиеся ряды сопоставлений. Он устанавливал отношения между варьированием условий и варьированием действий. Но каков же конкретно психологический механизм, обеспечивающий работу рефлексии? Механизмом рефлексии является соотнесение рядов сопоставления. Что этим я делаю? Я расставляю для себя возможность в полученную схему каждый раз подставлять всё, что мне нужно. Попадаю я в новую для себя среду, реализую свою норму поведения — это Норма–1. Она почему-то не срабатывает. Что я делаю? Занимаюсь анализом своей собственной формы? Да ничего подобного. И никогда я этим не буду заниматься, потому что если я буду заниматься лишь анализом своей нормы, то я всё время буду заниматься самокопанием, например, про того горьковского мальчика. Я начинаю её сравнивать с Нормой–2, выбираемой из Нормы–3, Нормы–4, Нормы–N из этого окружения.

    Но только ли нормы я сопоставляю между собой? Да нет. Это был бы чисто такой псевдообъективный научный анализ, и не было бы рефлексии. А я беру те условия, которые порождают эти нормы — у меня возникают Условия–1, Условия–2 и так далее. Я опять пользуюсь этим механизмом: я провожу несколько рядов сопоставлений, соотнося их друг с другом. И этот механизм и показывает некоторые специфические характеристики собственно рефлексивной задачи. Во-первых, я нахожусь в совершенно иной действительности по отношению к схематизму 1, который был. Моя деятельность направлена на этот схематизм, потому что он не сработал. Для того, чтобы выдать новое, то есть лучше управиться, отрегулировать собственное поведение, либо поведение других, я строю некую идеальную действительность для себя, (скажем, приведённого выше типа). Осуществляю рефлексивный выход в неё. Выход подготовлен. Этот механизм достаточно подробно описан в моей работе в сборнике Педагогика и логика (Н. Г. Алексеев — Формирование осознанного решения учебной задачи. В сборнике: Педагогика и логика. — М., Касталь, 1993, с. 378–409. Первое издание сборника Педагогика и логика было подготовлено в 1968 году. Однако в связи с известными событиями лета 1968 года готовый набор книги был рассыпан и впервые сборник вышел в свет в 1993 году. — Прим. ред.) и в моём диссертационном исследовании (Н. Г. Алексеев. Формирование осознанного решения учебной задачи. Автореф. канд. дисс. — М. МГПИ, 1975).

    Мне представляется, что этот механизм достаточно универсален и является одним из возможных психологических механизмов рефлексии, то есть могут быть и какие-то другие. Правда, я пока других не знаю, а этот я вижу. Он очень соответствует философской и общепсихологической пропедевтике, которую я проводил. Это есть механизм установления отношений. Не конкретный, каждый раз описываемый по-своему, а общепсихологический механизм. Это всё, что я хотел рассказать вам. Пожалуйста, вопросы.

    Злотников: На ком ещё, кроме математиков, экспериментально проверялся этот механизм?

    Алексеев: Разработана своеобразная методика для диагностики рефлексии. Её смысл был в следующем. Человек должен был совершить действие, потом рассказать его, потом проимитировать это действие как другое, а потом рассказать смысл, тот психологический смысл, который мог бы быть, когда его заставляли делать это действие и его имитировать. Получилась чёткая и интересная вещь — когда человек проходил четыре условия и после этого начинал решать рефлексивную задачу, он рассказывал все с той или иной степенью ограничения. Что при помощи этой методики или теста можно исследовать? Понимаете, — это конструкция, как и всё остальное, психологическое. Я говорил, но могу повторить: я не верю в законы психики какие-то. Человек от человека меняется и будет меняться — в этом его слабое достоинство. Поймите, я ведь не математиков беру, а реальную ситуацию действия, и на ней могу, как мне кажется, показать, что этот механизм работает. (Пример с Tомом Сойером, когда Том красил забор.)

    Злотников: Как соотносится сознание и рефлексия, не есть ли это одно и тоже?

    Алексеев: Думаю, что нет. Понимаете, в чём дело, термины такого типа трудно соотносить. Например, как соотнести попугай и трамвай? Рефлексия существует в сознании, в этом смысле она является моментом сознания. Я бы обратил ваше внимание на другое. Очень часто сознание начинают с чем-то соотносить для построения некой формальной системы, не задумываясь, что эти разные понятия возникали в разных реальностях для решения разных задач.

    В формальностях они как-то соотносятся, но не видно, что с ними можно сделать и куда с их помощью можно выйти.

    Злотников: то есть соотношение рефлексии и сознания — это неверно поставленный вопрос?

    Алексеев: Может быть и верно, если вы сумеете этот вопрос поставить и увидеть за ним действительно большую реальность. Я пока её не вижу, но может быть она и есть.

    Злотников: Вот есть объект — сознание, а вот объект — рефлексия…

    Ильясов: Для Алексеева рефлексия совершенно определённая, в том смысле, что Алексеев знает, что делается, когда осуществляется рефлексия, и что он может с этим что-то делать. А когда он говорит про сознание, то он говорит, что не знает, что с ним делать. Правильно ли я Вас проинтерпретировал?

    Алексеев: В общем смысле, да. Часто делают так: берут общие понятия, не задумываясь над простой вещью, что и общие понятия возникают для решения вполне определённых социокультурных задач и для разных целей. Например, начинают рассуждать, о том, что общего было в понимании мышления у Аристотеля, у Канта, у Гегеля и что осталось там рационального. Но не задумываются над тем вопросом, что для Аристотеля идеи о мышлении, размышления. О мышлении в определённой социокультурной ситуации, очень большой, значимой, но, тем не менее, совершенно определённое решение задач. А у Канта они были другие. А, скажем, Фихте — у него были третьи, ему надо было торжество личности провозгласить. И только поэтому он дошёл до решения этой задачи, он дошёл до понимания активности человеческого сознания. И это была задача, которая ставилась в то время.

    Обратите внимание на такую вещь, в английском языке все слова само, самосознание и так далее, появились в ХХ веке, а до этого их просто не было. Вдумайтесь в эти факты, которые показывают, почему я пытался показать вам организованность, историческую организованность мышления. Нам кажется, что это все по природе так существует, а мы только можем все исследовать так, как надо. Аристотель что-то исследовал не до конца, не до конца что-то понял. Потом кто-то понял лучше, кто-то ещё лучше понял. Я принципиально не приемлю такую позицию. Я считаю, что Аристотель исследовал до конца и ответил на ту задачу, которая стояла для его времени, и только мы это не домысливаем, начинаем думать, что он это осветил, а вот это не осветил. А он осветил всё, что нужно было осветить.

    Злотников: Тогда получается, что каждое поколение должно все исследовать заново?

    Алексеев: Это измеряется не поколениями. И если вы что-то хотите сделать, то у вас иного пути нет. Если вы ничего не хотите сделать, а хотите воспроизводить, повторять, то будете заниматься тем, что делает Т. Кун. Кстати, психолог должен читать науковедческие книжки. Книга Куна — это классическая книга. (Т. Кун. Структура научных революций. изд. 2. — М., «Прогресс», 1977). Он говорит: все это экзотерические исследования в рамках одной парадигмы. Вот когда принята основная система допущений, вот тогда там и копают, и копают все сложные вещи. А если поколению везёт, если поколение застаёт новые условия своего существования, то ему не это надо решать. Потом это сводится к культуре. Конечно, культуру надо знать, и в первой части я попытался показать, на каких предпосылках понимания рефлексии моё понимание основывается. Они в нас сидят, и мы не можем от них освободиться, но, может быть, попозже мы и их сбросим. Это нужно учитывать, но, тем не менее, работая, строить надо заново. А если вы не будете работать заново, то вы не получите нового материала. И это заново должно чувствоваться и с той, новой ситуацией, в которую вы погружаетесь. А социокультурные задачи, общечеловеческие — они всё время возникают, но они не измеряются жизнью поколений, они могут измеряться и пятью годами, а могут и столетиями.

    Ильясов: Здесь, ребята, прозвучала более глубокая идея. На материале рефлексии представлена более глубокая вещь мировоззренческого уровня. Речь идёт о том, что в исследовании человека, человеческой деятельности, человеческого мышления есть два принципиальных подхода. При одном подходе считается, что человеческое мышление и человеческая деятельность изначально задана, с какого-то момента все стороны там, в заданном, есть. И задача состоит только в том, чтобы к ним пробиваться и, соответственно, поколения исследователей друг от друга отличаются глубиной исследований природы человеческого мышления, человеческой деятельности. Аристотель что-то сделал, но не до конца доработал. Следующие поколения дополняли то, что не доделал, скажем, Аристотель. Но уже изначально существовало всё, что может существовать в мышлении.

    Это первый заход. А второй заход утверждает, что ничего подобного — каждый исторический период даёт новообразования в человеческой деятельности, в человеческом, мышлении. И каждое поколение оказывается, по крайней мере, в двух ситуациях; либо оно ещё не попало в тот момент, когда возникли новообразования, пользуется и живёт ещё в старую эпоху, пользуется тем, что было сделано предшествующими поколениями, либо оно вынуждено самостоятельно, от начала и до конца, это новообразование постигать. И принципиально Аристотель не мог сделать того, что делаем мы сейчас, не потому, что он был ограничен разными обстоятельствами, а потому, что то, что делаем мы сейчас, во времена Аристотеля просто не существовало.

    Вот какой заход. Перед Аристотелем не стояло социальной задачи исследовать рефлексию. Должен вам сказать, что первая позиция может отчаянно сопротивляться второй и проблематизировать её, утверждая, что это категорически не верно, что в человеческом мышлении нет такого эволюционного движения и человеческое мышление, поскольку оно мышление, оно изначально по своей природе несёт в себе всё. И развитие состоит не в появлении принципиально новых образований, а в совершенствовании того, что в зародыше дано, и поэтому Аристотель не дотягивал. Не потому, что он не мог, а потому, что не дотягивал, а другие вообще не добирались.

    То, что я сейчас говорю, это не значит, что это моя точка зрения. Я вам проблематизирую эту ситуацию, чтобы вы догматически не приняли ту или иную линию. Обе линии отчаянно борются, и борьба очень острая, и в настоящее время — эта борьба стала принципиальна, раньше она шла подспудно, а сейчас она чётко эксплицирована. За рубежом, например, позитивизм — это чистой воды неэволюционная система изучения мышления. Есть антипозитивизм, который выступает как исторический подход к мышлению. Марксистская литература критикует серьёзные недочёты и недостатки этой исторической ориентации в зарубежной логике и методологии науки в исследовании мышления. Но идею историчности подхода, в целом, глобально, мы поддерживаем, не её конкретную реализацию, а глобальный заход. Если персонально, то все позитивисты, Венский кружок, вплоть до К. Поппера, хотя он к нему не относится. А вот ученики К. Поппера, начиная, скажем, с И. Лакатоса, П. Фейерабенда и других — они как раз при всех своих ошибках ближе ко второму направлению.

    Достаточно было решить что-то одно, главное, чтобы кардинально перевернуть всю действительность. Почему я привлекаю ваше внимание к литературным образам? Большие писатели делали это достаточно убедительно, но остаётся чувство, что все события, красивые и так далее, описанные в романах, реально не могли быть, то есть мы чувствуем, что это фантазия, что это фантастическое произведение. Почему мы это чувствуем? Потому что понимаем, что так быть не может. Мы понимаем, или более мягко, начинаем понимать, что усилия одного не достигают цели. Что для этого нужна определённая кооперативная деятельность, и чем более мы вспоминаем, начинаем чувствовать, причём чувствуем это реально, практически, что любое действие все менее и менее становится автономным. Оно не становиться не свободным, но зависит от действий других лиц. От посредников. Но разве раньше действие не опосредовалось? Конечно опосредовалось, но степень автономности его, возьмите, например, натуральное хозяйство, была более ярко выражена.

    Здесь можно много примеров подобрать, чтобы показать резкое нарушение прежней изолированности действий. Мне важно, чтобы вы поняли этот момент, он достаточно прост, что прежняя автономность и изолированность действий уходит в прошлое. Для нас естественным является, что наше действие в большей степени зависит от действий других. Более того, я даже выдвину такой аргумент успешности и адекватность наших действий, который по большей части зависит от того, как мы заранее смоделируем и сформулируем наше действие по отношению к другим. Это явилось кардинальным условием изменения мышления.

    Самошкин: А в советской науке?

    Ильясов: Тут дело посложнее, поскольку советская наука на марксистских основаниях строилась, а марксизм исходно, культивирует исторический взгляд на всё. Все рассматривается конкретно-исторически. Нет универсальных этических норм, всеобщих, универсальных ценностей и то же самое нет и мышления, но по отношению ко второму подходу — это эксплицитно выражено в марксистской логике с временной. Раньше эти общие ходы так эксплицитно не выступали по отношению именно к мышлению. Вот к другим вещам — социальным, этическим, эстетическим категориям это чётко фиксировано. Все эти категории всегда конкретно-исторические. По отношению к мышлению на уровне идеологии это фиксировалось, но на уровне конкретного детального исследования этого не осуществлялось.

    Алексеев: Я могу добавить. Вы не читали Первобытное мышление Л. Леви-Брюля? Знакомы вы с теорией Э. Сепира и Б. Л. Уорфа о лингвистической относительности? С работами А. Я. Гуревича по средневековому мышлению? Вот в этих работах эта вторая, конструктивная позиция, как её называют, представлена достаточно сильно. Если брать советскую психологию, то вторая позиция, наиболее чётко выражается в исследованиях, которые каким-то образом сгруппированы вокруг Г. П. Щедровицкого.

    Самошкин: Который, почему-то, отрицает психологию.

    Алексеев: Понимаете, всё бывает. Я думаю, он не отрицает, он просто говорит, что она не построена как предмет.

    Ильясов: Он не отрицает психологию. Это неправильная квалификация. Он говорит, что психология, как таковая, она стара, она уже прожила, нынешняя психология — это ХVIII век.

    Алексеев: Посмотрите, то, что рассказано сегодня. Мы своих позиций тоже ничего не скрываем. Ведь фактически задача, которая передо мной стояла, не стояла в том, чтобы найти, что такое рефлексия. Да если бы я такую задачу поставил, то не решил бы её. Задача стояла в другом: сконструировать, что такое рефлексия и чем может быть рефлексия. Я могу сконструировать плохо, и эта конструкция в жизни не пройдёт — это моя частная неудача. Второй момент — что значит сконструировать? Это просто так на пустом месте задуматься и что-то там выдумать? Конечно, нет. И именно это я и хотел вам показать. Ведь такая конструкция опирается и на изучение достижений предыдущей мысли, что очень важно, и в этом вторая, неразвёрнутая, и поэтому менее понятная, часть доклада, на анализе того, что в жизни происходит. Это не волюнтаристский акт, конструкция, поймите это. Но это действительно конструкция, которая учитывает и культуру и запрос сегодняшней действительности, как она идёт. Почему мне так понадобились условия, в которых возникает мыслительное действие, показ их какой-то всеобщности, совершенно для нас неестественной. Ведь та конструкция, которая неосознанно начинает реализовываться — должна быть осознана. Кстати, роль философской литературы и состояла в этом — они осознавали веления своего времени, так говорили в старину. И в этом смысле проектировали возможное будущее движение.

    Ильясов: Ребята, вы поняли, какой здесь важный момент. Это восходит к тезису о том, что философы только объясняли мир, а надо его изменить.

    Алексеев: Одиннадцатый тезис о Фейербахе Марса и породил так называемых диалектических станковистов. Один из представителей которых — здесь перед вами сидит… (Диалектические станковисты — шутливое самоназвание участников Московского методологического кружка. См. Матвей Хромченко. Диалектические станковисты. — М., Издательство Школы Культурной политики. 2004, а также: ММК в лицах. Том I. — М., Фонд Институт развития им. Г. П. Щедровицкого, 2006. И ММК в лицах. Том II. — М., Фонд Институт развития им. Г. П. Щедровицкого, 2007. — Прим. ред.) Вы знаете, что такое станковизм диалектический? Хо! Да вы не читаете классиков, меня это поражает. Вы даже не читаете 12 стульев и Золотой теленок. Это те самые художники, им надо было перекрасить машину, которую они украли, а красок в городе не оказалось. Почему? А потому, что там один гайками метать начал, зерном и прочее. Это был кружок диастанковистов.

    Ильясов: Острейшая борьба проходит и по линии: что важнее — объяснять или изменять мир. Одни говорят, что слишком много времени идёт у нас на объяснение, мы много уже знаем, но толку от этих знаний мало. А другие говорят, что без изменения мир изменить нельзя. Но не нужно это разводить как альтернативу. Дело не в том, что нужно бросить объяснять мир и всем стремиться его сразу изменить. Задача объяснения остаётся, но к ней надо добавить ещё и задачу изменения мира. И при конструировании нельзя забывать и об использовании объяснений. Невозможно бросить объяснение и заняться изменением. А в Марксовском тезисе фиксируется одно очень важное обстоятельство: слишком много времени у нас идёт на объяснение, и почти нет никакого конструирования.

    Алексеев: Ислам Имранович, когда Вы говорили, то меня теребил червь сомнения. Я очень уважаю А. Н. Леонтьева как очень крупного психолога, но для меня тестовым лет пятнадцать-двадцать тому назад, был такой вопрос: Алексей Николаевич, а как Вы думаете, Ваша схема всегда и всюду работает? Ответ я знал, мне важно было удостовериться. И он ответил: Да, бесспорно, то есть эта схема на все века, на все народы. Следовательно, я действительно не для политеса подчёркивал своё уважение к этому психологу, но он ни в коей мере не стоял на марксистской позиции, в этом смысле. Он мог говорить очень много про историчность мышления, но это шло шапкой, вначале, а в реальной своей работе он этого не реализовывал, не проводил, а стоял на совершенно других позициях. Кстати, это явление чрезвычайно распространённое. Вот здесь Ислам Имранович критически говорил про неопозитивизм, бихевиоризм. А вы посмотрите как будущие психологи, какими методиками вы будете пользоваться — только этими, других то почти и нет.

    Михайлов: Своими.

    Алексеев: Вот это другое дело. Это другая постановка вопроса.

    Ильясов: Мы во-первых, изобретём свои, а во-вторых, реализуем те. Мы можем многие из них взять, так как свою задачу они решают, но нужно понимать, что они решают не всё, что нам нужно.

    Графская: Скажите, процесс решения творческой задачи и рефлексия, как я поняла, одно и тоже, если понимать процесс решения творческой задачи как установление новых отношений? А поскольку творчество — установление новых отношений, было всегда, на любом этапе развития общества, то рефлексию тоже, наверное, можно увидеть всегда, у того же Аристотеля.

    Алексеев: Я думаю, что, во-первых, процесс решения творческой задачи не обязательно предполагает рефлексию. В процессе решения творческой задачи может и участвует рефлексия, там, где это необходимо для решения творческой задачи. Более того, рефлексия всегда находится в решении творческих задач, но творческая задача — это понятие более широкое. И мне кажется, что есть действительно творческие решения, которые даже не предполагают обращение мышления на мышление. Ведь часто, творчество связано не с радостью, а с какими-то занудливыми операциями.

    Рефлексия, в том смысле, который я здесь пытался показать, не обязательно связана с творчеством. Ну, прошёл у человека какой-то образ, и мучился он над ним. Но не думал человек над прежним своим опытом, не сопоставлял, не сравнивал, не соотносил. Решил, в конце концов, задачу, но почему мы должны сказать, что здесь есть рефлексия? Поймите мою внутреннюю интенцию — термин всегда обессмысливается и теряет своё значение, когда он становится столь широким, что туда попадает все. Было, например, словечко информация. Сначала это было совершенно ясное понятие, по Шеннону. Потом все начали называть информацией. И само слово информация как-то обессмыслилось. То же может произойти и с рефлексией. Мы все будем называть рефлексией. Кстати, сейчас так и делают — любое сознание называют рефлексией. И тогда реконструировать при помощи этого понятия простые конкретные вещи становится невозможным. Потому что все расплывается. Здесь я придерживаюсь одного из любимых высказываний Гегеля: Если все белое, то нет белого.

    Ильясов: Но в вопросе Лены [Графской], содержалась та линия, она, может быть, этого и не желала. Она сомневается в том, что установление отношений — это продукт исторического развития мышления. Установление отношений есть исконно человеческое дело, и при Аристотеле оно тоже имело место.

    Алексеев: Да, оно имелось, и были такие прототипы и образцы, но это не было обстоятельной необходимостью всех, это не было нормой, как мы бы сказали сейчас. А мы исследуем нечто, имеющее нормативный и общий характер. Например, когда мы исследуем куст и начинаем исследовать движение соков по нему, нас не интересует данный куст, нас интересует, как двигаются соки и так далее.

    Ильясов: Но тогда представитель такого философствования должен всё-таки сказать: Это в какой-то мере существенная деталь для исследователя, а если такое было, то принципиально, хотя бы в виде исключения, мог это схватить и изучать. В исследовании есть всегда такая установка.

    Алексеев: Нет, и принципиально нет. И вот почему. Аристотель был гениальный человек. A гениальный человек исследует то, что нужно его времени. Он не исследует нечто случайно попавшееся ему. Кстати, существует одна блестящая работа по Аристотелю. Вы задумывались когда-нибудь, как появлялась формальная логика? Очень интересный вопрос. Ведь она появилась для того, чтобы, как это ни парадоксально, чтобы совершенствовать ораторское искусство и, в первую очередь, для этого. Почему? Так как всегда тождественное высказывание убеждает. Против него нечего возразить. Море есть море. Оно всегда истинно. И в этой связи, прежде всего c практикой сократиков, с практикой судебных речей, с практикой проведения общественных собраний, с практикой убеждения других, друг друга, которая в Древней Греции играла колоссальную роль, которую мы не можем сейчас представить, в их той жизни, поскольку каждый должен был выходить и говорить. Это было нормой. Заставляли. Человека, который уклонялся от собрания в своём городе, могли лишить гражданства и имущества заодно. А умение говорить и убеждать было колоссальнейшей задачей. И на этом основании, ещё до Аристотеля, конечно, возникла формальная логика. Аристотель это суммировал. И не просто как отражение некоторой всеобщей, всегда существующей действительности. А, скажем, сейчас, если вы посмотрите формальную логику, увидите, что то, что сделал Аристотель, по объёму занимает всего одну десятую часть, даже меньше. Сейчас возникли модальные, многозначные логики и так далее.

    Ильясов: Всё правильно, Я здесь не ставлю так вопрос, что действительная реальность и практическая ситуация жизни не играет никакой роли в озадачивании исследователя. Наоборот — решающую и ведущую роль.

    Алексеев: И единственную.

    Ильясов: Вот тут и могут быть возражения. Здесь есть вот какая сторона. Вот то, чего не было, это могло быть связано с разными обстоятельствами. Не было потому, что не было Никиты Глебовича две тысячи лет назад, который вот это все не сделал, не сконструировал. И тем самым не дал возможность формировать все это у всех остальных. Или не было, потому что и не могло этого быть.

    Алексеев: И единственную, потому что не понятно, зачем вы что-то другое, что не отвечает потребностям времени, делаете. Посмотрите, ведь история — это сложный процесс. Скажем, если мы посмотрим на такую интересную вещь: стоит ли заняться римскими стоиками специально и почему? Да потому, что некоторые из тех условий, которые я обозначил, в то время активно рекрутировались. Смешение народов и языков, необходимость быстрого изменения действия и так далее.

    Поэтому нечто подобное могло возникать, но, и здесь я всё-таки утверждаю, что стоиков посмотреть специально стоит, эта ситуация не была реализована, она была как бы праситуация.

    Ильясов: Спасибо Вам большое.

    Рефлексия | Философский штурм

    Систематизация и связи

    1. Исходная точка отсчета – реальность нас мыслящих о своем предмете. Мы (исследователи и читатели) находимся в позиции мыслительного опыта, который представляет собой движение в поле смыслов. Поскольку мы находимся в сфере мышления, все, что мы мысленно фиксируем и о чем рассуждаем, приобретает характер мысли и смыслового отношения. Об этом следует постоянно отдавать себе отчет.

    2. По отношению к мыслительному опыту, мы различаем также опыт непосредственности, или чувства. Чувственный опыт дан нам как реальность, к которой мы можем перейти в любой момент, как данность и «место» — позиция, из которой мы приобщаемся к чувственному. Чувственное само феноменально разделяется на внешнее (ощущения) и внутреннее чувствование (переживание). Внешний чувственный опыт организован для нас как внешний мир. Внутреннее чувство конституирует то, что мы называем «внутренним миром». Это различие внутреннего и внешнего основано на различии опытов – ощущения и переживания.

    3. Предметом нашего интереса является сознание. Из того, как сознание проявляет себя в опыте, явствует, что оно всегда имеет структуру «направленности на», структуру вектора. На одном полюсе этого вектора – данность, объект, неважно, какой природы, на другой стороне – домысливаемая реальность некоторого субъекта. Вопрос, который нас интересует – «Каков статус данности этого субъекта?»

    4. Традиционно «рефлексией» называют акт обращения сознания по отношению к своей данности. Поскольку мы различаем опыт ощущения, опыт мышления, опыт переживания и опыт сознания себя, постольку рефлексия подразделяется на рефлексию над данностью ощущений (внешний опыт), рефлексию над переживаниями (внутренний опыт), рефлексию над мыслью и самосознание.

    5. По-видимому, субъект, который является предметом нашего интереса, знает о себе посредством рефлексии? Именно в этом должен, по смыслу самой процедуры, состоять результат рефлексии – сознания субъектом самого себя – быть возможным самосознанием. Но откуда рефлексия знает, куда направить свои усилия? Этот вопрос не является праздным, как если бы можно было ответить, что субъект заранее, до всякой рефлексии, знает о самом себе и, следовательно, может сознавать себя. В таком ответе подразумевается наличие некоторого другого акта знания себя, помимо рефлексии. Но всякий акт знания есть интенция, а значит различение субъекта акта и субъекта знания. Тогда встает вопрос относительно нового субъекта – «Откуда он знает, куда направить усилия?» и так можно двигаться до бесконечности.

    6. Субъект, который мы пытаемся зафиксировать, по сути своей есть «субъект актов», который в каждой интенции остается на одной стороне, даже если дело идет о сознании себя. Субъект может «опредметить» себя в мысли о себе, но в этом случае нельзя говорить, что он схватывает себя. Точно так же, как в мысли мы не схватываем сам стул, а оперируем лишь мыслью о «стуле», точно так же в мышлении субъекту дан не он сам, а лишь мысль о себе.

    7. Но феноменально мы знаем себя, точнее говоря, мы располагаем таким опытом, который можем охарактеризовать как «схватывание себя». Это, конечно, не опыт рефлексии посредством мышления, а опыт рефлексии переживания самого себя. В переживании самого себя, субъект не схватывает себя как наличный предмет, как было в мышлении, но проживает себя «рядом» с собой. Здесь, конечно, тоже присутствует неустранимая «двоица» субъекта как «субъекта актов», но данная непосредственно в самом переживании. Это проживание себя есть достоверность нашего тела. По сути, субъект проживает сознание своей телесности. Это рефлективное «схватывание себя» обычно принято называть «чистой рефлексий» (собственно — actus purus).

    9. Другая проблема субъекта связана с тем, каким образом сознание сохраняет себя? Ведь если следовать стимулу – внешнему потоку ощущений или внутреннему потоку переживаний, то сознание, направленное на него, должно было бы терять себя в этом потоке. Но этого не происходит, сознание прочно «держится» себя и, более того, по-видимому, является вообще точкой отчета для всякого движения и изменения. (продолжение следует)

    Чупина_Федоренко_Теор_практ_проф_пед_рефлекс

    %PDF-1.6 % 1 0 obj > endobj 892 0 obj >stream GPL Ghostscript 9.022019-01-25T12:18:58+05:002019-01-25T12:11:15+05:00PDFCreator Version 1.2.12019-01-25T12:18:58+05:000b73e6e3-22cc-11e9-0000-1ac11ae64361uuid:83b0b936-9a69-4b8b-8aeb-81877812a6c3application/pdf

  • Чупина_Федоренко_Теор_практ_проф_пед_рефлекс
  • natalya.ushenina
  • endstream endobj 828 0 obj >/Encoding>>>>> endobj 3 0 obj > endobj 848 0 obj > endobj 847 0 obj > endobj 874 0 obj > endobj 891 0 obj > endobj 80 0 obj >/Type/Page>> endobj 84 0 obj >/Type/Page>> endobj 88 0 obj >/Type/Page>> endobj 92 0 obj >/Type/Page>> endobj 96 0 obj >/Type/Page>> endobj 100 0 obj >/Type/Page>> endobj 104 0 obj >/Type/Page>> endobj 108 0 obj >/Type/Page>> endobj 112 0 obj >/Type/Page>> endobj 116 0 obj >/Type/Page>> endobj 120 0 obj >/Type/Page>> endobj 124 0 obj >/Type/Page>> endobj 128 0 obj >/Type/Page>> endobj 132 0 obj >/Type/Page>> endobj 136 0 obj >/Type/Page>> endobj 140 0 obj >/Type/Page>> endobj 146 0 obj >/Type/Page>> endobj 150 0 obj >/Type/Page>> endobj 154 0 obj >/Type/Page>> endobj 158 0 obj >/Type/Page>> endobj 162 0 obj >/Type/Page>> endobj 166 0 obj >/Type/Page>> endobj 170 0 obj >/Type/Page>> endobj 174 0 obj >/Type/Page>> endobj 178 0 obj >/Type/Page>> endobj 182 0 obj >/Type/Page>> endobj 186 0 obj >/Type/Page>> endobj 192 0 obj >/Type/Page>> endobj 199 0 obj >/Type/Page>> endobj 203 0 obj >/Type/Page>> endobj 207 0 obj >/Type/Page>> endobj 211 0 obj >/Type/Page>> endobj 215 0 obj >/Type/Page>> endobj 219 0 obj >/Type/Page>> endobj 223 0 obj >/Type/Page>> endobj 227 0 obj >/Type/Page>> endobj 231 0 obj >/Type/Page>> endobj 235 0 obj >/Type/Page>> endobj 239 0 obj >/Type/Page>> endobj 243 0 obj >/Type/Page>> endobj 247 0 obj >/Type/Page>> endobj 251 0 obj >/Type/Page>> endobj 255 0 obj >/Type/Page>> endobj 259 0 obj >/Type/Page>> endobj 263 0 obj >/Type/Page>> endobj 267 0 obj >/Type/Page>> endobj 271 0 obj >/Type/Page>> endobj 275 0 obj >/Type/Page>> endobj 279 0 obj >/Type/Page>> endobj 283 0 obj >/Type/Page>> endobj 287 0 obj >/Type/Page>> endobj 291 0 obj >/Type/Page>> endobj 295 0 obj >/Type/Page>> endobj 299 0 obj >/Type/Page>> endobj 303 0 obj >/Type/Page>> endobj 307 0 obj >/Type/Page>> endobj 311 0 obj >/Type/Page>> endobj 315 0 obj >/Type/Page>> endobj 319 0 obj >/Type/Page>> endobj 323 0 obj >/Type/Page>> endobj 327 0 obj >/Type/Page>> endobj 331 0 obj >/Type/Page>> endobj 335 0 obj >/Type/Page>> endobj 339 0 obj >/Type/Page>> endobj 343 0 obj >/Type/Page>> endobj 347 0 obj >/Type/Page>> endobj 351 0 obj >/Type/Page>> endobj 355 0 obj >/Type/Page>> endobj 359 0 obj >/Type/Page>> endobj 363 0 obj >/Type/Page>> endobj 367 0 obj >/Type/Page>> endobj 371 0 obj >/Type/Page>> endobj 375 0 obj >/Type/Page>> endobj 379 0 obj >/Type/Page>> endobj 383 0 obj >/Type/Page>> endobj 387 0 obj >/Type/Page>> endobj 391 0 obj >/Type/Page>> endobj 395 0 obj >/Type/Page>> endobj 399 0 obj >/Type/Page>> endobj 403 0 obj >/Type/Page>> endobj 407 0 obj >/Type/Page>> endobj 411 0 obj >/Type/Page>> endobj 415 0 obj >/Type/Page>> endobj 419 0 obj >/Type/Page>> endobj 423 0 obj >/Type/Page>> endobj 427 0 obj >/Type/Page>> endobj 431 0 obj >/Type/Page>> endobj 435 0 obj >/Type/Page>> endobj 439 0 obj >/Type/Page>> endobj 443 0 obj >/Type/Page>> endobj 447 0 obj >/Type/Page>> endobj 451 0 obj >/Type/Page>> endobj 455 0 obj >/Type/Page>> endobj 459 0 obj >/Type/Page>> endobj 463 0 obj >/Type/Page>> endobj 467 0 obj >/Type/Page>> endobj 471 0 obj >/Type/Page>> endobj 475 0 obj >/Type/Page>> endobj 479 0 obj >/Type/Page>> endobj 483 0 obj >/Type/Page>> endobj 487 0 obj >/Type/Page>> endobj 491 0 obj >/Type/Page>> endobj 495 0 obj >/Type/Page>> endobj 499 0 obj >/Type/Page>> endobj 503 0 obj >/Type/Page>> endobj 507 0 obj >/Type/Page>> endobj 511 0 obj >/Type/Page>> endobj 515 0 obj >/Type/Page>> endobj 519 0 obj >/Type/Page>> endobj 523 0 obj >/Type/Page>> endobj 527 0 obj >/Type/Page>> endobj 531 0 obj >/Type/Page>> endobj 535 0 obj >/Type/Page>> endobj 539 0 obj >/Type/Page>> endobj 543 0 obj >/Type/Page>> endobj 547 0 obj >/Type/Page>> endobj 551 0 obj >/Type/Page>> endobj 555 0 obj >/Type/Page>> endobj 559 0 obj >/Type/Page>> endobj 563 0 obj >/Type/Page>> endobj 567 0 obj >/Type/Page>> endobj 571 0 obj >/Type/Page>> endobj 575 0 obj >/Type/Page>> endobj 579 0 obj >/Type/Page>> endobj 583 0 obj >/Type/Page>> endobj 587 0 obj >/Type/Page>> endobj 591 0 obj >/Type/Page>> endobj 595 0 obj >/Type/Page>> endobj 599 0 obj >/Type/Page>> endobj 603 0 obj >/Type/Page>> endobj 607 0 obj >/Type/Page>> endobj 611 0 obj >/Type/Page>> endobj 615 0 obj >/Type/Page>> endobj 619 0 obj >/Type/Page>> endobj 623 0 obj >/Type/Page>> endobj 627 0 obj >/Type/Page>> endobj 631 0 obj >/Type/Page>> endobj 635 0 obj >/Type/Page>> endobj 639 0 obj >/Type/Page>> endobj 643 0 obj >/Type/Page>> endobj 647 0 obj >/Type/Page>> endobj 651 0 obj >/Type/Page>> endobj 655 0 obj >/Type/Page>> endobj 659 0 obj >/Type/Page>> endobj 663 0 obj >/Type/Page>> endobj 667 0 obj >/Type/Page>> endobj 671 0 obj >/Type/Page>> endobj 675 0 obj >/Type/Page>> endobj 679 0 obj >/Type/Page>> endobj 683 0 obj >/Type/Page>> endobj 687 0 obj >/Type/Page>> endobj 691 0 obj >/Type/Page>> endobj 695 0 obj >/Type/Page>> endobj 699 0 obj >/Type/Page>> endobj 703 0 obj >/Type/Page>> endobj 707 0 obj >/Type/Page>> endobj 711 0 obj >/Type/Page>> endobj 715 0 obj >/Type/Page>> endobj 719 0 obj >/Type/Page>> endobj 723 0 obj >/Type/Page>> endobj 727 0 obj >/Type/Page>> endobj 731 0 obj >/Type/Page>> endobj 735 0 obj >/Type/Page>> endobj 739 0 obj >/Type/Page>> endobj 743 0 obj >/Type/Page>> endobj 747 0 obj >/Type/Page>> endobj 751 0 obj >/Type/Page>> endobj 755 0 obj >/Type/Page>> endobj 759 0 obj >/Type/Page>> endobj 763 0 obj >/Type/Page>> endobj 767 0 obj >/Type/Page>> endobj 771 0 obj >/Type/Page>> endobj 775 0 obj >/Type/Page>> endobj 779 0 obj >/Type/Page>> endobj 783 0 obj >/Type/Page>> endobj 787 0 obj >/Type/Page>> endobj 791 0 obj >/Type/Page>> endobj 795 0 obj >/Type/Page>> endobj 799 0 obj >/Type/Page>> endobj 803 0 obj >/Type/Page>> endobj 807 0 obj >/Type/Page>> endobj 811 0 obj >/Type/Page>> endobj 876 0 obj >/Type/Page>> endobj 889 0 obj >stream xZ[oF$+RNKV8jL^foE_.x+}w+%l;!+ ݓ g΁>;nQbRl$*a`72>:ӽ}ߓ(#J*Y׈/+6VHc̮RJ C*[email protected]@_˳~BKi]V-yuϧN»[email protected]۟MAjn8Yw»: j=+-;[email protected]\OV}Jm>Hf_*L|1p`܈V-#,Γ,CXE

    Определение и значение отражения | Dictionary.com

    🍎 Элементарный уровень

    Показывает уровень обучения в зависимости от сложности слова.

    [ri-flek-shuhn] SHOW IPA

    / rɪˈflɛk ʃən / PHONETIC RESPELLING

    🍎 Элементарный уровень

    Показывает уровень обучения в зависимости от сложности слова.


    существительное

    .expandable-content {display: none;}. Css-12x6sdt.expandable.content-extended> .expandable-content {display: block;}]]> акт отражения, как в отражении света или нагреть, отразить, вернуть или показать изображение; состояние отражения таким образом.

    изображение; представление; аналог.

    фиксация своих мыслей на чем-либо; тщательное рассмотрение.

    мысль, возникающая при размышлении или медитации.

    неблагоприятное замечание или наблюдение.

    литье какого-то вменения или упрека.

    Физика, оптика.
    1. Возврат света, тепла, звука и т. Д. После удара о поверхность.
    2. Что-то столь же отраженное, как тепло или особенно свет.
    Математика.
    1. (в плоскости) замена каждой точки на одной стороне линии точкой, симметрично расположенной на другой стороне линии.
    2. (в пространстве) замена каждой точки на одной стороне плоскости симметричной точкой на другой стороне плоскости.

    Анатомия. загиб или загиб детали на себя.

    ПОСМОТРИТЕ БОЛЬШЕ МЕНЬШЕ

    ДРУГИХ СЛОВ ДЛЯ размышления

    Викторина

    ВЫ НАСТОЯЩИЙ СИНИЙ ЧЕМПИОН ЭТИХ СИНОНИМОВ?

    Мы могли бы до посинения говорить об этой викторине по словам для цвета «синий», но мы думаем, что вам следует пройти тест и выяснить, хорошо ли вы разбираетесь в этих ярких терминах.

    Вопрос 1 из 8

    Какое из следующих слов описывает «голубой»?

    Также особенно британский, re · flex · ion.

    Происхождение отражения

    1350–1400; Среднеанглийский reflexiōn- (основа reflexiō) сгибание назад, эквивалент латинского reflex (us) (см. Рефлекс) + -iōn — ion

    ДРУГИЕ СЛОВА ОТ размышления

    .expandable-content {display: none;}. Css-12x6sdt .expandable.content-extended> .expandable-content {display: block;}]]>

    рефлекция · ал, прилагательное · словосочетание · меньше, прилагательное · тер · отражение, существительное · ре · Флексия, существительное

    o · вер · отражение, существительное · самоотражение, существительное · пер · отражение, существительное

    СМОТРЕТЬ БОЛЬШЕ РОДСТВЕННЫХ ФОРМ СМОТРЕТЬ МЕНЬШЕ СВЯЗАННЫХ ФОРМ

    

    Слова рядом с отражением

    отражение, отражение, коэффициент отражения, отраженный план, отражающий телескоп, отражение, коэффициент отражения, плотность отражения, отражательная туманность, плоскость отражения, отражающий

    Словарь.com Несокращенный На основе Несокращенного словаря Random House, © Random House, Inc., 2021

    Слова, относящиеся к размышлению

    рассмотрение, созерцание, идея, впечатление, медитация, наблюдение, мнение, размышление, вид, эхо, изображение, свет, изображение, поглощение, умственная деятельность, размышление, обдумывание, воображение, размышление, задумчивость

    Как использовать отражение в предложении

    .expandable-content {display: none;}. css-12x6sdt.expandable.content-extended> .expandable-content {display: block; }]]>
    • Ключевые показатели эффективности, которые вы назначаете своей стратегии продвижения, будут уникальным отражением ваших бизнес-целей, поэтому возможно, что ваш список в конечном итоге будет выглядеть немного иначе.

    • Я верю в постоянное размышление как в личном, так и в профессиональном плане.

    • Вы чувствуете, как знакомые мысли и импульсы пробуждаются в вас, и все же вы уже чувствуете влияние зеркального отражения на себя, отражения, которое вас привлекает и от которого вы одновременно отталкиваетесь.

    • Это дает вам фон, который контрастирует с космическим мусором, который отражает свет более ярко, поскольку они находятся ближе к Земле, поэтому вам больше не нужно ждать до сумерек или перед рассветом, чтобы получить измерения отражения солнечного света.

    • Этот шаг «является отражением нашей уверенности в будущем Индии и ее цифровой экономики», — говорится в сообщении компании в блоге.

    • Болезнь в ее разуме была отражением болезни ее жизни, болезни, созданной ее семьей и ее обществом.

    • Прежде чем мы перейдем ко всему этому, позвольте мне вкратце поразмышлять над этим вопросом Стива Скализа.

    • Несколько небольших заметок, рожденных размышлениями: Традиционно в лучших колонках доминирует политика — ее самая популярная тема.

    • Как и Великий пост, сезон Адвента был периодом размышлений и поста, и такие продукты, как молочные продукты и сахар, были запрещены.

    • Внутри меня рос страх, что мой несовершенный ушибленный опыт учебы в колледже был отражением моей собственной поврежденной личности.

    • Прибыв в депо, я выписал своего носильщика, сел и стал ждать, пока откроется место, с достаточным досугом для размышлений.

    • Вы говорите почти без отражений, как мы могли бы ожидать от одного из тех детей, играющих в песке.

    • Но он не мог вынести отражения и с лихорадочным нетерпением поспешил по утренним делам.

    • Здесь он может осмотреть то, что видит, например, отражение лица своей матери или няни, и сразу сравнить его с оригиналом.

    • Вы знаете басню о собаке, которая уронила мясо в воду, пытаясь щелкнуть ее отражение?

    СМОТРЕТЬ БОЛЬШЕ ПРИМЕРОВ СМОТРЕТЬ МЕНЬШЕ ПРИМЕРОВ

    

    популярных статейli {-webkit-flex-base: 49%; — ms-flex-предпочтительный размер: 49%; flex-base: 49%;} @media только экран и (max-width: 769px) {.css-2jtp0r> li {-webkit-flex-base: 49%; — ms-flex-предпочтительный-размер: 49%; flex-base: 49%;}} @ media only screen and (max-width: 480px) { .css-2jtp0r> li {-webkit-flex-базис: 100%; — ms-flex-предпочтительный-размер: 100%; гибкий-базис: 100%;}}]]>

    Британский словарь определений для отражения


    существительное

    акт отражения или состояние отражения

    что-то отраженное или созданное таким образом изображение, как в зеркале

    внимательное или долгое рассмотрение или размышление

    неявное или явное приписывание дискредитации или обвинения

    математическое преобразование в котором направление одной оси меняется на противоположное или который меняет знак одной из переменных

    анатомия отклонение конструкции или части на себя

    Производные формы отражения

    отражение или рефлексия, прилагательное

    Collins English Dictionary — Полное и несокращенное цифровое издание 2012 г. © William Collins Sons & Co.Ltd. 1979, 1986 © HarperCollins Издательство 1998, 2000, 2003, 2005, 2006, 2007, 2009, 2012

    Медицинские определения для отражения


    н.

    Акт отражения или состояние отражения.

    Что-нибудь, например свет, лучистое тепло, звук или изображение, которое отражается.

    Отгиб мембраны от стенки полости над органом и обратно к стене.

    Складки так сделаны.

    Умственная концентрация; тщательное рассмотрение.

    Мысль или мнение, возникшее в результате такого рассмотрения.

    Другие слова из отражения

    re • flec′tion • al прил.

    Медицинский словарь American Heritage® Stedman’s Авторские права © 2002, 2001, 1995 компании Houghton Mifflin. Опубликовано компанией Houghton Mifflin.

    Научные определения отражения


    Изменение направления волны, такой как световая или звуковая волна, от границы, с которой сталкивается волна. Отраженные волны остаются в своей исходной среде, а не входят в среду, с которой сталкиваются.♦ Согласно закону отражения, угол отражения отраженной волны равен углу ее падения. Сравните рефракцию. Смотрите больше на волне.

    Отражение чего-либо, например звука, света или тепла.

    Научный словарь американского наследия® Авторские права © 2011. Издано издательством Houghton Mifflin Harcourt Publishing Company. Все права защищены.

    Культурные определения отражения


    Отражение света от поверхности. Люди видят себя в зеркалах через отражение.(Сравните преломление.)

    Новый словарь культурной грамотности, третье издание Авторские права © 2005 издательской компании Houghton Mifflin Harcourt. Опубликовано Houghton Mifflin Harcourt Publishing Company. Все права защищены.

    Прочие — это Readingli {-webkit-flex-base: 100%; — ms-flex-предпочтительный размер: 100%; flex-base: 100%;} @ media only screen и (max-width: 769px) {. Css -1uttx60> li {-webkit-flex-базис: 100%; — ms-flex-предпочтительный-размер: 100%; гибкий-базис: 100%;}} @ экран только мультимедиа и (max-width: 480px) {.css-1uttx60> li {-webkit-flex-базис: 100%; — ms-flex-предпочтительный-размер: 100%; гибкий-базис: 100%;}}]]>

    Отражение — навыки эффективного общения

    Какими бы хорошими, по вашему мнению, ни были ваши навыки аудирования, единственный человек, который может сказать вам, правильно вы поняли или нет, — это говорящий. Следовательно, в качестве расширения хороших навыков слушания вам необходимо развить способность отражать слова и чувства и пояснять, что вы их правильно поняли.

    Часто важно, чтобы вы и докладчик пришли к согласию в том, что то, что вы понимаете, является истинным отображением того, что должно было быть сказано.

    Помимо понимания и отражения словесных сообщений говорящего, важно попытаться понять эмоции — на этой странице объясняется, как эффективно использовать отражение, чтобы помочь вам лучше понять не только то, что говорится, но и содержание, чувства и смысл сообщений.


    Что отражает?

    Рефлексия — это процесс перефразирования и повторения как чувств, так и слов говорящего. Цели отражения:

    • Чтобы позволить говорящему «слышать» свои мысли и сосредоточиться на том, что они говорят и чувствуют.
    • Чтобы показать говорящему, что вы пытаетесь воспринимать мир так, как он его видит, и что вы делаете все возможное, чтобы понять его послания.
    • Чтобы побудить их продолжить разговор.

    Размышления не подразумевают, что вы задаете вопросы, вводите новую тему или ведете беседу в другом направлении. Ораторам помогает размышление, поскольку это не только позволяет им почувствовать себя понятыми, но также дает им возможность сфокусировать свои мысли.Это, в свою очередь, помогает им направить свои мысли и побуждает их продолжать говорить.


    Два основных метода отражения:

    Зеркальное отображение

    Зеркальное отражение — это простая форма отражения, которая включает в себя почти точное повторение того, что говорит говорящий.

    Зеркальное отображение должно быть коротким и простым. Обычно достаточно просто повторить ключевые слова или несколько последних сказанных слов. Это показывает, что вы пытаетесь понять круг ведения выступающего, и побуждает его продолжить.Помните, что нельзя перезеркаливать, так как это может раздражать и отвлекать от сообщения.

    Перефразирование

    Перефразирование предполагает использование других слов, чтобы отразить то, что сказал говорящий. Перефразирование показывает не только то, что вы слушаете, но и пытаетесь понять, что говорит говорящий.

    Часто люди «слышат то, что ожидают услышать» из-за предположений, стереотипов или предрассудков. При перефразировании крайне важно не предлагать свои собственные идеи и не подвергать сомнению мысли, чувства или действия говорящего.Ваши ответы должны быть недирективными и непредвзятыми.

    Очень трудно устоять перед соблазном задать вопросы, и когда этот метод используется впервые, отражение может показаться очень неестественным и неестественным. Вам нужно практиковать этот навык, чтобы чувствовать себя комфортно.


    Отражение содержания, чувства и смысла

    Самая непосредственная часть сообщения говорящего — это содержание, другими словами, те аспекты, которые имеют отношение к информации, действиям, событиям и опыту, как они выражаются вербализацией.

    Отражение содержания помогает сосредоточить внимание на ситуации, но, в то же время, также важно отразить чувства и эмоции , выраженные для более полного понимания сообщения.

    Это помогает говорящему признать и принять свои собственные чувства, поскольку довольно часто говорящий может говорить о них, как будто они принадлежат кому-то другому, например, используя «вы чувствуете себя виноватым», а не «я чувствую себя виноватым».

    Опытный слушатель сможет отразить чувства говорящего с помощью телесных сигналов (невербальных), а также словесных сообщений.Иногда неуместно задавать такие прямые вопросы, как «Как вы себя чувствуете?» Сильные эмоции, такие как любовь и ненависть, легко идентифицировать, тогда как такие чувства, как привязанность, вина и замешательство, гораздо более тонкие. Слушатель должен уметь распознавать такие чувства как по словам, так и по невербальным сигналам, например, по языку тела, тону голоса и т. Д.

    Помимо того, какие эмоции испытывает говорящий, слушатель должен отражать степень интенсивности этих эмоций.Например:

    Интенсивность эмоции
    «Вы чувствуете чуть-чуть грустный / сердитый? »
    «Вы чувствуете довольно беспомощный / подавленный? »
    «Вы чувствуете очень подчеркнули? »
    «Вы чувствуете очень смущен? »

    При размышлении необходимо сочетать содержание и чувства, чтобы действительно отразить смысл того, что сказал говорящий.Например:

    Спикер:

    «Я просто не понимаю своего босса. В одну минуту он говорит одно, а в следующую минуту говорит обратное ».

    Слушатель:

    «Он вас очень смущает?»

    Отражение смысла позволяет слушателю отразить переживания говорящего и эмоциональную реакцию на эти переживания. Он связывает компоненты содержания и ощущения того, что сказал говорящий.

    Вас также могут заинтересовать наши страницы: Что такое эмпатия? и Понимание других .

    Руководство по отражению


    • Будьте естественны.
    • Слушайте основное сообщение — учитывайте содержание, чувства и смысл, выраженные говорящим.
    • Перефразируйте сказанное простым языком.
    • При повторении ищите невербальные, а также вербальные сигналы, которые подтверждают или опровергают точность вашего перефразирования.(Обратите внимание, что некоторые ораторы могут притвориться, что вы все поняли правильно, потому что чувствуют себя неспособными заявить о себе и не согласны с вами.)
    • Не спрашивайте оратора без надобности.
    • Не добавляйте смысла говорящему.
    • Не принимайте тему докладчика в новом направлении.
    • Всегда быть недирективным и непредвзятым.

    Дополнительная литература по навыкам, которые вам нужны


    Наши электронные книги о навыках общения

    Узнайте больше о ключевых коммуникативных навыках, необходимых для эффективного общения.

    Наши электронные книги идеально подходят для тех, кто хочет узнать или развить свои коммуникативные навыки, и они полны простой и понятной практической информации и упражнений.


    Какой смысл в рефлексии?

    Благодаря онлайн-модулю я так много узнал об отражении. В школе я никогда не умел писать с помощью рефлексивного письма. На самом деле я всего лишь описал событие и рассказал о своих мыслях и чувствах в то время. Теперь я понимаю, что размышлениям нужно гораздо больше, и если бы я знал это в то время, моя работа значительно улучшилась бы.

    Рефлексия — это действие в обучении. Это действие, которое дает нам доказательство того, что мы отошли от события, смогли критически относиться к себе и своей работе и даже смотреть на вещи с чужой точки зрения. Рефлексия — это нечто большее, чем просто описание ваших мыслей и чувств.

    Зачем размышлять?

    Я обнаружил, проводя онлайн-курс, что есть много причин, по которым полезно размышлять. Отражение дает нам возможность получить гораздо больше знаний о нашей работе и углубить наше понимание.Мы можем подумать о том, как мы учимся. Если мы поразмыслим и оценим нашу работу, мы сможем составить план действий на следующий раз: как мы будем справляться с этим, если это повторится снова? Что бы я сделал лучше в следующий раз?

    Для меня отражение означает оглядываться назад. До сих пор в моем курсе я делал заметки во время лекций, а затем размышлял над ними ночью: смотрел на свои записи. Если я чего-то не понимаю, я просто исследую это, чтобы убедиться, что я знаю, что это значит, для использования в будущем. Размышление позволяет нам разрешить неопределенность.Это позволяет нам расширить возможности как отдельных людей. Когда вы о чем-то размышляете, я думаю, у вас появляется чувство цели. Вы чувствуете, что то, что вы сделали, стоит того, потому что вы извлекли из этого больше, чем простые знания.

    Умение критически относиться к себе имеет решающее значение в жизни. Если у вас есть этот навык, вы будете постоянно учиться и расти. Вы можете оценить то, что вы сделали, и знаете, как улучшить. Рефлексия помогает развить этот важный жизненный навык, поэтому так важно постоянно размышлять о своей работе.

    «Недостаточно просто иметь опыт, чтобы учиться. Если не задумываться об этом опыте, его можно быстро забыть или потерять потенциал к обучению. Именно из чувств и мыслей, возникающих в результате этого размышления, можно генерировать обобщения или концепции. И именно обобщения позволяют эффективно решать новые ситуации »(Гиббс 1988)

    В книге «Обучение на практике» Гиббс (1988) очерчивает этапы «структурированного анализа», которые основаны на цикле экспериментального обучения Колба (1984) и побуждают к более глубокому размышлению.Сюда входят:

    Описание Что стимулирует рефлексию? (инцидент, событие, теоретическая идея) О чем вы собираетесь размышлять?
    Чувства Каковы были ваши реакции и чувства?
    Оценка Что было хорошего и плохого в этом опыте? Делайте оценочные суждения.
    Анализ Какой смысл вы можете понять? Приносите идеи извне, чтобы помочь вам.Что на самом деле происходило?
    Заключение (общее) Какой в ​​общем смысле можно сделать вывод из этого опыта и проведенного вами анализа?
    Заключение (конкретное) Какой можно сделать вывод о вашей конкретной, уникальной, личной ситуации или способах работы?
    Персональные планы действий Что вы собираетесь делать по-другому в такой ситуации в следующий раз? Какие шаги вы собираетесь предпринять на основе того, что вы узнали?

    Приведенное выше свидетельство показывает нам, как успешно и полно размышлять о чем-либо.Если мы пройдем каждый этап, описанный выше, и ответим на него в соответствии с нашей работой или опытом, мы сможем получить максимум от размышлений. Из онлайн-блока об размышлении эта информация была для меня самым полезным ресурсом. Я чувствую, что эта модель очень хорошо объясняет размышления и показывает мне, как именно оценивать все, что я сделал. Я считаю, что он очень тщательный, и любой, кто будет следовать этому, должен получить действительно положительный результат.

    Исходя из личного опыта, я уже чувствую, что подвергаю сомнению все, что делаю.Я чаще оцениваю себя и свою работу, и мне кажется, что это действительно помогает мне понять, почему я делаю то, что делаю. Рефлексия действительно важна, и я считаю, что очень важно, чтобы все это делали. Это помогает нам идти по жизни с пониманием всего.

    Reflection — это определенно то, что я хочу включить в классную комнату в будущем. Я считаю, что маленьким детям очень важно смотреть на то, что они сделали. Если они увидят то, что сделали хорошо, это значительно повысит их уверенность.Точно так же, если они увидят то, в чем они не так хорошо преуспели, они поймут, что им нужно сделать, чтобы стать лучше. Регулярное время, отведенное для размышлений, было бы действительно полезно в классе. Это не только позволяет учителю отслеживать, как идут дела у учеников, но и позволяет детям видеть, как они прогрессируют сами. Если они начнут это в младшем школьном возрасте, они гарантированно смогут продолжить жизнь, используя конструктивную критику — навык, который им определенно понадобится!

    Цель размышления // Purdue College of Liberal Arts

    Почему рефлексия важна в классе письма?

    Рефлексия — процесс, в ходе которого учащиеся описывают свое обучение, как оно изменилось и как это может быть связано с будущим опытом обучения («Обучение и лидерство с умственными привычками», 2008 г.) — навык, который часто недооценивается в переполненных классах. с содержанием.Тем не менее, размышление является важной практикой для студентов, позволяющей осмыслить полученный опыт и развиваться на его основе, и это практика, поддерживаемая стипендией (см. Список стипендий ниже). Исследование, проведенное в Гарварде в 2014 году, также подтвердило, что размышления о своей работе улучшают ее производительность. Хотя рефлексия часто применяется в гуманитарных и социальных науках, рефлексия является важной практикой в ​​академических дисциплинах, включая сестринское дело, бизнес, естественные науки и т. Д. (См. Информационный центр WAC для получения списка статей о дисциплинарных размышлениях).В результате, рефлексивное письмо — один из отличных способов для студентов поразмышлять о своем опыте обучения в классе по английскому языку 106/108. Таким образом, учащиеся должны постоянно практиковаться в рефлексивном письме, чтобы они стали «производителями», а не «потребителями» знаний (Коста и Каллик, 2008).

    Что касается письменных работ, то размышление было признано важным навыком для способности учащихся передавать навыки письма. Перенос письма, по мнению сорока пяти исследователей письма из исследовательского семинара Илона, определяется как «феномен, в котором новые и незнакомые письменные задания решаются посредством применения, повторного смешивания или интеграции предыдущих знаний, навыков, стратегий и предрасположенностей.Фактически, две стимулирующие практики в рамках исследовательского семинара Илона сосредоточены конкретно на метапознании, то есть мышлении о мышлении. Кроме того, в Программе для достижения успеха в письме после окончания средней школы — сотрудничестве между Советом администраторов программ письма, Национальным советом преподавателей английского языка и Национальным проектом письма — дополнительно поддерживается использование рефлексии, поскольку это одна из восьми привычек мышления. необходим для успеваемости студентов.

    Отражение — это широкий термин, который включает в себя множество различных приложений . Преподаватели могут назначать множество различных рефлексивных заданий, как управляемых, так и неуправляемых (например, обсуждение в классе, журналы, интервью, вопросы и т. Д.). Тем не менее, цель размышления, согласно Янси (1998) в Reflection in the Writing Classroom , заключается в следующем:

    В методе рефлексия диалектична, заставляя множество точек зрения взаимодействовать друг с другом, чтобы получить понимание. Процедурно, размышление влечет за собой , ожидающий вперед для целей, которых мы могли бы достичь, а также , отбрасывающий назад, чтобы увидеть, где мы были.Когда мы размышляем, мы, таким образом, проектируем и обзор, часто помещаем прогнозы и обзоры в диалог друг с другом, работая диалектически, чтобы открыть то, что мы знаем, что мы узнали и что мы можем понять. (стр. 6)

    Кроме того, существует две цели рефлексии, согласно Райану (2013) «Закон о педагогическом балансе: рефлексия преподавания в высшем образовании»:

    1. Рефлексия позволяет учащимся осмыслить материал / опыт по отношению к себе, другим и условиям, которые сформировали материал / опыт;
    2. Переосмыслить материал / опыт ради личной или общественной выгоды в будущем (стр.147).

    Периодические размышления побуждают учащихся критически относиться к своей письменной практике, осмысливать и переосмысливать свой опыт для получения пользы в будущем (дальнейшее обсуждение см. В Dyment et. Al, 2010).

    Преимущества отражения:

    Отражение деятельности:

    Учебные ресурсы:

    Стипендия:
    • John Zubizarreta (2008) Обучающее портфолио: мощная идея для значительного обучения: в этой статье обсуждается написание портфолио или обучающих портфелей, как они называются в статье, и почему размышления имеют решающее значение для его успеха.Кроме того, статья утверждает, что размышления должны быть совместными, последовательными и управляемыми.
    • Кэтлин Блейк Янси (1998) «Отражение в письменном классе»: основная статья о размышлении и его использовании в письменном классе. Эта работа содержит несколько глав, посвященных размышлениям в различных областях, в том числе в классе, оценивании и чтении.
    • Кэтлин Блейк Янси (2016) Риторика размышлений: отредактированный сборник различных ученых-писателей и того, как отражение влияет на их практику.
    • Мэри Райан (2011) Улучшение рефлексивного письма в высшем образовании: социальная семиотическая перспектива: в этой статье обсуждаются различные теории рефлексии и используется системная функциональная лингвистика для построения социальной семиотической модели рефлексивного письма.
    • Vankooten (2016) Выявление компонентов мета-осведомленности о композиции: к теории и методологии написания исследований: работает над теорией мета-осведомленности в композиции и обсуждает четыре наблюдаемые области мета-познания: 1) процесс, 2) методы, 3) риторика и 4) интерсравнительность.
    • Дженсон (2011) Содействие саморегулированию и критическому размышлению посредством написания Использование студентами электронного портфолио: в этом эмпирическом исследовании обсуждается рефлексия и то, как ее последовательное использование иллюстрирует более глубокий способ мышления студентов.
    • Зохар и Дори (2012) Метапознание в естественнонаучном образовании: обсуждает исследования в области метапознания и его использование в естественнонаучном образовании.
    • Israel, Block, Bauserman, & Kinnucan-Welsch (2006) Метапознание в обучении грамоте: этот источник объединяет исследования в области образования, психологии, лингвистики и чтения, чтобы проиллюстрировать необходимость рефлексии в рамках обучения грамоте.

    * Примечание. Это не исчерпывающий список стипендий для размышлений, и простой поиск по базе данных даст больше результатов.

    Самоотражение 101: Что такое саморефлексия? Почему отражение импортировано

    Как известно, Сократ сказал: «Неисследованная жизнь не стоит того, чтобы жить».

    И хотя это изречение, безусловно, верно, практиковать саморефлексию не обязательно. Мы живем в невероятно быстро меняющемся мире. Наши мобильные телефоны постоянно гудят, социальные сети бесконечно звонят, а у Netflix всегда есть чем заняться.

    Тратить время на размышления — это немного потерянное искусство. К сожалению, большинство из нас живет неизученной жизнью.

    Такого быть не должно. Мало что может быть более ценным, чем саморефлексия.

    Но что такое саморефлексия? И какие простые способы практиковать это?

    В этой статье мы разберемся, что, почему и как нужно для саморефлексии.

    Готовы? Приступим …


    Состав:


    Создайте свою собственную практику ведения журнала с помощью нашего бесплатного инструмента ведения журнала: Reflection.приложение.


    Что такое саморефлексия? Определение самоотражения

    Проще говоря, саморефлексия (также известная как «личное размышление») — это найти время, чтобы подумать, медитировать, оценить и серьезно обдумать свое поведение, мысли, отношения, мотивацию и желания. Это процесс глубокого погружения в свои мысли, эмоции и мотивации и определение главного: «Почему?» позади них.

    Личное размышление позволяет анализировать свою жизнь как на макро, так и на микро уровне.На макроуровне вы можете оценить общую траекторию своей жизни. Вы можете увидеть, куда вы движетесь, определить, нравится ли вам направление, и при необходимости внести коррективы.

    На микроуровне вы можете оценить свою реакцию на конкретные обстоятельства и события. Гейл Браунинг, доктор философии, говорит о личных размышлениях так:

    «Рефлексия — это более глубокая форма обучения, которая позволяет нам сохранять каждый аспект любого опыта, будь то личный или профессиональный — почему что-то произошло, какое влияние было, должно ли это повториться снова — в отличие от простого вспоминания того, что это произошло. произошло.Речь идет о том, чтобы задействовать каждый аспект опыта, прояснить наше мышление и отточить то, что действительно важно для нас «.

    Практика саморефлексии требует дисциплины и целенаправленности. Для этого нужно сделать паузу в хаосе жизни и просто найти время, чтобы подумать и поразмыслить о своей жизни, что для многих нелегко. Но это невероятно ценная практика.

    Это короткое видео прекрасно передает важность саморефлексии и самоанализа:

    Важность саморефлексии

    Без саморефлексии мы просто идем по жизни, не задумываясь, переходя от одного дела к другому, не уделяя времени оценке, действительно ли все идет хорошо.Мы не останавливаемся, чтобы подумать. Анализировать. Чтобы определить, что идет хорошо, а что не работает. К сожалению, мы часто застреваем.

    Например, недостаток личных размышлений может привести к тому, что мы останемся на работе, которая нам не нравится, или в отношениях, которые не налаживаются.

    Отсутствие рефлексии заставляет нас просто продолжать бежать, пытаясь не отставать от вещей, даже если дела идут не очень хорошо. Нам кажется, что мы просто пытаемся держать голову над водой. В конечном итоге мы делаем одно и то же снова и снова, даже если это не приносит тех результатов, на которые мы надеялись.

    Преимущества саморефлексии

    Да, бывает сложно найти время для самоанализа. Может быть сложно найти необходимое время, чтобы сделать шаг назад и подумать о том, что действительно важно. Тем не менее, саморефлексия дает множество замечательных преимуществ, и мы все должны уделять ей время.

    Это позволяет получить перспективу

    Эмоции могут омрачить ваше суждение, и вы можете упустить из виду то, что действительно важно. Некоторые вещи кажутся больше и хуже, чем они есть на самом деле.

    Саморефлексия позволяет вам сделать шаг назад и понять, что важно, а что можно игнорировать. Это позволяет обрабатывать события и добиваться их ясности.

    Он помогает вам реагировать более эффективно

    В большинстве случаев мы просто реагируем на любые обстоятельства, которые встречаются на нашем пути. Это может привести к тому, что мы будем говорить и делать то, о чем сожалеем. Когда мы находимся в реактивном режиме, мы не уделяем достаточно времени размышлениям о своих действиях и словах.

    Личное размышление позволяет обдумать последствия своих слов и действий.Это также позволяет вам выбрать лучший, наиболее эффективный и полезный способ действовать в данной ситуации.

    Он способствует обучению и пониманию

    Когда мы идем по жизни, не останавливаясь на размышления и размышления, мы не учимся и не обретаем более глубокого понимания жизни. Мы просто переходим от одного дела к другому, никогда не останавливаясь, чтобы подумать, какие ценные уроки мы могли бы извлечь.

    Саморефлексия, с другой стороны, позволяет нам оценивать и обрабатывать то, что мы испытали.Это позволяет нам глубоко задуматься и обдумать значение наших обстоятельств, эмоций и мотиваций. Это позволяет нам вести целостный, интегрированный и здоровый образ жизни.

    Образец самооценки

    Так как именно вы выполняете саморефлексию? Как вы правильно и полезно размышляете о себе и своей жизни?

    Один из простых способов выполнить это упражнение на самоанализ — использовать дневник (онлайн-журнал или печатный журнал). Просто запишите эти вопросы и затем вдумчиво ответьте на них.Убедитесь, что вы не торопитесь. Сделайте паузу и подумайте. Глубоко подумайте о том, что действительно важно для вас.

    Во-первых, определите период времени, на который вы планируете оглядываться. Хотите оглянуться на прошлую неделю? Прошлый месяц? В прошлом году? Последние 5 лет?

    Затем начните с анализа того, что на самом деле произошло в этот период. Если вы уже ведете дневник, этот шаг будет для вас проще и, возможно, станет надежным напоминанием о ценности ведения дневника.

    Просмотрите свой планировщик, журнал и фотографии и перечислите основные и интересные моменты.

    Застрял? Вот несколько советов:

    • Вы куда-нибудь ездили в этом году?
    • Испытали какие-то личные или семейные вехи?
    • Что изменилось в ваших отношениях, работе или увлеченных проектах?

    Вернитесь к своему новому списку основных и слабых мест, попробуйте и посмотрите, есть ли какие-нибудь закономерности.

    Вовлекают ли вы в целом определенных людей в вашу жизнь? Или какие-то конкретные мероприятия?

    Может быть трудно вернуться к свету, но это также отличный способ обрести покой и рост.

    Для каждого тусклого света спросите себя: Мог ли я это контролировать?

    • Если да , спросите себя, что вы можете сделать по-другому в следующий раз.
    • Если нет , спросите себя, как вы можете смириться с этим.

    Запишите основные и важные моменты в своем дневнике, а затем подумайте. Чего вы хотите добиться в течение следующего месяца, года и пяти лет? Что вы хотите изменить в своей жизни? Что можно улучшить?

    Потратьте время на выполнение этого упражнения, чтобы внести ясность и перспективу в вашу жизнь.

    Управляемая самооценка

    Оглядываясь назад на выбранный вами период времени, оцените себя по шкале от -5 до +5 в каждой из следующих шести областей своей жизни.

    После выбора числа напишите, что заставило вас так себя чувствовать. Выражение эмоций и чувств, которые у вас есть, — отличный способ глубже и осмысленнее задуматься.

    • Mind — Чувствуете ли вы ясную голову, заинтересованность и интеллектуальные проблемы?
    • Тело — Вы чувствуете себя здоровым, сытым и сильным?
    • Soul — Вы чувствуете себя спокойно и связаны с окружающим миром?
    • Работа — Вы чувствуете интерес и удовлетворение своей работой?
    • Играть — Вы чувствуете радость? Вы занимаетесь делами, которые приносят вам радость?
    • Любовь — Вы положительно относитесь к отношениям в своей жизни?

    Не торопитесь с самооценкой.Найдите необходимое время, чтобы поразмышлять о каждой сфере своей жизни. Если вы торопитесь, вы упустите ценность саморефлексии.

    Когда вам следует практиковать саморефлексию?

    Иногда саморефлексия оказывается особенно полезной. Во-первых, может быть полезно делать это по несколько минут каждую неделю. Вам не нужно отвечать на все вопросы или тратить на это часы. Сосредоточьтесь на том, о чем вы думали на этой неделе.

    Также может быть полезно попрактиковаться в саморефлексии в виде личного обзора в конце месяца и личного обзора в конце года.

    Другими словами, в конце каждого месяца и года делайте углубленный личный обзор своей жизни. Оглянитесь на предыдущие дни и месяцы и проанализируйте свою жизнь. Эта практика предоставит вам полезную перспективу и гарантирует, что вы живете в полной мере.

    Не живи неизведанной жизнью

    Когда нам не удается осмыслить свою жизнь, мы теряем перспективу, увлекаемся вещами, которые не имеют значения, и часто теряем из виду самые важные.Прав был Сократ, когда сказал, что неизведанная жизнь не стоит того, чтобы жить.

    Не живи неизведанной жизнью. Практикуйте саморефлексию сегодня.


    Заинтересованы в развитии своей практики рефлексии? Мы создали Reflection.app, бесплатный онлайн-журнал, который помогает вам фиксировать самые яркие и яркие моменты по мере их появления и делится вашими записями с вами для управляемого размышления в конце каждого месяца и года.

    Мы также используем аналогичную структуру для нашего ежегодного журнала Guided Reflection Journal.

    Ищете вопросы для размышления, которые вы можете использовать в группе или взять с собой? Ознакомьтесь с нашей колодой карт отражения.



    Вы практик и хотите поддержать своих клиентов упражнениями на рефлексию? Попробуйте Quenza и рассылайте клиентам потрясающие цифровые мероприятия.

    размышлений в математике: определение и обзор — видео и стенограмма урока

    Отражения

    Отражение объекта — это «переворот» этого объекта по линии, называемой линией отражения .На следующем рисунке птицы отражаются в воде.

    Их изображение переворачивается над линией, образованной кромкой воды. Линии отражения не обязательно должны быть горизонтальными; они также могут быть вертикальными или наклонными в любом направлении.

    На следующем изображении показана вертикальная линия отражения:

    На следующем изображении показана фигура, отраженная дважды.Вы можете видеть, что красный прообраз отражается, давая зеленое изображение, а затем зеленое изображение отражается снова, давая второе красное изображение:

    Как рисовать отражения?

    Большинство отражений рисуются на координатной плоскости, что упрощает их создание. Чтобы нарисовать отражение, просто нарисуйте каждую точку прообраза на противоположной стороне линии отражения, убедившись, что они отведены на такое же расстояние от линии, что и прообраз.

    Вот пример:

    В этом примере прообраз представляет собой прямоугольник, а линия отражения представляет собой ось y . Чтобы нарисовать изображение, нанесите точки прямоугольника на противоположную сторону линии отражения.

    Точка (-5, 4) отражается в (5, 4)

    (-5, 2) отражается в (5, 2)

    (-2, 4) отражается в (2, 4)

    (- 2, 2) отражается на (2, 2)

    Затем соедините вершины, чтобы получить изображение.

    Вы можете отразить то же изображение по оси x , только на этот раз точки будут такими:

    (-5, 4) отражает в (-5, -4)

    (-5, 2 ) отражается в (-5, -2)

    (-2, 4) отражается в (-2, -4)

    (-2, 2) отражается в (-2, -2)

    И ваше изображение выглядит как это:

    В качестве другого примера отразите прямоугольник поперек линии y = x

    На этот раз вы отражаете диагональную линию, проходящую через начало координат, и ваши точки станут:

    (-5, 4) отражает в (5, -4)

    (-5, 2) отражает в (5, -2)

    (-2, 4) отражает в (2, -4)

    (-2, 2) отражается в (2, -2)

    Полученное изображение выглядит так:

    Рассмотрим еще один пример.На этот раз прообраз отражается поперек линии y = x /2 + 1

    Поскольку прообраз касается линии в точке (0, 1), изображение также будет касаться линии в этой точке, как если бы вы касались зеркала — ваше отражение также касается зеркала в этой точке.

    Итоги урока

    Давайте рассмотрим. В геометрии отражение представляет собой тип жесткого преобразования , в котором прообраз переворачивается поперек линии отражения для создания изображения.Каждая точка изображения находится на том же расстоянии от линии, что и прообраз, только на противоположной стороне линии.

    Жанры академического письма: Рефлексивное письмо

    Жанры академического письма: Рефлексивное письмо

    Цель рефлексивного письма — помочь вам учиться у особый практический опыт. Это поможет вам установить связи между чему вас учат в теории и что нужно делать на практике. Вы размышляете так что вы можете учиться.

    В рефлексивном письме вы пытаетесь записать некоторые мысли что вы прошли, выполняя конкретную практическую деятельность, например, написание эссе, преподавание в классе или продажа продукта. Через размышления, вы должны быть в состоянии понять, что вы сделали и почему, и возможно, в следующий раз поможет себе сделать это лучше.

    Вы можете размышлять по многим причинам разными способами, например, в дневнике или личный журнал. Но здесь нас интересует то, что вы пишете для оценка.Вас часто просят предоставить отчет о том, что вы сделали, а также отражение того, как вы это сделали и как вы используете то, чему вас учат в своей классы и любой практический опыт, который вы приобретаете для этого.

    Светоотражающее письмо дает вам шанс подумать о том, что вы делаете, более глубоко и извлечь уроки из своего опыт. У вас есть возможность узнать, как вас учат class поможет вам с реальными или академическими задачами. Написание своих мыслей вниз позволяет вам думать о них и устанавливать связи между о чем вы думаете, чему вас учат и что вы делаете.Ваш письменное отражение также будет служить источником справки и доказательств в будущее.

    Недостаточно просто иметь опыт, чтобы учить. Если не задумываться об этом опыте, это может быть быстро забыт, или его обучающий потенциал утрачен. Это от чувств и мысли, возникающие из этого размышления, что обобщения или концепции могут быть сгенерирован. И именно обобщения позволяют создавать новые ситуации. справились эффективно.(Гиббс, 1988, стр. 9)

    Возможно, вы захотите или вас попросят размышлять о:

    • как выбрать тему диссертации,
    • как подойти к вашей диссертации,
    • что означает название вашего эссе,
    • , как вы собираетесь подойти к эссе,
    • насколько хорошо вы написали работу,
    • как вы готовились к лекции,
    • как вы слушали лекцию
    • как вы выполнили задание по чтению,
    • , как вы прошли недавний экзамен,
    • как вы участвовали в групповой работе,
    • как отреагировали другие,
    • как вы поступили на практике,
    • какой опыт вы приобрели, работая неполный рабочий день или работая волонтером? ты сделал,
    • как вы решили ту или иную проблему,
    • как можно улучшить учебу,

    В вашем отражение, вы могли бы написать о:

    • что вы сделали и почему вы это сделали,
    • что в нем хорошего и плохого,
    • , почему вы сочли это хорошим или плохим,
    • то, что вы нашли легким или трудным,
    • почему вам было легко или трудно,
    • что вам понравилось в том, чем вы занимались,
    • почему ты так себя чувствовал,
    • , как вы могли бы хотеть следить за этим,
    • что и почему сделали другие люди,
    • как вы относились к тому, что сделали другие,
    • как вы использовали то, чему вас учили в классе,
    • какая еще информация вам нужна,
    • что вы собираетесь делать по-другому в такой ситуации? в следующий раз,
    • какие шаги вы собираетесь предпринять, исходя из того, что у вас есть узнал,
    • , что вы собираетесь делать дальше.

    Рефлексивное письмо часто включает план действий, в котором вы следует написать о:

    • что вы собираетесь делать по-другому в такой ситуации в следующий раз
    • какие шаги вы собираетесь предпринять, исходя из того, что у вас есть научился .

    Опыт Колба (1984) цикл обучения пригодится здесь:

    В данном случае конкретный опыт это деятельность — то, что вы сделали. Reflective Observation думает о том, как вы сделали это, как вы себя чувствовали и как вы могли сделать это по-другому.Абстрактный Концептуализация — это размышление о том, чему вас учили в классе, что вы прочитал о том, как сделать этот этап и почему. Активное экспериментирование размышляя о том, что вы узнали из своего размышления и концептуализации, и планируете, как вы можете сделать это по-другому в следующий раз.

    Допустим, вы размышляете о том, что у вас есть сделано в классе.

    Вы, вероятно, начнете с описания того, что вы сделали. Вы могли бы тогда хочу написать о том, как вы выполняли задание, какие методы вы использовали.Ты можешь затем хочу оценить вашу работу. Насколько хорошо ты справился? Чтобы сделать в этом вам нужно учитывать то, чему вас учили. Вы можете захотеть опишите, что говорят эксперты. Затем вы можете рассмотреть свои реакции. Как ты / ты чувствуешь? Вы можете закончить, подумав, как вы будете это делать в следующий раз.

    В рефлексивном письме обычно используется первое лицо — «Я». — когда необходимо.

    Основываясь на работе Колба, Гиббс (1988, стр. 47) предлагает следующие этапы, чтобы побудить к более глубокому размышлению:

    Описание:

    Что случилось? Что ты собираешься отразиться на? Пока не судите и не пытайтесь делать выводы.

    Чувства:

    Какова была ваша реакция и чувства?

    Оценка:

    Что было хорошего или плохого в опыт? Делайте оценочные суждения.

    Анализ:

    Какой смысл вы понимаете ситуация? Приносите идеи извне, чтобы помочь вам.Что было действительно происходит?

    Выводы (общие):

    Что можно сделать в в общем смысле, исходя из этого опыта и проведенных вами анализов?

    Выводы (конкретные):

    На что можно сделать вывод ваша собственная, уникальная, личная ситуация или способы работы?

    Персональные планы действий:

    Что ты собираешься делать иначе в такой ситуации в следующий раз? Какие шаги вы собираетесь делать взять на основе того, что вы узнали?

    на основе этого шаблона возможная структура отражающего отчета:

    Предварительные условия

    Описание

    Введение

    Опишите вашу ситуацию

    Личный отчет

    Сообщите, что вы сделали и / или что случилось.

    Чувства

    Личный отчет

    Сообщите, как вы себя чувствовали.
    Что вам понравилось или не понравилось?

    Оценка

    Отражение на действие

    Сообщите, что было хорошо / плохо, легко / сложно, приятно / неприятно и т. д.

    Сравнить и сравните свой опыт

    Объясните, почему

    Анализ

    Отражение на обучение

    Сообщите, что есть тебя учили

    Опишите, что вы знать

    Подключения

    Оцените свой практика, опираясь на свои знания и опыт

    Выводы

    Определить пробелы

    Опишите пробелы в вашем знания

    Объясните, как можно заполнить их

    Обобщение на будущее

    Действие

    План действий

    Составить план действий на будущее (обучение + практика)

    Обоснуйте свой план действий

    Конечное вещество

    См .

  • Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *