Как понять я хочу тебя: Почему словосочетанию «хочу тебя»приписали такое пошлое значение?Почему,если говоришь «хочу тебя»,это значит «хочу с тобой переспать»?Хочу тебя-это желание видеть рядом,дышать одним воздухом,смотреть в глаза и быть рядом. Просто быть рядом)) — Обсуждай

Содержание

Я хочу тебя — отзывы и рецензии — КиноПоиск

сортировать:
по рейтингу
по дате
по имени пользователя

показывать: 1025

1—10 из 19

Zarazalenka

Какие все-таки красивые итальянки!

Смотрела итальянскую экранизацию после испанской. После первой части были смешанные чувства. Все таки весьма большое впечатление произвёл на меня испанский вариант. Но после просмотра второй части я просто влюбилась в этот фильм. Если в первой части операторская работа была не на высоте, то во второй части этот недостаток был исправлен. Картинка получилась приятной. И музыка подобрана гармонично. Не могу профессионально оценить игру актёров, но мне их игра показалась искренней. Во второй части порадовали все актёры, но особенно девушка, исполняющая роль Джин. Она восхитительна и так красива, что глаз от неё не оторвать. И эта красота природная, на неё хочется смотреть. Если честно все героини похожи друг на друга внешне (в первой части я постоянно путала Баби с её подругой поначалу), но они так красивы, что получаешь эстетическое удовольствие, глядя на них. Главный герой тоже весьма обаятелен. Во второй части он более эмоционален.

Может и нельзя назвать шедевром этот фильм, но его нужно посмотреть, чтобы просто глаз порадовать, а также насладиться итальянский языком, он, оказывается, так прекрасен! В отличие от испанской версии, где много страсти, эмоций, действий (Марио Касас, по моему мнению, слегка там переигрывает, особенно в тех местах, где надо показать ярость) этот фильм более нежный.

И более правдоподобный. А какой взгляд у главного героя! Эти серые глаза! Впервые для меня сюжет, игра актёров в фильме ушли на второй план. Я просто получала наслаждение от созерцания самих актёров! В общем, советую фильм к просмотру, и не важно, читали ли вы книгу или смотрели испанскую версию. Это совершенно отдельный, достойный внимания продукт.

прямая ссылка

30 января 2021 | 18:27

«Я хочу тебя» — продолжение фильма «Три метра над небом» и экранизация второй книги дилогии Федерико Моччиа.

Вторая часть получилась более взрослой. Больше нет наивности, веры в «большую бесконечную любовь» и инфантильности. Герои выросли, стали более рациональными, хотя, каждый из них продолжает борьбу, начатую еще в первом фильме. Баби мечется из крайности в крайность и не может понять чего же она хочет. Полина пытается пережить смерть возлюбленного, а Степ — найти свое место в мире и разобраться с призраками прошлого. Фильм наглядно демонстрирует, что, не смотря ни на что — жизнь продолжается.

Новым героем в этой истории стала Джин — бойкая, эксцентричная, озорная девушка, которая привлекает Степа и вносит в его жизнь нечто новое. Они отлично гармонируют друг с другом, и у них гораздо больше общего, чем с Баби, что хорошо видно по мере повествования. Хотя Степ все еще мечется между двумя девушками, не отпустив в полной мере прошлое и не давая шанс будущему.

Фильм получился более ровным, опять же более подробным и проработанным, нежели та же испанская версия, и практически дословно следует второй книге. Гораздо больше порадовал визуальный ряд, нежели в первом фильме. Картинка более сочная, антураж лучше проработан. Да и в целом постановка кадра мне понравилась.

В плане саундтрека, к сожалению, все также — нет ни одной композиции, которая осталась бы в памяти. Музыка была настолько невнятной, что совершенно не запоминалась, испанский ремейк и в этот раз переплюнул оригинальную версию своим ярким саундтреком.

Актеры меня порадовали. Риккардо Скамарчо все также блекнет на фоне Марио Касаса, но в этом фильме смотрелся гораздо живее. Лаура Кьятти — молодечек, вытянула свою роль и буквально выбила из зрителя сопереживание. Она стала одним из украшений этого фильма. Кэти Луиз Саундерс рядом с ней вообще «ни рыба, ни мясо». Очень порадовала меня Мария Кьяра Аудженти, она знатно прогрессировала в актерской игре со времен первого фильма. Я сочувствовала ее героине, она смогла всецело показать и раскрыть Полину гораздо больше, нежели в «Трех метрах».

Также запомнился Филиппо Нигро, хотя роль у него была второстепенная, но этот мужчина настолько харизматичный, обаятельный и притягательный, что, даже особо не появляясь в кадре, умудрился отпечататься в памяти. Я просто сидела и думала: «Господи, дайте мне этого мужчину! Какой к черту Степ?!». Моя клавиатура потонула в слюнях. Опять же порадовала Джулия Гориетти своей яркой игрой, она тоже, будучи на втором плане, смогла запомниться не меньше основного каста. Ну и напоследок выделю Клаудио Бигальи и Ивана Бакки.

В целом, фильм получился лучше «Трех метров над небом». Он более ровный в подаче материала, более взрослый, более понятный и вызывает больший эмоциональный отклик. Хотя в целом, опять же уступает своей испанской версии, которая хуже по постановке сюжета, но в совокупности остальных факторов — выигрывает.

6 из 10

прямая ссылка

28 октября 2018 | 05:23

Tristo

Старая мелодия на один мотив

Есть картины, которые оставляют свой след в памяти и таких большинство, абсолютно неважно положительный или же негативный этот след будет, но это значит, что фильм даст пищу для ума. Но к ним не относится итальянская картина ‘Я тебя хочу’, сиквел ленты ‘Три метра над небом’

, снятая в духе надрывных молодёжных любовных романов.

Перед просмотром ждёшь показа той самой любви, молодёжной, юношеской любви, когда отдаёшься этому чувству без остатка, а отдачи ждёшь целиком и полностью и прямо тут и сейчас. Но уже при первом же появлении главного героя в исполнении Риккардо Скамарчио можно говорить, что дух ленты куда-то улетучился, настолько был понурый, унылый взгляд бездушного человека, словно он уже прожил несколько десятков лет и так не обрёл себя и живёт нынче в сплошном разочаровании. К нему относилось только одно прилагательное: ‘Безнадёжный’. Возможно, это было бы не так плохо, если бы затем его герой раскрылся и заиграл новыми красками, но этого не произошло, Риккардо Скамарчио так и был во всё фильме с одинаковым выражением лица, с тусклым взглядом исподлобья, чем только раздражал.

Порадовать глаз могли только Лаура Кьятти

и Кэти Луис Саундерс. У первой роль вышла чуть живее, чем у остальных, было заметно, что ей интересно играть драматическую роль влюблённой и строить в кадре эту самую любовь. Правда, было это до поры, до времени, пока фильм не сошёлся на одной грани — душевных сопереживаний, которых так едко пытались вырвать из души зрителя, что стало надоедать смотреть эти прямо направленные потуги. Кэти Луис Саундерс понравилась в первом фильме, а во втором, когда ей отдали больше персонаж-воспоминание, она произвела лишь лёгкое впечатление из далёкого детства.

Фильму бы можно было добавить прекрасных итальянских пейзажей, привнести трогательной музыки, но их смыли, позабыли и отодвинули на задний план, попытавшись затмить диалогами, которые вышли, мягко выражаясь, заезженными и тысячу раз слышимыми, отчего любой акцент в них, любая эмоция, любая попытка выразить что-то большее вгрызлись в стену архаичности. Оператор

Манфредо Арчинто плавно вёл камеру, позволяя нам как бы проникнуться атмосферой сцен, их чувственностью, а вышло так, что любая задержка, когда идёт диалог героев, вызывала отсутствие интереса. Таким образом, отсутствие в кадре продолжительных дискуссий принимались куда больше светлее, чем излишне драматизированное напряжение.

Честно говоря, вся эта история показалась и яйца выеденного не стоящая. Конечно же, идея есть, юношеский максимализм к ней может всей душой воспарить, но лишённая глубины история, поверхностно взятая, и с редкими проблесками эмоциональности в игре актёров. Не надо на неё смотреть как на нечто сокровенно чувственное, потому что это не так.

4 из 10

прямая ссылка

12 апреля 2014 | 17:59

Alex Croft

Три метра над небом: Я хочу тебя

Очень часто наблюдается одно действительное правило в мире кино.

Когда продолжение всегда оказывается слабее предшественника. Не смотря на правило ‘умножь все достоинства предшественника в два раза’. Вот так вот многим не понравился сиквел испанского ремейка данной картины. Забавно лишь то, что если продолжение в испанской версии оказалось слабее, то в данном случае, фильм режиссера Луиса Прието как раз таки наоборот, смотрится намного солидней предыдущей части.

Ведь если первый фильм был снят как то дешево и с любительским акцентом, то в данном случае, перед нами рядовой поп корн проект. Яркий, сочный, красивый визуально и выполненный на весьма приличный визуальный манер. Да и если первый фильм смотрелся в большей степени скомкано, то радует, что данный фильм режиссера Луиса Прието не страдает кривой динамикой. Скорее наоборот. Развивается экранное действие очень ровно. Возможно сам фильм и не демонстрирует обилие романтических моментов и постельные сцены оказались куда более целомудренными, смотрится фильм легко и довольно таки приятно.

Продолжение испанского ремейка не понравилось многим тем, что создатели выбросили очень много моментов, которые имели особую ценность. В связи с чем, очень многое оказалось недосказанным и не меньшее количество оказалось не раскрытым до конца. Данный фильм же выигрывает практически дотошным следованием оригинальной книге писателя Федерико Моччиа. Тем самым, снова поднимая тему того, что не всегда потеря может быть настолько великой, какой она кажется нам на первый взгляд.

Ведь мы не знаем, что нас ждёт за поворотов и за частую, приобретенное взамен оказывается куда более ценным. Создатели ленты не стали развивать любовный треугольник с внутренней дилеммой героя как в испанской версии. Собственно как и подошли к истории в рамках обычной и целенаправленной лав стори. Ведь испанский фильм выигрывал и тем, что развивал еще одну тему. Тему взросления. Когда ты осознаешь, что лучшие годы позади, их не вернуть, а наверстать крайне сложно. Тут этого нет. Отчасти это отталкивает, а отчасти нет. Как бы там ни было, сюжет радует своим ровным развитием и логическим счастливым финалов в этой истории любви.

Риккардо Скамарчио всё так же не подходит под образ того Стэпа, которого я представлял читая книгу, но радует то, что Риккардо на этот раз сыграл в разы лучше. На его лице если и не виден целый спектр различных эмоций, но прогресс очевиден и это не может не радовать. Лаура Кьятти никак не создаёт впечатление эксцентричной девушки-сорванца Джин. Но факт в том, что Лаура является пожалуй единственной актрисой в ленте, которая действительно сыграла очень хорошо и умудрилась запомнится в голове положительными эмоциями. Кэти Луиз Саундерс всё то же ‘ни рыба, ни мясо’, что и в предыдущей части.

Порадовало и то, что данный фильм приобрел более солидный музыкальный фон. Ведь если в предыдущей части явно было мало музыки, то тут её в избытке. Как в плане работы композитора Ивана Луско, так и в плане вполне добротного подбора Various Artists саундтреков.

4 из 10

Я хочу тебя — это редкий пример, когда продолжение оказывается лучше оригинала. Фильм более солидный, более красочный и более интересный. До испанского ремейка далеко, но скоротать время вполне можно.

прямая ссылка

17 сентября 2013 | 17:15

“Три метра над небом” я смотрела довольно давно. И мне фильм решительно не понравился. Штампы так и сочились из сюжета, из сценария, из операторской работы. Бесконечные штампы, собранные с разных мелодрам со всего мира – вот что такое “Три метра над небом”. И если вы говорите, что кино, экранизированное по романам Николаса Спаркса слащавое, то как назвать тогда данную киноленту? И если сравнивать ленты “Дорогой Джон”,”Дневник памяти”,”Спеши любить”,”Последняя песня”(несмотря на Майли Сайрус в главной роли) с этой историей, то это просто небо и земля. В первой части переборщили с драмой – невнятно и нелепо влилась в сюжетную линию смерть друга главного героя. Единственное, что фильм отличает от других подобных – его финал. Это когда Стеф расстался с Бабби и едет на мотоцикле с братом(!) Я это понять не могу. Фильм-то о любви был! При чем тут брат? Ну ладно это первая часть. Почему же я посмотрела вторую?

Все прекрасно знают, что появилась испанская версия “Трех метров над небом” и стала мегахитом. Это и так было мягко говоря не самое лучшее, что дала нам Италия, так тут еще и испанцы этот бред пересняли. И так вышло, что я посмотрела и это “произведение”. Весь фильм плевалась как над американским “Лолом”. Ну что за плагиат? Почти слово в слово сценарий списан и переведен на испанский. Что за наглость? Это еще ладно. Но актеры? Просто нет слов. Пустое и тупое выражение лица Марио Касаса,ставшего безумно популярным после этого фильма, просто бесило. У него не было никаких эмоций на лице! Что умер друг, что с девушкой расстался, — всё один pokerface. Такое чувство, что он любил не девушку, а свой мотоцикл, потому как очень понтовался в сценах с ним. Такого из себя крутыша строил, ага:)Девушка..ну что. Нормальная была девушка, хоть и носатая(извините за это, я просто сравниваю с итальянским прототипом). И после этого испанского недоразумения я реально захотела пересмотреть итальянскую версию! Почему же? Во-первых, мне очень понравились главные актеры, в особенности парень, игравший Стефа. В них было столько эмоций…В некоторых местах это даже спасало фильм, так как про сюжет я уже писала.

Обидно просто за создателей оригинала. Ведь я уверена им никто не заплатил за идею, название, сюжет. Кроме того, испанцы срубили на этом больше бабла.

Ради Стефа и одного отзыва, в котором кто-то написал, что фильм лучше чем первый, и даже реалистичней (чего я ждала в первой части),я посмотрела “Я хочу тебя”. Я выбирала даже, может посмотреть нашумевшую испанскую новинку или оригинал. Но, увидев “эпичный” трейлер, решила, что не выдержу еще раз бесталанного Марио Касаса на большом экране.

Первую половину фильма я просто лицезрела, не веря своим глазам. Она была хорошая! И в ней было мало штампов! И Стефа много… И даже более откровенные и страстные сцена секса порадовали, тем самым оправдав название фильма. Обнаженка была снята красиво. Что ж вы хочете…итальянцы по-другому не умеют. Новая героиня Джин и ее отношения со Стефом понравились. Так забавно у них все развивалось. С юмором. Если сравнивать с тем, как начинался роман Бабби и Стефа, в отношениях Джин и Стефа есть огонек. В первой любви Стефа было много драмы и серьёзности. Они пытались быть взрослее, а тут(с Джин)..взрослые дурачатся как дети. Мило же, ей богу! Так что я определенно не за Бабби, хоть она и очень симпатичная. Но это первая половина фильма. Как только я расслабилась и начала получать удовольствие от нормальной мелодрамы, начался бред в стиле первого фильма.Большое количество драмы,сваливающейся на героев к концу кино выглядит просто нелепо. Это же просто сериал снимать можно! О какой реалистичности речь? Во второй части создатели намудрили больше чем в первой. Это просто надо видеть, чтобы понять.

Еще убила одна фраза подруги Джин. “ Лучше сделать это пока не поздно” — советует она ей после первого свидания. Черт побери! Куда вы, бабы, спешите?

Еще один поворот сюжета добил меня окончательно. Это я про три года(кто смотрел, тот поймет). Это раскрылось почти в самом конце. Во-первых, преследование – это ненормально. А во-вторых таким занимаются лет в 13. А она уже взрослая девушка!

Саундтрек жутко не понравился за исключением первой и последней песен. Итальянская попса меня медленно, но верно убивает. Это мне еще с первой части раздражало. Примитивные мелодии, примитивный текст (об этом, не зная языка, легко догадаться),завывания вместо вокала…Это творчество Билана, только по-итальянски.

Финал здесь более логичный и подходит жанру, ежели в первом фильме. Только попсово сделан. И смысл фильма “Живи и люби”,излагающийся в монологе про луну, раскрывается едва ли. У многих драм и мелодрам, и даже комедий, такой смысл. Но правильно подать его тоже надо уметь. “Я хочу тебя” с этим не справился. А “Помни меня”,к примеру, — вполне. И даже идеально. Какой там был слоган? “Живи мгновеньем, люби безоглядно”? И как это было показано! Это просто пример итальянцам, как снимать картины с таким посылом.

Я вообще ни разу не видела хорошего современного итальянского фильма. И с каждым просмотренным фильмом разочаровываюсь в итальянцах всё больше и больше, обращаясь к их классике. Что после великого Челентано их кино погасло, что ли?

Короче, если говорить о “Я хочу тебя”,в целом, порадовал только главный герой. Очень красивый итальянец. И играть умеет. А фильм…Представляю, что за бред будет в испанской версии, если даже итальянская заведомо лучше.

В итоге мой вердикт фильму “Я хочу тебя”:

4 из 10

прямая ссылка

26 августа 2012 | 18:09

Вполне вероятно, что я бы никогда и не вспомнила о том, что видела этот фильм, если бы не ажиотаж вокруг испанской версии.

Странный фильм, меня и первая часть нельзя сказать что впечатлила, но в ней была определённая прелесть И она при всей своей шаблонности была логична.

А тут…Зачем вообще было тащить в сюжет прежних героев, в частности Баби? Чтобы показать, что все изменилось? Что первая любовь может бесследно исчезнуть? Степ теперь типа взрослый и рассудительный и у него новая девушка Джин, которую он непрерывно хочет Баби, правда он тоже хочет, но больше по привычке чем взаправду. (для чтобы осознать это правда пришлось, ещё разок с ней переспать, ну да это мелочи)

Создатели явно акцентируют внимание на том, что теперь всё по- взрослому. Вот только по поведению героев так не подумаешь, один дневник Джин чего стоит. Да и про Степа тоже никак не скажешь, будто он сильно поумнел пока был за границей. Всё те же штучки что и в первой части. Фишка с фотографиями и вовсе неприятное ощущение производит. Уж слишком это похоже на аналогичную сцену с надписью из первой части Словно Степ однажды придумал способ обольщения и теперь применяет его к каждой своей девушке.

Необузданный секас на этом фоне только добавляет инфантилизма происходящему. Слишком уж нарочито, на камеру снята эта сцена типа, «посмотрите какие взрослые: и на кровати, и на столе, и под столом!»- классе в шестом я бы непременно впечатлилась, а теперь только укрепилась во мнении, что в этом деле, чем больше остается простора для воображения, тем лучше.

Ну и мораль в конце, отнюдь не прибавила положительных эмоций.

Однако, отзыв нейтральный, потому что я ничего особенного от этого фильма и не ждала. Жалко только, что таланта у Скамарчио по- прежнему не наблюдается.

6 из 10

прямая ссылка

18 июля 2012 | 22:34

missdmitryuk

Обидно, но именно так в жизни и случается….

Не встречайтесь с первою любовью,
Пусть она останется такой —
Острым счастьем, или острой болью,
Или песней, смолкшей за рекой.
Не тянитесь к прошлому, не стоит —
Все иным покажется сейчас…
Пусть хотя бы самое святое
Неизменным остается в нас.
Юлия Друнина.

Краткое предисловие. Первым я увидела фильм «Три метра над уровнем неба» — испанскую версию. Фильм очень понравился, и для интереса решила пересмотреть данное творение в исполнении итальянцев. Но, как мне показалось, итальянская версия значительно хуже и положительного эффекта не произвела. На днях я случайно наткнулась на фильм «Я хочу тебя» и даже не знала, что это продолжение истории Баби и Степа, пока не прочитала аннотацию к фильму. Прежде, чем скачать фильм, я прочла массу рецензий на разных сайтах, и большинство из них было отрицательными. Но любопытство взяло свое, и я решила просмотреть фильм, ведь интересно, что стало с главными героями.

Ну а теперь вернемся непосредственно к фильму «Я хочу тебя». Фильм очень понравился:

1. Неожиданный сюжет. История показывает нам, что чаще всего первая любовь так и остается в прошлом и редко становится настоящим. Мы все когда-то влюблялись и думали, что это на всю жизнь… Но, к сожалению или к радости, эти чувства проходят и оставляют после себя лишь воспоминания. Взамен приходят новые — более сильные и крепкие. Так случилось и с Баби и Степом – они пошли разными дорогами. Понравилось, что фильм не оставляет горького осадка, от того что любовь между главными персонажами первого фильма закончилась, а показывает нам еще более захватывающее продолжение жизни главных героев с другими возлюбленными.

2. Качество съемки намного выше, чем в первом фильме. Фильм хочется смотреть, а не перемотать поскорее, как было с первой частью.

3. В актерском плане все хорошо. Риккардо Скамарчио, Лаура Кьятти, Кэти Луиз Саундерс отыграли отлично. Все эмоции, настроение переданы точно. Особенно понравилась Лаура Кьятти, очень хорошо играет и внешность приятная.

4. Пейзажи, музыкальное сопровождение, атмосфера фильма – все достаточно красиво и главное – качественно.

Итог: фильм достаточно интересный и просмотрев его, не будет ощущения зря потраченного времени!

8 из 10

прямая ссылка

21 декабря 2011 | 01:40

voluptas

‘Жизнь слишком коротка, чтобы быть несчастными…’

Любовь первого фильма оказалась фикцией, и от этого несоответствия хочется разразиться громом критики на создателей. Слишком все правдиво, да еще и под такую музыку, и с такими актерами. Должна признать, что Джин изначально показалась мне слишком эксцентричной и чересчур рисованной. В итоге, как выяснилось, таким персонажем была Баби — такая, как все, будущая преразумная жена и гиперсерьезная дама, где-то в глубине души хранящая радужные воспоминания о том будущем, которая она не выбрала.

О чем этот фильм? о логике и неразумности, о рациональности нерационального, о свободе быть собой, о любви, которая во имя самой себя рождает новые чувства.

И все равно я ощущаю себя обманутой-так хотелось яркого продолжения.. а на самом деле, то ли люди изменились, то ли каждая лав-стори дает определенные роли, которые никогда не повторят очарование первого образа.

За красоту и честность —

7 из 10

прямая ссылка

26 ноября 2011 | 06:32

compass365

Не важно, насколько сильны чувства в твоём сердце, но если не сможешь донести их другому человеку — всё без толку.

После просмотра фильма возникло двоякое чувство. С одной стороны я, как и многие поклонники первой части, расстроилась из-за того, что не было счастливого воссоединения пары Стеф-Баби, с другой, считаю, что логично, что все сложилось именно так. Если бы они все-таки остались вместе, зрители не смогли бы прочувствовать некоторые вещи в полной мере. А именно, что любовь — хрупкое чувство, особенно первая, причем какой бы сильной она не была! И ее нужно ценить и беречь.

А еще фильм про то, что не всегда дается второй шанс. Но уж если он появляется, нужно сделать все, что в твоих силах. Пожалуй, это замечание относится к Баби, ведь именно она должна была исправить ситуацию после того, как когда-то наговорила Стефу множество жестоких слов. Если, конечно, она все еще любила его. Пусть сейчас, спустя два года, но нужно было что-то сделать. И не достаточно случайной встречи и неуклюжей попытки сделать вид, что все, как раньше. .. Доверие можно потерять в миг, а возвращать его приходится годами… Но, если любишь, это стоит любых усилий!

Фильм замечательный, но в конце так грустно становится, что 10 ну никак не могу поставить. Поэтому моя оценка 9.

прямая ссылка

09 ноября 2011 | 15:41

.oleander

Первая любовь никогда не исчезает, даже если ваши пути разошлись.

Начну с того, что первая часть данной экранизации меня также не впечатлила, а посмотрела вторую часть только потому, что хотелось узнать что же будет дальше. И сказать по правде, я осталась в легком шоке, потому что ТАКОГ я честно не ожидала.

Признаюсь с самого начала, что хоть я и люблю романтические истории, которые раздирают душу, и вместе с тем оживляют в твоём подсознании воспоминания о твоей собственной первой любви, я всё равно с самого начала приготовилась, что эта любовь будет трагичной. По многим причинам. Возможно виноват мой скептицизм по жизни, а может я просто не верю, что первая любовь может оставаться единственной до конца жизни. Это бывает, но крайне редко. Когда я скачала этот фильм я ждала очень душераздирающей истории о выборе. О выборе Баби, которая понимает, что хоть и очень любит Стэфа, но всё равно им вместе не быть. О выборе самого Стэфа, который должен наконец-то начать жизнь заново. Но я увидела что-то совсем непонятное…

Наверное мои претензии всё же к сценаристу, но начнем по-порядку. Сюжет был крайне скучным, особенно тем, что в точности повторял сюжет первого фильма. В точности повторял отношения Баби и Стэфа — вначале они не выносили друг-друга, потом начали заигрывать друг с другом, а под конец влюбились. И так у Джин со Стэфом. Даже какие-то отдельные моменты пробуждали во мне состояние дэжавю, особенно когда новый друг Стэфа внезапно влюбился в подружку Джин. И таких моментов было очень много. Самое ужасное, что я никак не увидела развитие сюжета, не увидела развитие самих отношений, не увидела те душевные терзания, которых мы видели в первом фильме. Но опять же, я наверное сужу по испанской версии, которая по мне — великолепна.

Стэф меня никак не покорил в этом фильме. Я ожидала, что спустя два года (хотя по мне лучше было бы еслиб они не встречались намного дольше) остается всё таким же парнем. Я не увидела вообще никаких изменений в нём, что меня удивило. Первый фильм заканчивается на том, что Стэф наконец-то осознает — нельзя так жить, и если он сам не сделает что-то со своей жизнью, то ему ничего не светит. Ну, и конечно же я надеялась, что таким образом он попытается вновь вернуть Баби, но увы, он возвращается какой-то непонятный и даже ещё более растерянный. Просто мне кажется, что два года проведенные в другой стране, при других обстоятельствах, должны были повлиять на характер человека, а тут Стэф точно такой же как в первом фильме.

Баби и вовсе непонятна. Её практически и нет в этом фильме, что меня несомненно озадачило. Я надеялась увидеть её душевное состояние, особенно когда она узнает, что Стэф вернулся. А единственное, что мы увидели — это постер, который она оказывается всё же сохранила. Понятное дело, что она его не забыла, но даже их встреча спустя столько лет, и прогулка по пляжу выглядела просто смешной. Они даже занялись любовью непонятно почему. И как они прощаются… не знаю, я ожидала больше слов, больше чувств, чего-то больше. Я понимаю, что очень часто прощаются именно так — занявшись любовью в последний раз, но в их случае это выглядело просто смешно. Никаких чувств, никаких переживаний. Так, как будто они все эти два года только и думали чтоб заняться любовью и освободиться друг от друга.

Джин мне на самом деле понравилась, как персонаж она была куда интереснее и живее того же Стэфа и Баби. Но признаться, когда Стэф начал читать её дневник и понял, что она была влюблена в него очень давно и даже преследовала его на каждом шагу, то мне она показалась немного странной и ненормальной. Как будто она маньяк какой-то… я понимаю, у неё тоже первая любовь, и всякие там переживания, но много ли людей ходят по пятам за своей первой любовью и снимают его везде и со всеми? Не думаю, это напоминает какой-то подростковый фильм про влюбленную маньячку.

Не буду ставить оценку, потому что не за что. То есть по мне, этот фильм простая трата времени как и для режиссера, так и для зрителей. И меня искренне поражает то, что здесь столько положительных отзывов. Я ошиблась, что послушалась их и просмотрела этот фильм.

прямая ссылка

17 октября 2011 | 01:08

показывать: 1025

1—10 из 19

Альбом: Олимп, « — Я хочу тебя, текст песни и слова» на Black-Star.

ru
Скажи, ты откуда такая взялась.
Все вокруг от тебя не отводят глаз.
Танцуй, словно никто не смотрит на нас.
Поверь, я знаю, что нас ждет через час.

Если завтра мы проснемся вдвоем,
С тобой в постели мы весь день проведем.
Закажем пиццу и посмотрим кино.
Я знаю, ты малышка на миллион.
Я хочу тебя увести к себе домой.
Ты так горяча, да и я вроде не плохой.
Я хочу тебя, но сначала потанцуй со мной.
Может быть тогда поеду я к тебе домой.

Мы так близко, между нами искра.
Длинные ноги, ты что, волейболистка?
Давай, скажем всем hasta la vista.
Девочка-шампанское,, ты так игриста.

Ты читаешь мои мысли,
Что бы я одел, если б был с ней.
Снизу, сверху, на столе-
Перезаряди мой пистолет.

Мигаса, сугаса,
Мы с тобой не будем ругаться.
Я просто заберу твой паспорт,
Дикая роза, Вероника Кастро.

Я на острове везения,
Я ослеп, но ко мне вернулось мое зрение.
Учащенное сердцебиение,
Потанцуем, продолжим дома общение.

Если завтра мы проснемся вдвоем,
С тобой в постели мы весь день проведем.
Закажем пиццу и посмотрим кино.
Я знаю, ты малышка на миллион.
Я хочу тебя увести к себе домой.
Ты так горяча, да и я вроде не плохой.
Я хочу тебя, но сначала потанцуй со мной.
Может быть тогда поеду я к тебе домой.

Здесь только ты и я, нам никто не нужен,
И ты в нижнем белье мне готовишь ужин.
Агент Правокатюр, я обезоружен.
Да ладно, перестань, мы же просто дружим.
Да ладно, перестань, мы же просто дружим.

Если завтра мы проснемся вдвоем,
С тобой в постели мы весь день проведем.
Закажем пиццу и посмотрим кино.
Я знаю, ты малышка на миллион.
Я хочу тебя увести к себе домой.
Ты так горяча, да и я вроде не плохой.
Я хочу тебя, но сначала потанцуй со мной.
Может быть тогда поеду я к тебе домой.

Я хочу тебя…понять! — фанфик по фэндому «Naruto»

Набросок из нескольких строк, еще не ставший полноценным произведением
Например, «тут будет первая часть» или «я пока не написала, я с телефона».

Мнения о событиях или описания своей жизни, похожие на записи в личном дневнике
Не путать с «Мэри Сью» — они мало кому нравятся, но не нарушают правил.

Конкурс, мероприятие, флешмоб, объявление, обращение к читателям
Все это автору следовало бы оставить для других мест.

Подборка цитат, изречений, анекдотов, постов, логов, переводы песен
Текст состоит из скопированных кусков и не является фанфиком или статьей.
Если текст содержит исследование, основанное на цитатах, то он не нарушает правил.

Текст не на русском языке
Вставки на иностранном языке допустимы.

Список признаков или причин, плюсы и минусы, анкета персонажей
Перечисление чего-либо не является полноценным фанфиком, ориджиналом или статьей.

Часть работы со ссылкой на продолжение на другом сайте
Пример: Вот первая глава, остальное читайте по ссылке…

Если в работе задействованы персонажи, не достигшие возраста согласия, или она написана по мотивам недавних мировых трагедий, обратитесь в службу поддержки со ссылкой на текст и цитатой проблемного фрагмента.

Я понять тебя хочу, смысла я в тебе ищу Текст научной статьи по специальности «Философия, этика, религиоведение»

текстологические исследования

я понять тебя хочу, смысла я в тебе ищу

Валерий Петрович ДАНИЛЕНКО,

доктор филологических наук, профессор Евразийского лингвистического института в Иркутске — филиала Московского государственного лингвистического университета, е-mail: [email protected] ru

Есть люди, которые на вопрос о смысле жизни дают твердые ответы — либо «да», либо «нет». Но много и таких, которые верят в «да», но не могут его найти для себя. В их сознании «да» сосуществует с «нет».

Ключевые слова: смысл жизни, бессмысленность жизни, А. С. Пушкин, Ф. М. Достоевский, Л. Н. Толстой, А. М. Горький, эволюционизм.

I AM EAGER TO UNDERSTAND YOU, I AM EAGER TO FIND A SENSE IN YOU

Valery DANILENKO,

Doctor of Philology of EuroAsian Linguistic Institut in Irkutsk — of the Branch of Moskow State Linguistic University,

е-mail: [email protected]

There are people, who answer the question whether there is any meaning of life whether «yes» or «no». But there are also people who believe in «yes», but they don’t find any meaning for themselves. In their consciousness «yes» coexist with «no».

Keywords: meaning of life, pointless of life, A. S. Pushkin, F. M. Dostoevsky, L. N. Tolstoy, A. M. Gorky, evolutionism.

Так что же я ищу? Отчего мучаюсь? Почему? Зачем?

Нет мне ответа…

Виктор Астафьев

«Вот так живешь, живешь… Ни богу свечка, ни черту кочерга», — часто говаривала моя мама — Серафима Ефимовна Даниленко (Полещук). Но встречаются, разумеется, и более оптимистичные ответы на вопрос о смысле нашего существования в этом лучшем из миров. «Однова живем», — говорит какой-нибудь бодро настроенный простой русский человек. В этой незамысловатой, но емкой фразе заложен жизнерадостный смысл, указывающий на единственность и самоценность жизни. Зачем такому человеку ломать голову над вопросом о высшем смысле человеческой жизни, если он видит его в самой жизни? Зачем ему мучительно искать ответ на него в мудрых книгах, если его распирает радость от самого его существования на Земле? Очень просто и хорошо описал эту радость К. И. Чуковский: «.у меня с юности было — да и сейчас остается — одно драгоценное свойство: назло всем передрягам вдруг ни с того ни с сего, без всякой видимой причины, почувствуешь сильнейший прилив какого-то сумасшедшего счастья» [Чуковский 1999: 663].

Но некоторые представители рода человеческого хотят точно знать, зачем они живут. Они ставят вопрос о смысле человеческой жизни вообще и смысле своей жизни в частности. Но легко ли им даются

поиски ответа на этот вопрос? Обратимся к русской классической литературе. Какого главного героя мы в ней увидим по преимуществу? Неприкаянного.

Какого человека мы называем неприкаянным? Человека, не находящего своего подлинного места в жизни. Это не значит, что он безработный или, как говорили в былые времена, «лишний». Он может оказаться и безработным, и ощущать себя лишним в этом мире, но он может быть внешне и вполне благополучным человеком — быть, например, всемирно известным ученым или гениальным писателем. Не во внешнем благополучии или неблагополучии здесь в конечном счете дело! Неблагополучие неприкаянного человека сидит внутри его души!

Неприкаянный человек ищет, но не находит высокого смысла своей (по меньшей мере) жизни, а чаще всего и смысла человеческой жизни вообще. Он в этом, конечно, постоянно сомневается, но вместе с тем и постоянно подозревает, что наша жизнь — по большому счету — «пустая и глупая шутка» (М. Ю. Лермонтов). Человек поскромнее может уточнить: не о жизни вообще идет речь, а только о моей личной. Личность же помасштабнее может замахнуться и на жизнь человеческую вообще.

Вопрос о смысле человеческой жизни мучил не только лучших героев русской классической литературы, но и ее творцов. С пронзительностью необыкновенной этот вопрос запустил в нашу поэзию А. С. Пушкин:

… Жизни мышья беготня… Что тревожишь ты меня? Что ты значишь, скучный шепот? Укоризна или ропот Мной утраченного дня? От меня чего ты хочешь? Ты зовешь или пророчишь? Я понять тебя хочу, Смысла я в тебе ищу…

(Стихи, сочиненные ночью во время бессонницы. 1830).

М. Ю. Лермонтов в конце своей молниеносной жизни написал: Я думал: «жалкий человек, Чего он хочет!.., небо ясно, Под небом места много всем, Но беспрестанно и напрасно Один враждует он — зачем?

(Валерик. 1840).

Вопрос «Зачем нам, людям, враждовать друг с другом?» легко сократить до вопроса о смысле человеческой жизни вообще: «Зачем нам, людям, жить?». Это тем более легко сделать, если мы вспомним, с каким мучением Григорий Печорин пытался разгадать смысл своей жизни, а шестнадцатилетний Мишель Лермонтов, когда умер его отец, с которым его насильно разлучила бабушка (мать он потерял в трехлетнем возрасте), в одном из черновиков так себя отрекомендовал: Я сын страданья. Мой отец Не знал покоя по конец. В слезах угасла мать моя; От них остался только я, Ненужный член в пиру людском, Младая ветвь на пне сухом; -В ней соку нет, хоть зелена, -Дочь смерти — смерть ей суждена!

(1831)

Намного заземленнее вопрос о смысле своей жизни ставит Н. А. Некрасов: .И судьбу потихоньку корю: «Для чего-де меня, горемычного,

Дураком ты на свет создала? Ни умишка, ни виду приличного, Ни довольства собой не дала?»

(Застенчивость. 1852).

В 1912 году на вопрос о смысле человеческой жизни А. А. Блок как будто отвечает: «В счастии». Но, увы, оно оказывается недостижимым:

Миры летят. Года летят. Пустая Вселенная глядит в нас мраком глаз. А ты, душа, усталая, глухая, О счастии твердишь, — который раз?

Пустой вселенной нет никакого дела до наших мечтаний о счастье. Ей вообще нет никакого дела до нашего существования. Потому что она мертвая. Вот почему она обессмысливает нашу жизнь, превращая некоторых из нас в мертвецов, притворяющихся живыми, но: Как тяжко мертвецу среди людей живым и страстным притворяться! Но надо, надо в общество втираться, Скрывая для карьеры лязг костей.

А какой ответ на вопрос о смысле человеческой жизни дали наши прозаики? Вот, например, от каких слов А. И. Герцена, по свидетельству Н. Н. Гусева, прослезился Лев толстой, уподобив их «брильянту»:

«Наша жизнь — постоянное бегство от себя, точно угрызения совести преследуют и пугают нас. Как только человек становится на свои ноги, он начинает кричать, чтобы не слыхать речей, раздающихся внутри. Ему грустно — он бежит рассеяться; ему нечего делать — он выдумывает себе занятие; от ненависти к одиночеству он дружится со всеми, все читает, интересуется чужими делами, женится на скорую руку. Кому и эта жизнь не удалась, тот напивается всем на свете: вином, нумизматикой, картами, скачками, женщинами, благодеяниями, ударяется в мистицизм, идет в иезуиты, налагает на себя чудовищные труды, и они ему все-таки легче кажутся, чем какая-то угрожающая истина, дремлющая внутри его. В этой боязни исследовать, чтобы не увидать вздор исследуемого, в этом искусственном недосуге, в этих поддельных несчастиях, усложняя каждый шаг вымышленными путами, мы проходим по жизни спросонья и умираем в чаду нелепостей и пустяков, не пришедши в себя» [Толстой 1960: 323].

Нетрудно догадаться, о какой «угрожающей истине» здесь идет речь, — о бессмысленности жизни. А вот и сам Л. Н. Толстой:

«Всякий человек закован в свое одиночество и приговорен к смерти. «живи зачем-то один, с неудовлетворенными желаниями, старейся и умирай». Это ужасно! Единственное спасение — это вынесение из себя своего «я», любовь к другому. Тогда, вместо одной, две ставки, больше шансов. И человек невольно, стремясь к этому, любит людей. Но люди смертны, и если в жизни одного больше горя, чем радости, — то тоже и в жизни других. И потому положение все то же отчаянное. Только и утешения, что на миру смерть красна. Одно полное спасение была бы любовь к бессмертному, к Богу. Возможна ли она?» [Толстой 1963: 156].

Еще горше, чем Л. Н. Толстой, сказал об одиночестве А. П. Чехов: «Как я буду лежать в могиле один, так в сущности я и живу одиноким» [Чехов 1974-1988: 86].

Зачем, зачем, зачем — вот в чем вопрос! «Зачем, — спрашивает Лев Толстой, — я, такой ясный, простой, разумный, добрый, живу в этом запутанном, сложном, безумном, злом мире? Зачем?» [Толстой 1965: 407].

Он писал эти слова в последний год своей жизни. С ним он пришел в этом мир и с ним же и ушел из него. «А для лучшего, милок», — ответил бы какой-нибудь Лука. И неприкаянному человеку об этом приходилось слышать, но «Зачем?» в его душе все-таки болит и болит. Но самое любопытное, что он как будто даже и привыкает к нему и к боли от него, а иногда даже начинает думать, как В. В. Розанов: «Болит душа, болит душа, болит душа… И что делать с этой болью — я не знаю. Но только при боли я и согласен жить… Это есть самое дорогое мне и во мне» [Мачехин 2004: 96].

Это не мазохизм. «Самое дорогое» потому, что за болью, о которой говорил В. В. Розанов, стоит вопрос далеко не праздный, — пусть мучительный, пусть изнуряющий, но вместе с тем и возвышающий

русскую душу над прагматической действительностью. Вопрос этот: «Зачем?». В России он заканчивался для многих ничем иным, как неприкаянностью — может быть, самой главной героиней русской классической литературы.

Представлены, конечно, в русской классической литературе и герои «прикаянные», т. е. люди, нашедшие свое место под солнцем: пушкинская Татьяна, гоголевский Чичиков, гончаровский Штольц, тургеневский Базаров, Алеша Карамазов у Ф. М. Достоевского, Дмитрий Нехлюдов у Л. Н. Толстого, Павел Власов и его мать у А. М. Горького. Но отчего же так случилось, что более выразительными, более яркими в нашей литературе в конечном счете оказались герои неприкаянные? Не то, например, у французов. У них на первом месте стоят герои, знающие, чего они хотят, — у Стендаля, у Бальзака, у Золя… Русским же писателям оказался милее человек по преимуществу неприкаянный. Об этом говорят даже названия многих их сочинений: «Евгений Онегин», «Герой нашего времени» (т. е. Печорин), «Обломов», «Рудин», «Дядя Ваня», «Клим Самгин» и др. Целую обойму неприкаянных дали нам Ф. М. остоевский и Л. Н. Толстой. Как решают их герои главный нравственный вопрос: как жить?

Этот вопрос расщепляется на два: как думать и как поступить? На первый план подобное расщепление излишне: мы поступаем так, как думаем. Увы, сплошь и рядом мы поступаем не так, как думаем поступить. Разрыв между внутренней жизнью и внешней стал у Ф. М. Достоевского предметом художественного изображения. Его герои переживают этот разрыв мучительно и пытаются находить способы для его преодоления.

Возьмем для начала главного героя из «Записок из подполья». Что он думает о себе? «Я человек больной… Я злой человек. Непривлекательный я человек…» [Достоевский 1985: 3]. Если подпольный человек сам себе дает такую низкую оценку, то ему, казалось бы, надо соответственным образом и поступать? Он и пытался это сделать: «Я был злой чиновник. Я был груб и находил в этом удовольствие. Ведь я взяток не брал, стало быть, должен же был себя хоть этим вознаградить. Когда к столу, у которого я сидел, подходили, бывало, просители за справками, — я зубами на них скрежетал и чувствовал неутолимое наслаждение, когда удавалось кого-нибудь огорчить. Почти всегда удавалось. Большей частью все был народ робкий: известно — просители. Но из фертов я особенно терпеть не мог одного офицера. Он никак не хотел покориться и омерзительно гремел саблей. У меня с ним полтора года за эту саблю война была. Я наконец одолел. Он перестал греметь» [там же: 4].

Подпольный человек пытался в своих поступках соответствовать своим мыслям, но все-таки ему это плохо удавалось: «Это я наврал на себя давеча, что я был злой чиновник. Со злости наврал. Я просто баловством занимался и с просителями и с офицером, а в сущности никогда не мог сделаться злым. Я поминутно сознавал в себе много-премного самых противоположных тому элементов. Я чувствовал, что они так и кишат во мне, эти противоположные элементы. Я знал, что они всю жизнь во мне кишели и из меня вон наружу просились, но я их не пускал, не пускал, нарочно не пускал наружу.» [там же: 5].

Вот вам и дисгармония между внутренней жизнью и внешней, между теорией и практикой. Отсюда ненависть подпольного человека к «деятелям» — людям, преодолевшим разрыв между ними: «Такой господин так и прет прямо к цели, как взбесившийся бык, наклонив вниз рога и только разве стена его останавливает» [там же: 9].

Родион Раскольников в «Преступлении и наказании» переступает через черту, которая разделяет в его жизни теорию и практику: он убивает старуху-процентщицу и тем самым приводит в соответствие свои представления о людях, способных преодолеть малое зло ради великого добра, со своими поступками. Но и он в конечном счете сломался — признался в своем преступлении Порфирию Петровичу.

Каким образом решает вопросы «Как думать?» и «Как поступить?» Иван Карамазов в «Братьях Карамазовых»? Он пытается быть абсолютно свободным в мыслях своих от каких-либо моральных ограничений. Однако и он не выносит груза черных мыслей, которые, как ему казалось, никак не могут быть связаны с его внешне благопристойной жизнью. Его настроения против отца чутко улавливает Смердяков и убивает его. Таким образом наша мысль может материализоваться в чужой поступок. Выходит, и в сознании нашем мы должны быть нравственно чисты. Вот урок, который должен извлечь читатель «Братьев Карамазовых» из образа Ивана. Самому же ему этот нравственный урок, как мы помним, обошелся чересчур дорого: он сошел с ума.

Конфликт между «Как думать?» и «Как поступить?» характерен и для других героев Ф. М. Достоевского — для Ставрогина из «Бесов», для Аркадия Долгорукова из «Подростка» и т.д. Каждый из них ищет свои пути для разрешения этого конфликта, но большинству героев Ф. М. Достоевского это не удается. В чем дело? Его, по мнению их автора, можно преодолеть только с помощью Бога. Только Он может указать человеку, как нравственно думать, как нравственно поступать и как теорию и практику жизни привести в гармонию. Ни один человек не может сравняться с Богом, не может стать человеко-богом, как пытался это сделать Кириллов в «Бесах». Для мыслей своих и для поступков своих человек, по убеждению Ф. М. Достоевского, нуждается в религиозной узде. «Сузить» его можно лишь таким, религиозным, способом.

В собственной жизни Ф. М. Достоевский метался между верой и безверием. Такими же предстают у него и многие его герои. Подлинного душевного равновесия у него достигли только те герои, которые отдали себя служению Богу до конца.

Ф. М. Достоевский скептически относился к собственным нравственным возможностям человека-безбожника. Он направлял человека к Христу. Он был его высшим нравственным идеалом. Л. Н. Толстой тоже преклонялся перед Христом. Более того, через всю свою жизнь он пронес две его главные заповеди — любви и смирения. Но все-таки его высшим нравственным идеалом был не бог, а человек -человек совершенный (это звучит приблизительно так же, как человек разумный). Отсюда стремление духовно близких к нему героев его произведений к самосовершенствованию. Вопрос весь в том, в чем именно тот или иной его герой видит его цель, каков образ человека совершенного. Этот образ разные его герои в разных обстоятельствах представляют по-разному.

Лучшие герои Л. Н. Толстого мучительно ищут подлинный смысл жизни. Часто они оказываются в сетях ложных, ошибочных целей. Так, Николенька Иртеньев в трилогии «Детство», «Отрочество», «Юность» сделал своим идеалом человека комильфо, представляемого им в образе светского льва. На главного героя «Казаков» — Оленина — в свою очередь находит состояние, когда он начинает видеть смысл своей жизни в слиянии с природой, в уподоблении оленям и комарам, в утрате своей человеческой индивидуальности, поскольку именно в подобном состоянии он ощутил себя по-настоящему счастливым. «И ему стало ясно, — читаем у Л. Н. Толстого, — что он нисколько не русский дворянин, член московского общества, друг и родня того-то и того-то, а просто такой же комар, или такой же фазан, или олень, как те, которые живут теперь вокруг него. «Так же, как они, как дядя Ерошка, поживу, умру. И правду он говорит: только трава вырастет» [Толстой 1984: 407].

Конечно, слияние с природой — это прекрасно, но долго с этим слиянием не проживешь: от людей никуда не уйти, не спрятаться. Выходит, что и подобный образ жизни не может претендовать на жизненный идеал. Андрей Болконский в «Войне и мире» тоже проходит через пучину ложных целей. Мы помним, о чем он мечтал перед Аустерлицем — о славе, о торжестве над людьми. За одну минуту такого торжества он был готов пожертвовать чем угодно. Анна Каренина увидела смысл жизни в ее любви к Вронскому. Но и она не принесла ей счастья. Дмитрий Нехлюдов в «Воскресении», казалось бы, нашел подлинный смысл своей жизни — в служении людям и прежде всего — Екатерине Масловой, которая в молодости стала жертвой его похоти. Но неожиданно он наталкивается на ее сопротивление. И он в конечном счете пополнил собой галерею героев русской литературы, главных ее героев — людей неприкаянных. Неприкаянным был Евгений Онегин, неприкаянным был Печорин, неприкаянным был Рудин, неприкаянным был Иван Карамазов, неприкаянным оказался и Дмитрий Нехлюдов. Но все-таки последний был ближе к подлинному смыслу жизни, поскольку он решил посвятить себя служению несчастным людям.

Как и его герои, Л. Н. Толстой всю свою сознательную жизнь искал высший смысл жизни. Но его постоянно мучило несовершенство своей собственной природы, те «пороки», которые он так щедро себе приписывал. Таков и его отец Сергий. Не сумел он смириться, не сумел побороть в себе греховные соблазны. Его тело оказалось сильнее его духа. Не помог ему Бог, как он к нему ни стремился. И он ушел он Него. Алеша Карамазов пришел к Нему, а отец Сергий — ушел от Него. Выходит, недаром церковники приняли Ф. М. Достоевского, а Л. Н. Толстой предали анафеме?

А между тем и Ф. М. Достоевский и Л. Н. Толстой в конечном счете сходились в одном — в признании слабости человеческой. Только первый видел их источник в первую очередь в безверии, а второй — во

власти тела человека над его душой. А между тем оба они учили любви и смирению. Оба они поклонялись Христу. Оба они были детьми своего времени, полагая, подобно И. В. Киреевскому или А. С. Хомякову, что без Бога в душе человеком высоконравственным стать невозможно. Правда, Ф. М. Достоевский принимал Христа в его евангелическом виде, а Л. Н. Толстой его демистифицировал.

Ответить на вопрос «Как жить?» легче, чем на вопрос «Зачем жить?». Последний направлен на цель (смысл) жизни, а первый — на средства ее достижения. Найти смысл жизни — дело многотрудное. Недаром известный русский философ Иван Ильин советовал: ««Как» земной жизни развивается безостановочно, успешно. Но «зачем» земной жизни незаметно затерялось. Да, незаметно: было лишь несколько столетий духовной рассеянности. Это так, как если бы человек, который страдает рассеянностью, играл в шахматы и выработал для себя дальновидный, сложный план, осуществление которого уже наполовину завершено; и вдруг — он забывает свой план. «Прекрасно! Но для чего я все предпринимал? Чего я, собственно, этим хотел?!». У большинства современников этот вопрос и не доходит до сознания. Они ничего не знают о «зачем?» жизни, как не замечают и то, что они невежественны» [Ильин 1994: 213].

Но только ли современники И. А. Ильина оказались в стороне от вопроса «Зачем?»? И только ли невежественные? И легче ли тем, кто живет с ним, но не может найти удовлетворительного ответа на него?

И. А. Ильин писал: «Несчастье современного человека велико: ему не хватает главного — смысла жизни» [там же: 214]. Несчастье человека, не нашедшего себя, как мы понимаем, не укладывается в прокрустово ложе современности. Оно, как кажется, мучает людей с давних пор — с тех пор, как у самых интеллектуальных их представителей появилась потребность в осмыслении своего назначения на Земле.

Идет время, меняется жизнь, одно поколение приходит на смену другому, но неизменным остается один — немногочисленный — род людей среди них — тех, кто ищет высокий смысл человеческой жизни. Но немногие и из них его находят. Большая же часть из этого рода людей оказывается у разбитого корыта неприкаянности. Нашей планете, как утверждают ученые, около 5 миллиардов лет. Жизнь же на ней эволюционировала около 4 миллиардов лет. А возраст человечества — 2,5 миллиона лет. Какой же вывод отсюда следует?

Мы очень молоды. Мы, люди, находимся даже не в подростковом возрасте, а в детском. Что такое 2,5 миллиона лет по сравнению с 4 миллиардами?

Мы — дети-несмышленыши. Но среди нас есть и были люди более зрелые — те, кто смог подняться до поиска высокого смысла жизни. Этот смысл не может не быть эволюционным. Только в том случае, если каждый из нас станет проводником культурной эволюции, мы имеем шанс повзрослеть, чтобы сделать себя лучше — умнее, добрее, веселее, богаче, счастливее.

Среди людей, успокаивающихся на удовлетворении своих плотских потребностей, видящих в нем всепобеждающий смысл своей жизни и идущих ради него на бесчисленные сделки с совестью, жили и те, кто эволюционировал как человек дальше других, стал взрослее (в эволюционном смысле!), сумев созреть до поиска своего высокого назначения на Земле. Что же из того, что вопрос «Зачем?» для многих из них оказывался непосильным? Но они искали ответ на него в том числе и для нас в то время, когда большинство жило и живет биологически по преимуществу, находясь в детском (в эволюционном смысле!) состоянии, не далеко оторвавшись от наших животных предков.

А. М. Горький оценивал эволюционный возраст современного человечества — в качестве поощрения — не как детский, а как подростковый. Он писал: «Человек все еще во многом зверь, но вместе с этим он — культурно — все еще подросток, и приукрасить его, похвалить — весьма полезно: это поднимает его уважение к себе, это способствует развитию в нем доверия к своим творческим силам. К тому же похвалить человека есть за что — все хорошее, общественно ценное творится его силою, его волей» [Горький 1979: 288].

Приведенные слова я нашел в статье М. Горького «О том, как я учился писать». В них выведена, по мнению ее автора, специфика романтического метода в искусстве. А между тем эти слова имеют отношение не только к искусству, но и к культуре в целом. Более того, в них схвачена одна из существенных черт эволюционистского мировоззрения: без гуманного, поощрительного отношения человека к человеку культурная эволюция невозможна. Напротив, утрата подобного отношения ведет людей к инволюции, к их биологизации, к торжеству зверского начала в человеке над собственно человеческим, культурным.

Эволюционная интерпретация романтизма у М. Горького вовсе не случайна. Он был вполне состоявшимся эволюционистом, т.е. видел в современном мире результат его многомиллионного развития. Подобный, эволюционный, взгляд он распространял прежде всего на культуру, в особенности восхищаясь выдающимися деятелями науки и искусства. Организация им издания книг о «жизни замечательных людей» (жЗЛ) — вовсе не случайный эпизод в его биографии. Сам он был образцом культурной эволюции. Его любовь к выдающимся деятелям культуры не была слепой. Достаточно в связи с этим напомнить, как резко он критиковал Л. Н. Толстого и в особенности Ф. М. Достоевского за их призыв к смирению. Не раб, а свободный человек был его идеалом. Первый пассивен в культурогенезе, а второй активен, созидателен, продуктивен. Первого он изобразил в образе «мещанина», а второго он считал «самым великим чудом мира и творцом всех чудес на земле» [там же: 293].

Именно такой человек — человек-творец, человек-созидатель, Человек с большой буквы — «создает культуру, которая есть наша, нашей волей, нашим разумом творимая «вторая природа»» [там же: 283]. Человек с большой буквы, как мы понимаем, есть эволюционный идеал! Он всегда впереди, но ближе к нему продвигаются люди свободного творческого труда. Свободного, между прочим, и от «пакостной власти копейки» [там же: 298].

Безволие — вот главное препятствие на пути к Человеку. Человек с большой буквы — это человек, умеющий реализовывать свою человеческую сущность. Но даже и в тех, кто уходит дальше других на пути к Человеку, живет человек с маленькой буквы, волей случая оказавшийся в таком-то времени и в таком-то пространстве. У индивидуального человека вечность позади — до его рождения — и вечность впереди — после его кончины. Его окружает бесконечное пространство слева и справа, сверху и снизу, впереди и сзади.

Вот почему — в окружении вечности и бесконечности — его нередко посещают мысли, лучше всего выраженные Блезом Паскалем еще в XVII веке. Он писал: «Я вижу сомкнувшиеся вокруг меня наводящие ужас пространства вселенной, понимаю, что заключен в каком-то глухом закоулке этих необозримых пространств, но не могу уразуметь, ни почему нахожусь именно здесь, а не в каком-нибудь другом месте, ни почему столько-то, а не столько-то быстротекущих лет дано мне жить в вечности, что предшествовала моему появлению на свет и будет длиться, когда меня не станет. Куда ни взгляну, я вижу только бесконечность, я заключен в ней, подобно атому, подобно тени, которой суждено через мгновение безвозвратно исчезнуть. Твердо знаю я лишь одно — что очень скоро умру, но именно эта неминуемая смерть мне более всего непостижима. И как я не знаю, откуда пришел, так не знаю, куда иду, знаю только, что за пределами земной жизни меня ждет вековое небытие.» [Паскаль 1999: 115-116].

Вот и выходит, что там, где «я» индивидуальное, сознание своей ничтожности, а там, где «я» родовое, — приобщение к Человеку, к человечеству, которое имеет больше шансов на вечность, чем отдельный человек. Вот и выходит, что жить нужно не столько «я» индивидуальным, сколько «я» родовым, т. е. быть Человеком. В этом и состоит высший — эволюционно-культурный (или культурогенический) -смысл человеческой жизни. Быть Человеком — значит вписаться в многовековой процесс гоминизации (очеловечения) — культурогенез и максимально успешно совершить культурогенез индивидуальный.

Осознание культурной сущности человека (а стало быть, и эволюционно-культурного смысла человеческой жизни) до сих пор остается достоянием незначительного круга людей. К ним относятся Д. Бруно, Ж. де Ламетри, И. Гердер, Г. Спенсер, Ж.-Б. Ламарк, Ч. Дарвин, Л. Н. Толстой, А. М. Горький, П. Тейяр де Шарден, В. И. Вернадский, А. Н. Заболоцкий, А. Н. Леонтьев, Н. Н. Моисеев, К. Лоренц, Г. Фоллмер. Их имена должны быть вписаны золотыми буквами в историю человечества. Их эволюционные идеи еще станут достоянием общественного сознания. Их еще ждет праздник общенародного признания.

Вот как девятнадцатилетний Лев Толстой выразил в своем дневнике эволюционный смысл человеческой жизни: «Начну ли я рассуждать, глядя на природу, я вижу, что все в ней постоянно развивается и что каждая составная часть ее способствует бессознательно к развитию других частей; человек же, так как он есть такая же часть природы, но одаренная сознанием, должен так же, как и другие части, но сознательно употребляя свои душевные способности, стремиться к развитию всего существующего. Стану ли я рассуждать, глядя на историю, я вижу, что весь род человеческий постоянно стремился к достижению этой цели. Стану ли рассуждать рационально, то есть рассматривая одни душевные спо-

собности человека, то в душе каждого человека нахожу бессознательное стремление, которое составляет необходимую потребность его души. Стану ли рассуждать, глядя на историю философии, найду, что везде и всегда люди приходили к заключению, что цель жизни человека есть всестороннее развитие человечества. Стану ли рассуждать, глядя на богословие, найду, что у всех почти народов признается существо совершенное, стремиться к достижению которого признается целью всех людей. И так я, кажется, без ошибки за цель моей жизни могу принять сознательное стремление к всестороннему развитию всего существующего» [Толстой 1965: 39].

Предельно ясно эволюционно-культурный смысл человеческой жизни выразил наш великий психолог-эволюционист А. Н. Леонтьев. Вот какой обобщенный образ культуры он давал в своем основном труде: «В своей деятельности люди не просто приспосабливаются к природе. Они изменяют ее в соответствии со своими развивающимися потребностями. Они создают предметы, способные удовлетворить их потребности, и средства для производства этих предметов — орудия, а затем и сложнейшие машины. Они строят жилища, производят одежду и другие материальные ценности. Вместе с успехами в производстве материальных благ развивается и духовная культура людей; обогащаются их знания об окружающем мире и о самих себе, развивается наука и искусство» [Леонтьев 1981: 414].

В своей психической эволюции человек сумел так существенно оторваться от животных по той причине, что он стал создавать продукты материальной и духовной культуры. Стремление к их улучшению выступало в истории людей в качестве стимула для развития их интеллекта, поскольку любой продукт культуры первоначально моделируется в сознании его творца. Развитие культуры, таким образом, есть главный фактор развития человеческого мышления.

Основным показателем интеллектуального развития у человека является его способность к творчеству, благодаря которой и создаются новые культурные ценности. Однако прежде чем кто-либо овладеет этой способностью, он должен освоить уже имеющиеся культурные достижения. Процесс их освоения есть не что иное, как процесс очеловечения. А. Н. Леонтьев писал: «.каждый отдельный человек учится быть человеком. Чтобы жить в обществе, ему недостаточно того, что ему дает природа при его рождении. Он должен еще овладеть тем, что было достигнуто в процессе исторического развития человеческого общества. Перед человеком целый океан богатств, веками накопленных бесчисленными поколениями людей — единственных существ, населяющих нашу планету, которые являются созидателями. Человеческие поколения умирают и сменяют друг друга, но созданное ими переходит к следующим поколениям, которые в своих трудах и борьбе умножают и совершенствуют переданные им богатства — несут дальше эстафету человечества» [там же: 417].

Еще более выразительно об очеловечении он писал таким образом: «Человек не рождается наделенным историческими достижениями человечества. Достижения развития человеческих поколений воплощены не в нем, не в его природных задатках, а в окружающем его мире — в великих творениях человеческой культуры. Только в результате процесса присвоения человеком этих достижений, осуществляющегося в ходе его жизни, он приобретает подлинно человеческие свойства и способности; процесс этот как бы ставит его на плечи предшествующих поколений и высоко возносит над всем животным миром» [там же: 434].

Честь и хвала человеку, что в способности приспосабливаться он превзошел своих эволюционных собратьев! Но все-таки сводить всю человеческую жизнь к животному самовыживанию, к рабскому приспособлению к окружающей среде — насмешка над человеком, его анимализация, ибо человек заслуживает более высокой оценки: он не только приспосабливается к окружающей среде, как животное, но и изменяет, улучшает, совершенствует эту среду. Он думает не только о том, как ему получше пристроиться к этой многотрудной жизни, но и о том, чтобы его потомкам жилось лучше, чем это удалось ему и его современникам. Он готов на самопожертвование. Он участвует в продолжающемся культуро-генезе, чтобы поднять культуру на новый, более высокий уровень ее развития. Он видит в ее продуктах — языке, науке, искусстве, нравственности и т. д. — не только средство к телесному самовыживанию, но и признает их высочайшую духовную самоценность.

Таков идеальный Человек (с большой буквы). Реальные же люди лишь в той или иной мере приближаются к этому идеалу, но сущность человека для всех одна — культуросозидательная. Она состоит в инкультурации — первоначальном врастании в культуру и максимальном участии в ее дальнейшем

развитии. Только в этом случае человек живет, а не выживает. Только в этом случае он — человек, а не говорящее животное.

Ни одно мировоззрение не способно скрыть от нас трагизм индивидуальной жизни, состоящий в первую очередь в ее скоротечности и конечности. Но эволюционизм позволяет его сгладить, поскольку он учит нас выходить за пределы нашей индивидуальной жизни к жизни человечества. Более того, он позволяет в душе каждого из нас хранить высокий образ Человека. В. С. Бушин писал:

Весь этот мир —

от блещущей звезды До малой птахи,

стонущей печально, Весь этот мир

труда, любви, вражды -Весь этот мир

трагичен изначально. И ничего другого

здесь не жди, А наскреби терпенье

по сусекам И зная все,

сквозь этот ад иди И до конца

останься человеком.

ЛИТЕРАТУРА

1. ГорькийМ. Собр. соч.: в 16 т. М.: Правда, 1979. Т. 16. 368 с.

2. Даниленко В. П., Даниленко Л. В. Эволюция в духовной культуре: свет Прометея. М.: КРАСАНД, 2012. 640 с.

3. Достоевский Ф. М. Повести. Рассказы. М.: Правда, 1985. 336 с.

4. Ильин И. А. Собр. соч.: в 10 т. М.: Русская книга, 1994. Т. 3. 592 с.

5. Л. Н. Толстой в воспоминаниях современников / под ред. С. Н. Голубова, В. В. Григоренко, Н. К. Гудзия, С. А. Макашина, Ю. Г. Оксмана. М.: Художественная литература, 1960. Т. 2. 560 с.

6. Леонтьев А. Н. Проблемы развития психики. 4-е изд. М.: Изд-во МГУ, 1981. 584 с.

7. Мачехин А. Е. В поисках смысла. М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2004. 912 с.

8. Паскаль Б. Мысли. Санкт-Петербург: Азбука-классика, 1999. 336 с.

9. Толстой Л. Н. Собр. соч.: в 20 т. Т. 20: Дневники 1895-1910 гг. М.: Художественная литература, 1963. 671 с.

10. Толстой Л. Н. Собр. соч.: в 12 т. М.: Правда, 1984. Т. 2. 496 с.

11. Толстой Л. Н. Собр. соч.: в 20 т. М.: Художественная литература, 1965. Т. 19. 624 с.

12. Чуковский К. И. Стихи и сказки. От двух до пяти. М.: Планета детства, 1999. 704 с.

Я хочу тебя обнять текст песни, слова

Я вижу сны, эти волшебные сны,
Я просыпаюсь и вижу объятия пустоты,
Тебя нету со мной, ты не скажешь-люблю,
Я понимаю, уже поздно, я тебя не верну,
Я понимаю, уже поздно, что-то менять
И тебе объяснять, как не могу тебя терять,
Но назад дороги нет, наверное сожжены мосты,
Я не приду к тебе, чтобы сказать «Прости!»