Диалог с самим собой: Разговор с самим собой

Содержание

Чем опасен диалог с самим собой ? | Нейрохакинг

Внутренний диалог считается одной из форм мышления. Как процесс общения, но только с самим собой, результатом взаимодействия которого является эго-состояние человека. Голоса в голове они есть у всех. Это мы сами, наша личность, опыт, характер. Если быть честным, больше, чем с самим с собой, мы не разговариваем ни с кем. Мы много говорим про себя, про себя любимого с самим с собой. Внутренний голос часто критикует, дает советы, противодействует здравому смыслу.
Откуда берутся эти голоса? Все наши голоса в голове ( если ставить в пример нормального здорового человека)-родом из детства. Наш внутренний диалог формирует нашу самооценку. В детстве, те слова, которые ребенок  чаще всего слышит, потом формируют его стратегии жизни. И раздраженные мамины слова формируют лузеров. Иными словами, что нам говорили наши родители при проявлении наших поступков, то и мы говорим про себя, если сделали что-то непутевое. Так же наоборот, если что-то получается мы сами себе говорим «молодец». Теперь все стало на свои места. Внутренний голос — это голос матери, которая говорила нам в детстве подобные слова.
Но что же делать нам, взрослым, когда внутренний голос говорит нам гадости?! Самое главное – не начинать с ним внутренне спорить. Начиная спорить, мы признаем право внутреннего голоса на отдельное существование. Но ведь эти мысли – это наша собственность, это часть нас. Что вы подумаете, если я предложу вам уговорить свой палец согнуться?  Бред, правда? Когда нам надо, мы просто сгибаем палец. Так же и с внутренним голосом. Он ваш , и владеете им, а не он вами.

Внутренний диалог это ни нечто вечное. Им вы можете управлять. Все это зависит от вас самих. если уж вам так нравится вести диалог с самим собой- это ваш выбор.

Чем же все таки опасен внутренний диалог? Психологи подметили, что 70% людей, ведущих внутренний диалог, смотрят на себя глазами того, кто их не любит, придирается к ним, оценивает не в лучшую сторону. Выход напрашивается сам собой. Это предает нам неуверенность, понижает нашу самооценку и убивает какое-либо желание заниматься собой и двигаться к успеху.

Давайте введем в действие того, кто нас любит! Пусть он, как писатель, любуется своим персонажем (то есть нами), говорит: «Ах, как прелестны сегодня ее щечки…!»  Можно учиться на примере того, как Лев Толстой описывал Наташу Ростову – любимую героиню. Чем мы хуже? Все в наших руках!

Присоединяйтесь к большому числу людей, которые не хотят жить серой жизнью, подписывайтесь на обновления канала и развивайтесь вместе с нами!

Разговор с самим собой, или Слова, которые нас меняют

Саморазвитие

Разговор с самим собой, или Слова, которые нас меняют

29 августа 2018 16 677 просмотров


Наталия Широкова

Когда вы последний раз говорили с самим собой? Если прислушаться к себе, мы поймем: внутренний монолог звучит в нашей голове постоянно. Мы оцениваем себя, хвалим и ругаем, подбадриваем и подгоняем. Но вот что важно — то, что мы говорим себе, может дарить нам энергию или разрушать ее. И часто мы идем по второму пути.

Терапевт Триша Вулфри в книге «Максимальная энергия» рассказывает, как изменить внутренний монолог, чтобы стать сильнее и продуктивнее.


Максимальная энергия

История про легкость

Одной женщине нравилось ходить в тренажерный зал, но тренировки давались тяжело. В такие моменты ее внутренний голос говорил: «Как это сложно!» — и ей казалось, что ноги наливаются свинцом, словно она взбирается на Эверест с тяжелым грузом на спине.

Прислушавшись к внутреннему монологу, она решилась на эксперимент и стала говорить себе: «Мне легко, у меня много сил». И это сработало! Простая фраза так повышала ее энергию, что казалось, будто она бегает по облаку.

А все потому, что она изменила свою внутреннюю установку.

Мозг всегда слушает. Важно говорить себе только то, во что вы сами хотите верить.


Трудно или легко? Зависит от того, что вы себе скажете. — Источник

Что интересно, наша героиня не пыталась почувствовать легкость и силу. Она просто проговаривала фразу. Но после многократного повторения словá стали правдой.

Уровни застревания

Самые распространенные отрицательные установки, которые мы себе говорим:

  • Это слишком тяжело.
  • Я не смогу.
  • Я не знаю, как это сделать.
  • А если что-то пойдет не так?

Но самая ужасная фраза — «Уж я такой». Почему она хуже, чем другие? Первые четыре относятся к уровню навыков и способностей, которые можно улучшить. «Уж я такой» относится к личностному уровню — это сразу настраивает на поражение.


5 уровней «застревания».

Если вы застряли на уровне личности, вам намного сложнее измениться, потому что это задевает вашу сущность. Например, если вы говорите себе: «Я бесполезен», — это намного хуже, чем: «Я не очень хорошо это умею» и даже: «Я бесполезен в этом деле». Второй пример подразумевает, что вам есть куда расти, в то время как первый означает, что вы никогда не сможете что-то сделать.

Меняем внутренний монолог

Внутренний монолог влияет на энергию, а раз мы можем его изменить, то можем стать более энергичными.

Вдумайтесь — всего лишь правильно поговорив с собой, мы можем делать больше и чувствовать себя лучше!

Вот несколько примеров, как изменить внутренний диалог в лучшую сторону.

 

  • Нет: «Я не могу это сделать».
  • Да: «Пока я не могу это сделать, но я могу научиться».
  • Эффект: показывает, что обучение — это процесс. Вы не могли ходить, пока не сделали первый шаг. Вы не могли говорить, пока не сказали свое первое слово. Все должны с чего-то начинать, а практика — мать навыка.

 

  • Нет: «Я не знаю, как это сделать».
  • Да: «Как я могу научиться?»
  • Эффект: переводит вас в режим решения проблем.

 

  • Нет: «Что, если все пойдет не так?»
  • Да: «Что я могу сделать, чтобы все прошло как надо?»
  • Эффект:
    заставляет вас включить интеллект, чтобы предугадать чрезвычайные ситуации, вместо того чтобы наталкиваться на стены. Если вы не уверены, как следует поступить, спросите: «Что бы на моем месте сделал такой-то?» Таким образом вы более глубоко задействуете творческие способности, в результате чего появляются идеи, до которых вы бы не додумались самостоятельно. Это может быть забавно — представлять людей, которые справились бы в определенной ситуации, своими консультантами, готовыми помочь в трудный момент.

 

  • Нет: «Просто я такой человек».
  • Да: «Таким я был. Кем я хочу стать? Каков мой первый шаг?».
  • Эффект: позволит вам эволюционировать и выйти за пределы рутины. Рутина невероятно утомительна! Вы хотите выбраться из нее или будете продолжать в том же духе? Выбор за вами.

Больше примеров позитивных установок — в книге «Максимальная энергия». Сейчас она готовится к печати. Оставьте свою почту, и мы сообщим вам, как только она появится в продаже.

Обложка поста — unsplash.com

Честный разговор с самим собой-путь к покаянию

На примере евангельской притчи о блудном сыне видно, что  этот опустившийся до предела молодой человек стал «приходить в себя» после того, как начал искренне разговаривать с самим собой, обращаться к самому себе. Благодаря этому у него созрела решимость покаяться и возвратиться к отцу. Кстати, на подобных обращениях построен и Покаянный канон. А в святоотеческой литературе можно встретить описания того, как некоторые пожилые монахи ободряли себя примерно такими словами: «Долго ли, старый ленивец, будешь лежать? Разве для телесного покоя ты пришел в монастырь?» Таким образом, они поднимали себя на молитву, отгоняли усталость и леность.

Да и слова из Великого канона: «Душе моя, душе моя, восстани, что спиши?» есть тоже обращение к самому себе. Вообще духовное совершенствование, в основе которого лежит покаяние, начинается с честного разговора с самим собой, со своей совестью – гласом Божиим в душе.

Наверное, многие замечали, что когда люди находятся в стрессовой ситуации или что-то потеряли, то начинают вслух разговаривать сами с собой. Особенно этот феномен проявляется в пожилом возрасте и в детстве. Однако если человек идет по улице и бурно разговаривает сам с собой, то окружающих это сильно настораживает, они начинают пугаться такой «самокоммуникации». Я сам был свидетелем такого эпизода: идет девушка по улице, вся в себе, ничего не замечает вокруг и с кем-то на повышенных тонах разговаривает, при этом еще и жестикулирует. Как психолог, сразу подумал: может, ей нужна помощь. Когда же девушка со мной поравнялась, то увидел, что на ее ухе висит фурнитура мобильника, и этот диалог «с собой» был не чем иным, как телефонным разговором. Шутки шутками, но многие, действительно, боятся осознанно разговаривать с сами с собой, так как считают это не совсем нормальным. А ведь внутренний диалог есть не что иное, как саморефлексия, самоанализ,  познание себя.

Давайте будем честны: больше, чем с самими собой, мы не разговариваем ни с кем. То есть мы говорим про себя и сами с собой. Психологи утверждают, что человек говорит именно сам с собой примерно 70 % времени. Наш внутренний голос дает нам советы, учит жить, напоминает о необходимых делах, оценивает наше поведение. Наблюдая за маленькими детьми, родители замечают, что ребенок часто говорит с собой, комментируя свои действия, – таким образом он учится думать на языке. У некоторых людей привычка комментировать свои действия вслух сохраняется.

Внутренний диалог помогает нам  не только «думать словами», но и формировать внутреннюю картину мира. По тому, как человек ведет разговор сам с собой, можно предельно ясно понять, что у него на сердце. Ибо «от избытка сердца говорят уста». Например, человек шел и споткнулся. Что может произнести его внутренний голос? Кто-то мысленно выругается, вспомнит недобрым словом дорожных строителей, кого-то обвинит, а кто-то воспримет это спокойно, со смирением или с юмором, благожелательно и добродушно, мол, какой-то я сегодня невнимательный… Иными словами, содержание внутреннего диалога является хорошей диагностикой нашего духовного состояния. Поэтому очень важно, особенно верующему, периодически уединяться и честно разговаривать с самим собой. В уединении человек себя находит, а с другими, в обществе, проявляется. 

От некоторых священников приходилось слышать, что нередко во время Исповеди люди, вместо покаяния в своих грехах, начинают вести разговоры, в лучшем случае, на духовные темы, а то и вообще скатываются к обсуждению своих бытовых нужд. С помощью разговора с самим собой многие подобные (не относящиеся к Исповеди) вопросы могут быть сняты, и кающимся не будет нужды выносить их на Исповедь. В этом смысле разговор с собой поможет снять нагрузку с исповедующих батюшек, так как люди начнут лучше разбираться в себе. Более того, ученые установили, что разговор с собой помогает человеку держать ситуацию под контролем и избежать необдуманных импульсивных действий. То есть, выражаясь аскетическим языком, он помогает пребывать в состоянии трезвения.

Цель данной статьи – постараться разобраться в том, насколько психологически безопасно разговаривать с самим собой и как этот внутренний диалог использовать для познания себя, а также духовного развития, чтобы возрастать в Боге.

Поэтому первый вопрос, который мы рассмотрим: разговаривать вслух с самим собой – это нормально? Если не принимать во внимание клинические случаи (когда возникают слуховые галлюцинации и прочие психически нездоровые проявления), то это вполне естественно. Однажды специально отобранных космонавтов с высочайшим уровнем психического и физического здоровья проверяли одиночеством: до 45 дней они находились в сурдокамерах, полностью изолированных от шума внешнего мира. В результате космонавты от одиночества начинали сами с собой разговаривать, совершенно не замечая этого. Стало быть, это нормально. Разговор с самим собой, так называемая эгоцентрическая речь вслух, бывает у всех. Это всего лишь мысли вслух. У всех нас эгоцентрическая речь была в раннем детстве. В большинстве случаев она переходит во внутреннюю в возрасте 3-х лет, но бывают исключения. Одна девочка, учась во втором классе, на каждом уроке все задания читала для себя вслух. Остальным ученикам это очень мешало. Тогда ее соседка сзади легонько толкнула ее в спину и сказала: «Маш, читай про себя!» Маша повернулась к ней и сказала: «А тут про меня ничего не написано…» – и продолжила читать задание вслух… При сильном волнении мы также можем высказаться вслух. Бывает, такое учащается в старости.

Специалисты в психологии утверждают, что говорить с самим собой очень полезно: это помогает снять эмоциональное напряжение или «разложить по полочкам» мысли, которые еще не совсем ясны. Психологи предлагают почаще разговаривать с собой о наболевшем, это прекрасно помогает справиться с эмоциональным кризисом. Выразить свои эмоции, назвав их словом, помогает  уменьшить их силу. Многие люди бессознательно используют такие разговоры с собой, чтобы лучше организовать и  сделать более ясными для себя собственные мысли, более качественно все продумать и быстрее принять решение. Даже если не вслух, то мысленно человек может спрашивать себя и сам же отвечать, хотя проще все же это озвучивать. Такой внутренний диалог – отличная профилактика стресса и средство для понимания себя. Также это неплохой инструмент для самовоспитания и мотивирования.

Стоит отметить, что, в отличие от осознанного разговора с самим собой вслух, мысленный внутренний диалог не такой правильный. Он не похож на нашу речь при беседе, как если бы вы разговаривали с кем-то в реальности, ибо  устная и письменная речь более структурированная. Человек думает с быстротой 800 слов в минуту, а говорит со скоростью, в среднем, 100 слов. Поэтому во время, так сказать, размышления, «думания», на самом деле в голове царит хаос: 800 слов в минуту – это очень быстрый темп. Поэтому разговор с самим собой вслух позволяет внести ясность в свою жизнь.  В этом смысле диалог с самим собой – это самоинтервьюирование, взятие интервью у самого себя, способствующее развитию самосознания и самоанализа. Чтобы  понять себя, необходимо научиться разговаривать с самим собой. Обсуждайте сами с собой цели, к которым стремитесь, интервьюируйте себя, честно отвечайте себе: что двигало вами в том или ином поступке или ситуации, для чего вы сделали именно такой выбор?

Внутренний голос, звучащий в нас, строгий, но мягкий и понимающий или, может быть, жесткий и безапелляционный, родом из детства. Эти комментарии действий – чаще всего то, что ребенок регулярно слышал от родителей, и под влиянием чего происходило формирование его самооценки. Если прислушаться, то слова, звучащие в голове взрослого человека, часто имеют очень четкую «первоначальную» принадлежность. Попросите кого-нибудь задуматься, кто произносит в его голове те или иные слова, и, подумав,  человек может удивленно ответить, например: «Так мама говорила!» Стоит отметить, что родители не всегда бывают правы, критикуя свое чадо. Но их слова на всю жизнь запечатлеваются в памяти их ребенка и порой именно поэтому многие склонны заниматься самоедством, приводящим к унынию. Психологи советуют, разговаривая с самим собой, научиться оценивать не столько себя, сколько ситуацию, в которой поступили неверно. Это нужно для того, чтобы не заниматься самобичеванием, а искать конструктивное решение проблемы.

Мышление – это и есть внутренняя коммуникация с самим собой, выстроенная по типу: вопрос-ответ. Как это происходит? Например, у кого-то нарушены отношения с близкими людьми (родителями, супругами, детьми). Если человек задаст себе вопрос: «Почему так происходит?», то, скорее всего, получит ответ. Задавайте себе вопросы и начнете получать интересную и полезную информацию о себе и своих отношениях с другими. На любое ваше недоумение: «Почему я не делаю то или другое?», наверняка, возникнет ответ (ибо такова природа мышления: «вопрос – ответ»), а если нет, то спросите себя: «Что мне мешает получить ответ? Что я еще должен знать? Что я должен у себя самого спросить?» Удивительно, что если человек начнет себя спрашивать и честно себе отвечать, то, вероятно, обнаружит: он никогда не ставил себе целью то, отсутствие чего в жизни подвигло его анализировать себя. Скажем, те же самые теплые отношения с окружающими, которые мы рассматривали в качестве примера. А если человек не ставит себе конкретной цели, то не будет и производить действий в этом направлении – стало быть, его жизнь останется без изменений. Затем ему стоит узнать у себя, почему он не ставил перед собой такую цель и так далее.

Если задавать себе определенные вопросы, то можно выявить те ошибочные мысли и убеждения, которые сдерживают нас на пути духовно-нравственного развития. Иногда, сожалея о некоем своем проступке, человек произносит: «Сам не знаю, что на меня нашло…», то есть он что-то сказал или сделал автоматически, не подумав, а результат этого действия уже необратим. От такой же неосознанности и берутся наши внутренние смыслы и выводы, которые зачастую автоматически выстраивают нашу жизнь не так, как учит Евангелие.

Мы должны направлять свой ум в нужное русло. Стоит задать себе вопрос, и ум начнет подбирать ответы. Ум, так же, как и тело, перерабатывает определенные ресурсы, только работает он с информацией. Единственное, что ждет ум от своего обладателя, – это вопросов. В противном случае он сделает выводы автоматически, потому что никто его не направляет. Повторюсь, механика работы ума очень проста: вопрос – ответ. Вы задаете вопрос, а он ищет ответ (как «поисковик» в интернете). Здесь нет никакой мистики. Речь не идет о том, что ум может дать ответы на все вопросы, но, по крайней мере, он начнет предлагать способы их найти. Начнет побуждать человека к действию (например, начать обучение в той или иной области), и рано или поздно ответы будут найдены. Но часто мы сами не задаем своему уму вопросы, и  он не может дать нам ответы. Само собой разумеется, что нужно молитвенно просить Господа вразумить нас, как нам подобает поступить в том или ином конкретном обстоятельстве.

Если же говорить об общении с самим собой (с позиции психологии), то важно уметь задавать себе вопросы качественно. Это – умение, искусство: научиться задавать правильные вопросы. Под каждую проблему можно создать определенный список вопросов, задавая которые самому себе, можно шаг за шагом вытащить на поверхность, как рыбку из глубины, свою первоначальную мысль, которая взята за основу того или иного убеждения, и увидеть: вот оно, вот то, что я делаю неправильно. Это навык, его надо натренировать. Важно качество вопросов: что спросил, то и получишь. Мы сами выбираем вопросы, которые себе задаем. Ум сам не вмешивается, покуда вы его направляете. Но если вы этого не делаете, то получается не очень хорошая ситуация: ум начинает «включать автопилот», начиная задавать вопросы сам, причем те, которые ему кажутся правильными. Однако ввиду того, что на каждого из нас большое влияние оказывает наш «ветхий человек», то у него самый главный критерий выбора во всех вопросах – это отсутствие боли и страданий. И  тут вся суть дела. Все, что автоматически пытается сделать ваш ум, нацелено на одно: чтобы вам не было больно и не нужно было бы предпринять усилие пойти и сделать то, что вы не умеете, к чему не привыкли, чтобы избежать необходимости заставлять себя чему-то научиться, изменить свое отношение. Так работает неуправляемый ум. Он, если его не направляют, работает в «автоматическом режиме», защищая своего хозяина от боли и всякого дополнительного напряжения. Если мы не задаем ему других критериев, то он пытается «защитить» нас от всего, что только можно. В таком русле протекала жизнь Обломова на диване: больно не будет, никакого беспокойства и лишнего напряжения… Но потом, перед смертью, будет мучительно больно и обидно за бесцельно прожитые годы. В этом смысле разговор с собой вслух учит нас пользоваться своим умом и направлять его. А значит, чтобы в разговоре с собой не сбиться с правильно пути, в своем уме нужно держать слово Божие.

Все святые отцы говорили о важности жить по Священному Писанию. «Тебе и мне Бог Письмо написал», – так говорил о Новом Завете святитель Тихон Задонский. По словам отца Андрея Ткачева, для многих людей Писание не является книгой для постоянного чтения: «Мы не нашли себя в Писании, ведь оно содержит в себе не только приказы, запреты и истории про кого-то. В Писании я тоже есть. Необходимо, чтобы каждый открыл Библию как книгу про меня и для меня и про тех, кто рядом, и про то, что будет. Надо находить разные места из Библии, связанные со своей повседневной жизнью. Этим всем нужно себя бодрить, как свежей водой или холодным душем, этому нужно уметь радоваться. Священное Писание должно лечить верующего, давать силы, радовать человека». Как учил преподобный Серафим Саровский: «Надобно так обучить себя, чтобы ум как бы плавал в Законе Господнем, по руководству которого должно устроять и жизнь свою». Более того, Батюшка Серафим за неделю прочитывал весь Новый Завет и, читая, толковал себе Писание вслух. Заметим, опять же вслух! Поэтому хорошим духовным деланием для современного человека будет вдумчивое чтение Писания и толкования его вслух для самого себя, то есть духовный разговор с собой, на основе Слова Божия.

И еще важный момент: чтобы научиться откровенно разговаривать с другими людьми, сначала нужно научиться честно разговаривать с самим собой.

Диалог героя с самим собой. Литературные зеркала

Диалог героя с самим собой

Совсем иное дело, если взаимодействие человека со своим отражением, копии с оригиналом становится главным содержанием сюжета.

Друг мой, друг мой,

Я очень и очень болен.

Сам не знаю, откуда взялась эта боль.

То ли ветер свистит

Над пустым и безлюдным полем,

То ль, как рощу в сентябрь,

Осыпает мозги алкоголь.

Голова моя машет ушами,

Как крыльями птица.

Ей на шее ноги

Маячить больше невмочь.

Черный человек,

Черный, черный,

Черный человек

На кровать ко мне садится,

Черный человек.

Спать не дает мне всю ночь.

Черный человек

Водит пальцем по мерзкой книге

И, гнусавя надо мной,

Как над усопшим монах,

Читает мне жизнь

Какого-то прохвоста и забулдыги,

Нагоняя на душу тоску и страх.

Черный человек,

Черный, черный!

«Слушай, слушай,

Бормочет он мне,

В книге много прекраснейших

Мыслей и планов…»

При первом чтении есенинской поэмы эти строки вызывают предчувствие: вот-вот романтический незнакомец сбросит маску, и начнутся встречи, объяснения, загадки, погони, потасовки, победы — авантюрное раздолье. Ан нет, ждет нас поворот — да не тот.

«Черный человек!

Ты прескверный гость.

Эта слава давно

Про тебя разносится».

Я взбешен, разъярен,

И летит моя трость

Прямо к морде его,

В переносицу…

…Месяц умер,

Синеет в окошко рассвет.

Ах ты, ночь!

Что ты, ночь, наковеркала?

Я в цилиндре стою.

Никого со мной нет.

Я один…

И разбитое зеркало…

Формула двойничества для ситуации «человек перед зеркалом» получает совершенно новый, перевернутый вид: 1= 1+1. Теперь двойничество и на самом деле оказывается доминантой действия, образом действия, а в конечном счете — и самим действием, готовым перейти в полное бездействие.

Предмет художественного анализа здесь — кризис личности, доходящий до крайностей раздвоения, таких, как духовный коллапс, паралич, крах.

Но внутреннее давление под колпаком замкнутой субъективности повышается и повышается, силовые нагрузки на ее хрупкую оболочку увеличиваются в лавинной прогрессии — и вот уже летят в разные стороны (я бы сказал, не боясь кощунства, — прямо к черту) осколки некогда цельного «я» с его целесообразностью, универсальностью и гармонией.

Личность одновременно как бы разрастается — раньше было одно «я», а ныне их уже два — и уменьшается, потому что первоначальное «я» в идеале вмещает весь наш огромный мир, а каждое из двух новых «я» до отказа заполнено своим двойником, занято тавтологическими делами меланхолии и рефлексии, игрой в поддавки, в прятки, в сыщики-разбойники. Для этого «я» существует лишь другое «я» — и наоборот, так что происходящий диалог неизбежно сводится к выяснению взаимных отношений — пускай не в тех пародийных формах, какие чуть выше были намечены, а в поистине драматических или даже трагедийных.

Понятно, я не имею в виду буквальный диалог, когда герой садится на стул перед своим двойником, как пациент перед врачом, грешник перед исповедником или преступник перед удачливым следователем, и затевает душеспасительную беседу, клонящуюся к реанимации погибающей души. Этические симметрии приспосабливают к своим надобностям любые, в том числе и самые несимметричные художественные ситуации. Но если уж личность распалась на два «я», то куда бы ни занесло «половинку», она будет, делая для отвода глаз что угодно, что автору заблагорассудилось, думать на самом-то деле об одном: о проблемах второй «половинки».

Персонификация раздвоения — так, вероятно, должен быть определен замысел этой начинающейся у зеркала психологической драмы; двойник героя, обретя материальную субстанцию, тотчас выламывается за рамки своего оптического плена — в плоскостном зеркальном мире ему тесно, там он обуздан укороченным поводком чужих решений и поступков. Выйдя из зеркала, он получает свободу.

Истинной свободой она, впрочем, не является, как всякая демократия на бумаге, поскольку монополия на место под солнцем неразделимо принадлежит первому — и единственному — герою. Но, с другой стороны, это именно свобода — иначе никакого развития в произведении не наблюдалось бы, никакой сюжет не закручивался бы и не раскручивался, никакие события не происходили бы топтался бы герой на полутораметровом пятачке перед трюмо наедине со своими раздумьями, а писатель, протоколируя сей немой дуэт, осознавал бы постепенно, что от романа до трактата — один шаг.

Второе «я» имеет поэтому обыкновение, симулируя самостоятельность, гримироваться под некое «не я». В результате перед нами ходят как бы двое, и еще долго нам придется мудрить, чтоб обрести окончательный вывод; один в романе работает за двоих.

Принимаясь за рассказ Эдгара По «Вильям Вильсон», мы попадаем в атмосферу тщательно документированного правдоподобия. Подробно выписаны детали психологической атмосферы, окружавшей героя в детстве, с намеренной точностью охарактеризована его наследственность («я отпрыск рода, все представители которого отличались легко возбудимым воображением и темпераментом»), воссозданы с викторианской дотошностью архитектурные и бытовые декорации школьной жизни. Немногие штрихи другой тональности принадлежат как бы к авантюрной палитре («в углу массивной стены хмурились еще более массивные ворота»). Но и они вводятся неторопливо, обстоятельно, прочно, с такой подразумеваемой подоплекой, что, мол, если уж снисходить до приключений, то до приключений в духе Вальтера Скотта, а не Александра Дюма-отца.

И вдруг появляется новый персонаж — с откровенным намерением втереться к главному герою то ли в партнерство, то ли в симметрию. Ждем, что автор переменит тон, выказывая эйфорию мистификатора, готовящего, потирая от удовольствия руки, комедию ошибок. Ан нет, рассказ развивается в прежнем эпическом ключе. Реалистические краски подгрунтовываются романтическими, романтические — реалистическими, но господствующим в рассказе изобразительным законом остается претензия на крайнюю, исчерпывающую, предельную объективность. Так пишут о вещах абсолютно достоверных, об исторических фактах, засвидетельствованных очевидцами.

«Говоря по правде, своей пылкостью, энтузиазмом и властностью натуры я скоро начал выделяться среди однокашников и постепенно, но естественно стал главенствовать надо всеми, кто не очень превосходил меня годами, — за единственным исключением. Исключение это составлял некий ученик, который, хотя и не находился в родстве со мною, но носил то же имя и ту же фамилию, что и я… Только мой тезка, единственный из тех, что образовывали, по школьной фразеологии, „наш круг“, осмеливался состязаться со мною в классных занятиях, в играх и потасовках на рекреационной площадке, отказывался слепо верить моим суждениям и повиноваться моим приказам короче, он тщился противостоять моей воле в любой области…

Бунт Вильсона повергал меня в величайшую растерянность; тем более, что, невзирая на браваду, с каковою при посторонних я обходился с ним и его притязаниями, я втайне чувствовал, что боюсь его, и не мог не сознавать, что равенство со мною, которого он так легко достиг, — доказательство его несомненного превосходства, ибо я не был им побежден лишь ценою постоянной борьбы. И все же это превосходство — даже это равенство — на самом деле было признано лишь мною самим; наши однокашники, по какой-то непостижимой слепоте, казалось, и не подозревали об этом. И в самом деле, его соперничество, его сопротивление и в особенности его дерзкое и упрямое вмешательство в мои намерения были столь же скрыты, сколь и недвусмысленны. Он казался лишенным и честолюбия, толкавшего меня главенствовать, и яростной энергии, делавшей мое главенство достижимым. Можно было предположить, что его соперничество вызывалось единственно капризным желанием обескуражить, ошеломить или подавить меня; хотя временами я не мог не заметить со смешанным чувством изумления, униженности и раздраженности, что со своими оскорблениями, обидами и противоречиями он сочетал некую им решительно не соответствующую и, разумеется, весьма мне неприятную сердечность обращения. Я мог только предположить, что это непонятное поведение было порождено законченным самодовольством, принявшим вульгарное обличие покровительства и заступничества».

Повествователь — аналитик, он старается высмотреть и рассмотреть каждый мало-мальски важный факт, уловить причины и следствия событий, сопоставить наблюдаемый материал со своими соображениями, — и подвергнуть его проверке скепсисом. Последнее существенно. Выкладки героя-повествователя, благодаря его осторожной, на цыпочках, манере рассуждать — с альтернативными вариантами, с колебаниями, с гипотетическими вывертами, приобретают исследовательский и научный вес. Перед нами тот случай, когда сомнение толкуется не в пользу подсудимого, как требует уголовный кодекс, а в пользу сомневающегося, создавая ему репутацию рационалиста.

Загадочные появления Вильяма Вильсона второго, этого летучего моралиста, выходца из потусторонности, воспринимались бы как мистика, кабы не естествоиспытательский тон Вильяма Вильсона первого. Нет, он не пытается исказить картину происшедшего, замаскировать или приуменьшить свою вину — он добросовестно сообщает слушателю подробность за подробностью, словно бы обосновывая свое назревающее открытие — и трагическое поражение.

«Плачевное положение моей жертвы повергло всех в растерянность и уныние; и на некоторое время воцарилось глубокое молчание; пока оно длилось, я не мог не почувствовать, как щеки мои пылают под горящими, презрительными взорами менее развращенных из нашей компании. Признаюсь даже, что на краткий миг невыносимый груз волнения был снят с моей груди внезапно и необычайно последовавшим вмешательством. Широкие, тяжелые складные двери стремительным рывком распахнулись настежь, что, как по волшебству, враз погасило все свечи в комнате. Пока они еще горели, мы едва успели заметить, что вошел незнакомец, примерно моего роста, наглухо закутанный в плащ. Темнота, однако, была полная; и мы могли только чувствовать, что он стоит среди нас. Прежде, чем мы оправились от крайнего изумления, рожденного подобной бесцеремонностью, мы услышали голос незваного гостя.

— Джентльмены, — сказал он тихим, отчетливым, незабываемым шепотом, от которого озноб пронизал меня до мозга костей, — джентльмены, прошу простить мое поведение, но меня зовет к нему мой долг. Без сомнения, вы не осведомлены относительно истинной сущности лица, только что выигравшего у лорда Гленденнинга крупную сумму в экарте. Вследствие этого я сообщу вам, как скорейшим и вернейшим способом почерпнуть эти самонужнейшие сведения. Соблаговолите осмотреть подкладку обшлага на его левом рукаве…

Пока он говорил, стояла такая тишина, что можно было бы услышать, как упадет на пол булавка. Окончив, он тотчас исчез — столь же внезапно, сколь и появился».

Незнакомец, преследующий героя, вызывает у того столь сильное любопытство и столь активную неприязнь, что навлекает на себя ответное преследование. Возникает иллюзия (или даже прочное чувство), будто не «второй» ищет «первого», а сам «первый» нарывается на «второго», домогается «второго», пересекается со «вторым». Эта интеллектуальная погоня создает специфический драматизм, характерный для литературы тайн: герою нужен ключ к секретам противника, а противник изобретательно защищается — и защищает свою непознаваемость, равнозначную в таком контексте безопасности.

По существу, уже в «Вильяме Вильсоне», за много месяцев до «Убийства на улице Морг», «Тайны Мари Роже» или «Золотого жука», Эдгар По ведет апробацию сюжетной схемы детективного жанра. Более того, он предвосхищает самые изощренные выдумки своих продолжателей и продолжательниц, в том числе Агаты Кристи, доверившей в «Роджере Экройде» рассказ об убийстве и раскрытие убийства самому убийце. Вильям Вильсон — не только преследователь своего преследователя, не только преследуемый, но еще и жертва преступления, еще и его исполнитель.

Другой сюжетный изыск новеллы. Преступление — главное, коронное, то, ради которого повествователь взялся за свой труд, — происходит в развязке рассказа, а не в завязке; и через преступление загадка разгадывается, а не загадывается, как это бывает в детективных историях.

«Может быть, загадка рассказа — всего лишь иносказание, декоративная красивость, риторическая фигура, позволяющая автору завуалированным способом подать очевидное?» — такой вопрос часто появляется у читателя, позабывшего «Вильяма Вильсона» за давностью знакомства.

Возьмитесь за «Вильяма Вильсона» вновь, и опять пафосом откровенности, удивленного прямодушия поразит эта исповедь: «И вновь и вновь, в сокровенных беседах с моей душою, задавал я вопросы: „Кто он? — откуда он? — чего добивается?“ Но я не мог найти ответа. И я разбирал до мельчайших подробностей виды, способы, главные черты его дерзновенного надзора. Но я располагал слишком малым, чтобы строить какие-либо догадки. Правда, можно было усмотреть, что все многочисленные разы, когда путь его скрещивался с моим, он срывал те из моих замыслов или препятствовал тем из моих деяний, что, в случае удачи, могли бы обернуться большим злом. Но, ей-ей, плохое это оправдание для того, чтобы столь самовластно мною распоряжаться! Плохое возмещение за столь назойливое, столь оскорбительное попрание моего естественного права поступать, как мне заблагорассудится!

Я также вынужден был заметить, что мой мучитель в течение весьма длительного времени (при этом чудесно и тщательно соблюдая свою прихоть одеваться совершенно тождественно со мною) умудрялся при всех многообразных вмешательствах в мое волеизъявление ни на один миг не показать мне свое лицо».

Посмотрите, как истово сетует на темноту тот, кто мог бы, скорее, чем любой другой комментатор, вывести нас на свет! Как предметны его сомнения! А страхи — как они аргументированы реальными, осязаемыми обстоятельствами! Нет, преследователь Вильсона — не аллегория (аллегорические оппоненты ведут себя иначе) и не иллюстративный резонер, скучный глашатай нравоучительных прописей… Вильяму Вильсону противостоит Вильям Вильсон. Второй — первый: все это фикции. Есть один-единственный Вильям Вильсон.

Впрочем, один ли? В заключительных эпизодах рассказа автор жонглирует ответами на этот вопрос, заставляя нас вспомнить о кознях сатаны, без которых, конечно же, не обходятся — не могут обходиться — операции над человеческой душой.

Смотрите! Сейчас их двое: «В полном бешенстве бросился я на чинившего мне препоны и яростно схватил его за воротник. Одет он был, как я и ожидал, совсем как я, в испанский плащ из синего бархата, с пунцовым поясом вокруг талии, к которому была привешена рапира. Черная шелковая маска полностью скрывала его лицо.

— Негодяй! — сказал я голосом, хриплым от ярости… Войдя в маленькую прихожую, я исступленно отшвырнул его… Приказал ему защищаться. Он… молча обнажил клинок и стал в позицию.

Да, поединок был недолог. Меня охватили все виды необузданного волнения, и в одной руке я ощутил энергию и силу целой толпы. Я с бешеным напором прижал его к стене и, видя его целиком в моей власти, обуянный звериной яростью, несколько раз вонзил клинок ему в грудь».

Да, их двое — в этом нельзя усомниться… Но вот очистительная передышка: «В это мгновенье кто-то попытался открыть дверь. Я поспешил предотвратить вторжение, после чего немедленно вернулся к моему умирающему противнику…»

И ситуация за это время переживает кризис, больше того, переворот: «…Какая человеческая речь способна в достойной мере передать то изумление, тот испуг, что испытал я при зрелище, мне представшем? Краткого мига, пока я повернулся к двери, оказалось достаточным, дабы, по всей видимости, произвести существенную перемену в дальнем конце комнаты. Большое зеркало — так вначале померещилось мне в смятении — стояло там, где я его ранее не замечал; и, когда, исполненный крайнего ужаса, я стал подходить к нему, мой собственный образ, но с побледневшими, обрызганными кровью чертами двинулся мне навстречу слабой, шатающейся походкой».

— Ага! — восклицаем мы догадливо. — Значит, все-таки под личиной незнакомца выступает с самого начала лучшая, безгрешная половина грешной души, а весь этот маскарад автору понадобился ради занимательности. Согласитесь, что авантюрный конфликт, сочный спектакль со шпагами и кровью, представляет доя искушенного читателя больший интерес, нежели басенный, с отмеренной на аптечных весах бледнокровной моралью!

Но автор отнимает у нас даже эту соломинку — последний шанс на рационалистическое понимание рассказа. Буквально в следующем же абзаце мы читаем: «Я говорю: так мне померещилось, но так не было. Это был мой противник — это был Вильсон, и он стоял передо мною, терзаем предсмертной мукой. Его маска и плащ лежали на полу, где он их бросил». И опять конвульсивное движение в противоположную сторону: «Каждая нить в его одеянии — каждая линия в безошибочно узнаваемых, неповторимых чертах его лица полностью, абсолютно совпадали с моими собственными!»

И снова назад, к разрыву, но тут же, на полувздохе, не докончив фразу, обратно, к синтезу: «Это был Вильсон; но он более не шептал, и я мог бы представить, что говорю я сам, когда он промолвил:

„Ты победил, и я сдаюсь. Но отныне мертв и ты — мертв для Земли, для Неба, для Надежды! Во мне ты существовал — и убедись по этому облику, по твоему собственному облику, сколь бесповоротно смертью моей ты погубил себя“».

Монолог незнакомца возвращает нас к эпиграфу, который, как и все эпиграфы, поначалу задевает читательское сознание только по касательной. Но, отбрасывая эпиграф поначалу, к нему возвращаются под конец, когда обнаруживается концептуальная недостаточность событийной информации — или, говоря попросту, остается неясным, что же все-таки хотел сказать своим сочинением автор. Тут-то всплывают в памяти скромные строчки мелкого шрифта, нахохлившиеся под заголовком, точно ворон под дождем. Между текстом и эпиграфом завязываются зеркальные переговоры…

«Вильяму Вильсону» предпослан отрывок из английского поэта XVII века Чемберлена:

Об этом что сказать? Что скажет совесть,

Угрюмый призрак на пути моем?

Что ж, теорема сама себя доказывает: формулировкой, исходным условием, четко поставленным тезисом — иногда даже лучше, чем целая система аргументов (особенно после того, как эти аргументы высказаны). Вильям Вильсон на протяжении всего рассказа воюет со своей совестью. Или совесть воюет с Вильямом Вильсоном.

Инсценировка психологических состояний — жанр одновременно романтический и рационалистический. Точная литературная реализация творческой натуры Эдгара По. Синтез тех же двух тенденций, романтической и реалистической, характерен для Стивенсона. Стивенсон — как бы английский двойник По. Очевидна близость «Острова сокровищ» к «Золотому жуку». Столь же очевидно сходство «Странной истории доктора Джекила и мистера Хайда» с «Вильямом Вильсоном».

Стоит нам остаться наедине с доктором Джекилом как с первым лицом, как с «я», а ему очутиться перед зеркалом — и мы слышим знакомый голос Вильяма Вильсона, одолеваемого своей рефлексией и своим настойчивым оппонентом: «…Я понял, что каждый человек на самом деле не един, но двоичен… В своей личности абсолютную и изначальную двойственность человека я обнаружил в сфере нравственности. Наблюдая в себе соперничество двух противоположных натур, я понял, что назвать каждую из них своей я могу только потому, что и та и другая равно составляют меня; еще задолго до того, как мои научные изыскания открыли передо мной практическую возможность такого чуда, я с наслаждением, точно заветной мечте, предавался мыслям о полном разделении этих двух элементов. Если бы только, говорил я себе, их можно было расселить в отдельные тела, жизнь освободилась бы от всего, что делает ее невыносимой; дурной близнец пошел бы своим путем, свободный от высоких стремлений и угрызений совести добродетельного двойника, а тот мог бы спокойно и неуклонно идти своей благой стезей, творя добро согласно своим наклонностям и не опасаясь более позора и кары, которые прежде мог бы навлечь на него соседствовавший с ним носитель зла».

Правда, терминология у доктора Джекила не та, что у Вильяма Вильсона. Американский предшественник довольствуется лексикой и позицией наивного реалиста: что вижу, то и констатирую, всхлипывая от ужаса при виде сверхъестественного. Английский последователь, омытый волнами промышленной революции девятнадцатого века, изъясняется на жестком, экономичном, позитивистском языке, так, чтобы слово было уже как бы и самой мыслью. Сверхъестественное для него — эманация самого что ни на есть естественного, которую нетрудно заключить в лабораторную пробирку.

Произведения о двойниках оказываются произведениями-двойниками: последующее повторяет важные моменты предыдущего, уточняя и переиначивая их применительно к новому замыслу. Действуют уже знакомые нам законы пародирования без пародии. По эстафете литературных влияний передается от романа к роману сюжетный блок «человек в конфликте с воображаемым автопортретом».

Субъективное двойничество, при котором человек осознает свой внутренний раскол и даже закрепляет его в образах, — наиболее категоричная форма более общего и достаточно распространенного представления о многогранности героя. На этой предпосылке (и на ее утрировке) основаны многие сюжеты, наделяющие действующих лиц двумя жизнями, «светской» и «теневой», открытой и потаенной, двумя индивидуальностями, «для всех» и «для себя», внешней, парадной, и внутренней, подлинной.

Примеры двойной жизни без труда отыскиваются в прозе Гофмана. Искусный ювелир Кардильяк из рассказа «Мадемуазель де Скюдери» является одновременно кровожадным преступником — он так любит свои изделия, что убивает клиентов, дабы вернуть себе очередной шедевр. «Ночной» Кардильяк — такая же реальность, как и «дневной». Никаких попыток объявиться самому себе кем-то третьим, посторонним герой не предпринимает. Третий — лишний. Так не без оснований думает Кардильяк, откровенно считающий себя уголовником (коему свидетели не нужны).

Герой с двойной жизнью определяет природу целых жанров, прежде всего тех, что зависимы от тайны, организованы тайной, ориентированы на тайну. Если бы коварный злодей из готического романа, хладнокровный хитрец из авантюрного, убийца из детективного честно признались нам на первых же страницах первой главы, что они собой на самом деле представляют, произведение не состоялось бы. То есть, возможно, было бы написано нечто другое — но именно другое, в другом роде, в другой тональности, с другой системой мотиваций.

Установка на двойничество — принципиальная художественная позиция Гофмана. И. Миримский говорит об этом так: «Все романтические герои Гофмана — двоедумы, страдающие „самой странной и вместе с тем опасной болезнью“ „хроническим дуализмом“, душевной раздвоенностью. В каждом из них живут две души, постоянно враждующие друг с другом: земная и небесная, прозаическая и поэтическая. Но одной внутренней двойственности для Гофмана оказывается недостаточно. Он, как хирург, отделяет живущего в его герое „голодного оппонента“, который не хочет питаться только „солнечными лучами“ и вечным томлением, от его романтического соседа и дает ему самостоятельное существование в образе двойника. Двойничество, которое в медицине известно как род душевной болезни, как психическое раздвоение личности, становится одним из излюбленных мотивов Гофмана и является подступом к его „кошмарной“ фантастике»[29].

Мы не будем здесь изучать перипетии двойной жизни у Гофмана — эта тема отвлечет нас от зеркала в его образной конкретности. Отметим лишь, что этическую и эстетическую симметрию великий романтик утверждает сугубо зеркальными средствами.

Словом, двойничество обязано зеркалу весьма многим, если не вообще самим своим существованием. Человек пред зеркалом — зримая формула двойничества. Но, минуя, как поезд станции и полустанки, огонь, воду и медные трубы самых невообразимых (и, наоборот, предельно банальных) сюжетов, двойничество преодолевает рабскую зависимость от этой схемы.

С философской точки зрения, двойничество — частная разновидность дуализма. А ведь дуализм предполагает как симметричные варианты двойственности, так и асимметричные. Дуализм — это парность на началах сходства, но дуализм — это и парность на основе различия. Так формируется дуализм контрастов: добро — зло, белое — черное, небо — земля, умный глупый, тело — душа, творец — произведение.

Можно импровизировать в том же ключе и дальше — по мотивам искусства: Дон Кихот — Санчо Панса, Робинзон Крузо — Пятница, Штепсель — Тарапунька, Пат — Паташон. И так далее. Соотнесем одного партнера по дуэту с другим по шкале зеркальных соответствий. Получится забавно: каждая точка оригинала (предположим, что оригинал — это «хозяин», рыцарь, а слуга, оруженосец и т. п. — это копия) обретет себе аналог в некой точке отражения, но аналог перевернутый, преображенный.

Нечто похожее мы наблюдаем в эпиграмме. Там, правда, меняется лишь оценка, плюс превращается в минус, само явление переходит из актива в пассив, из прихода в расход. А здесь по тому же принципу обновляется окружающий мир, меняется самая плоть явления — и, меняясь, сохраняется, потому что идея контраста объединяет обе стороны оппозиции. Когда мы говорим: «Этот толстый коротышка нуждается в напарнике — кого бы подобрать: так, чтоб все было у него наоборот?!» — на публику мимоходом выдается словесный портрет искомого кандидата — готовенький! Значит, здесь нужен тощий верзила. Если же на арену романа выезжает именно такой: долговязый и тощий, заявляя во всеуслышание, что подбирает себе попутчика и лакея и т. п., то, конечно, на зов с радостью откликнется толстый коротышка.

С легкой руки М. М. Бахтина к началу б0-х годов у нас в литературоведении закрепился термин швейцарского психиатра Э. Блейлера «амбивалентность» — характеристика двойственных, полярно противоположных чувств. И мне сейчас, когда я хочу перейти от внешних различий между героями к внутренним, трудно без него обойтись. Ибо двойничество склонно переключать физические диссонансы в диапазон психических, превращая невинно-карикатурные пары в принципиально-амбивалентные.

Возвышенный идеалист Дон Кихот состоит в альянсе с грубым материалистом Санчо Пансой. Этот «идейный» контраст закрепляется контрастами «показными», «театральными», рассчитанными на ту публику, которая ржет при виде Пата и Паташона, только потому, что один из них длинный, а другой — короткий. И сам их закрепляет. Но вполне возможны (и распространены) и чисто внутренние дуэты: противоположности, как утверждает поговорка, сходятся.

Надо ли в этом случае тревожить идею двойничества? С одной стороны, амбивалентные пары — расплывчатая категория, они заселяют всю литературу от края и до края (в конце концов, всякая любовная пара представляет собой эксперимент на ниве амбивалентности). С другой стороны, определенные комические (и философские) эффекты достигаются как раз при помощи амбивалентных близнецов. И в этом амплуа они, наши близнецы, обнаруживают хваткий профессионализм, добрую наследственность, то, о чем ремесленники говорят: «Берешь в руки — держишь вещь!» Их приемы отработаны, их реплики выношены, их мышцы натренированы. Квалификация, выпестованная традицией! И, право же, отрицать их художественную автономию так же смешно и ошибочно, как закрывать глаза на существование прославленных дуэтов: Фауст Мефистофель, Пиквик — Джингль, Обломов — Штольц, Остап Бендер Воробьянинов.

Формула этой пары не содержит ни грана иррационализма: 1+1=2. Или даже так: 1+1=1+1. Иначе говоря, на сей раз два человека, сколь бы много «зависимых независимостей» между ними ни сыскалось, все равно выступают на поприще мировой истории и художественной литературы как два человека. Есть ли в таких соотношениях хотя бы элемент двойничества? Если и есть, то такой же, какой присутствует в любой молекуле человеческого общества — кроме той, какую Робинзон обрел на необитаемом острове. Да и там вскоре Пятница сыщется.

Дуализм, однако, более серьезная материя, нежели простое двойничество и простая амбивалентность (бывает ли она простой?). Не будем сводить его к элементарному плоскостному контрасту. Фауст и Мефистофель являют нам противоречия масштаба поистине вселенского — и, хотя зеркало теоретически может объять даже необъятное, практически из этого диалога оно исключено или посажено на скудную функцию технического секретаря, регулирующего связь между вопросами и ответами.

Герой одноименного романа М. Шелли Франкенштейн — и его создание, убивающее своего творца, учитель и ученик, отцы и дети, человек и его дело. Вот расширяющаяся вселенная, которую открывает перед нами такое свободное толкование дуализма: отпечаток личности лежит на каждом ее проявлении, будь то акция, продукт, отзвук, опосредованное вмешательство или даже принципиальное невмешательство. Что ж, отражение как общее свойство материи (отмеченное В. И. Лениным) так или иначе дает о себе знать и в области причинно-следственных зависимостей: следствия связаны зеркальной нитью с причинами.

Герой-причина и герой-следствие (понимая под следствием не род занятий на какой-нибудь административно-полицейской должности, а лишь место в дуэте) — эти фигуры описывают распространенную модель дуализма. В этической области контрастное двойничество часто располагается по оси «добро — зло» или по другой: «активность — бездеятельность». В эстетической — отражает оппозицию «красота — безобразие».

Подобно тому как местом в социальной иерархии определяется в классовом обществе ценность индивида, место в художественном конфликте наделяет героя определенным весом, конкретной значимостью, такой или этакой позицией, локализацией, ролью. Контрастирующие двойники выступают сподвижниками и союзниками, как Дон Кихот и Санчо Панса, или сосуществующими противниками, как Фауст и Мефистофель, или ожесточенными врагами, как многочисленные «гомункулюсы», «големы», роботы и их изобретатели.

Мы ступили — и уже довольно давно — на зыбкую почву, где двойничество временами исчезает, истаивает, вступает в иные состояния вплоть до противоположных, а зеркало превращается из символа подобий в знак контрастов. Словом, перед нами предел, за которым начинается царство бессмыслицы.

И все же необходимо напомнить еще об одной — вездесущей — форме двойничества. О пропорции между различными раскрытиями одного и того же человека во времени. Утром N представляет собой предварительную версию того, что он явит человечеству (и себе) днем, днем он не таков, как вечером, вечером не таков, каким будет завтра. Идет развитие индивидуальности — сколь бы медлительным оно ни было, процесс неостановим. Развитие же — это нагнетание подобий, а на их фоне — и различий, поправок к исходному образу. Каждый человек, с такой точки зрения, — вереница двойников, накапливающих друг по отношению к другу крупицы противоречий, пока на исходе времени не возникнет новая персона, контрастный вариант своего вчерашнего (или позапрошлогоднего) предка.

Мы не станем рассматривать сей тип двойничества как самостоятельный, потому что, приняв его всерьез, придется прилаживать к нему, подгонять под него всю литературу, как бы переводя ее на двоичную систему исчисления.

Разговаривающие сами с собой люди научат искусственный интеллект поддерживать беседу

Fight Club / 20th Century Fox, 1999

Британские разработчики предложили новый способ обучения искусственного интеллекта ведению беседы. Для этого они попросили людей поговорить с самим собой. Полученные диалоги, как сообщается в препринте, опубликованном на arXiv, намного эффективнее походит для обучения, чем, к примеру, корпус субтитров к фильмам. Из собранных данных исследователи также собрали корпус объемом 3,6 миллиона слов, включающий диалоги на 23 различные темы.

Голосовые помощники становятся умнее с каждым годом, но все еще имеют важный недостаток, а именно — не умеют качественно поддержать беседу. Это ограничение влияет не только на работу поддерживающих их сервисов, но также и на то, что без натурально выстроенного диалога искусственный интеллект никогда не сможет пройти тест Тьюринга. Конечно, всегда можно выбрать упрощенный вариант — к примеру, абстрактные фразы вроде «я не знаю» — но качественным диалогом назвать это удастся с трудом.

Главная причина этого недостатка — обучающая выборка. Для эффективного поддержания беседы компьютеру необходимо научиться вести диалог на миллионах настоящих человеческих бесед, но собрать достаточный корпус не так просто. В январе разработчики из Facebook собрали корпус из 160 тысяч отрывков диалогов: для этого они просили добровольцев общаться друг с другом от лица выдуманных персон. Результаты обученного на собранных данных чат-бота оказались вполне натуральными.

Другой способ создания корпуса диалогов предложили исследователи из Эдинбургского университета под руководством Иоакима Файнберга (Joachim Fainberg). Для этого они наняли людей с краудсорсинговой платформы Amazon’s Mechanical Turk и попросили их поговорить с самим собой на заданную тему: например, про кино, музыку или литературу. Весь диалог должен был состоять максимум из десяти реплик, а одна реплика была ограничена одним-двумя предложениями.

Пример диалога (тема: диснеевские фильмы)

1: Какой твой любимый фильм?

2: Думаю, что «Красавица и чудовище».

1: Это который новый?

2: Не, я про мультфильм. Просто он такой волшебный

1: А какой твой любимый фильм вообще?

2: Думаю, что «Звуки музыки».

1: Серьезно? Кроме как в мультфильмах и всем прочем мюзиклы меня не очень впечатляют.

2: Я люблю мюзиклы. Мне очень понравился «Призрак оперы».

Оказалось, что создание корпуса на основе диалогов с самим собой — эффективный метод с точки зрения используемых ресурсов. Для того, чтобы собрать корпус из настоящих диалогов, во-первых, нужно больше людей. Во-вторых, участникам часто приходится ждать ответа собеседника, что отнимает много времени. Использование для создания корпуса диалогов с самим собой позволило сократить общее время создания одного отрывка с 14,9 минуты до 6,5 минуты.

Всего в создании корпуса приняли участие 2717 человек, каждый из которых в среднем создал девять диалогов. Корпус содержит 141945 реплик и более трех миллионов слов, а заданные 23 темы касаются культуры и спорта и включают в себя бейсбол, футбол, «Звездные войны» и фильмы про супергероев.

Собрав корпус, ученые решили опробовать его в действии, обучив на нем чат-бота и сравнив его работу с таким же чат-ботом, обученном на корпусе OpenSubtitles. Диалоги, полученные после обучения на новом корпусе, как отметили авторы, получились более натуральными: 

Пример диалога (SD — корпус диалогов, OS — OpenSubtitles)

Какой твой любимый фильм о Гарри Поттере?

OS: Неплохо, Гойл!

SD: Мне все нравятся!

Скачать корпус можно в репозитории исследователей на GitHub.

Диалоги людей можно использовать не только для обучения искусственного интеллекта говорить. Недавно американские исследователи из MIT научили нейросеть диагностировать депрессию по речи пациента.

Елизавета Ивтушок

Ирина Чайковская: В диалоге с самим собой. Спектакль о Пастернаке и его женщинах в театре «Диалог»

 

С кем протекли его боренья?

С самим собой, с самим собой

 Борис Пастернак. Художник

Четыре дня как прошел спектакль, а не отпускает. Думаю, возвращаюсь к стихам, интонациям, к тем образам, которые возникли перед нами 24 сентября на сцене Внебродвейского театра, до отказа заполненного зрителями. 

На афише возле театра в тот день значилось:

 Театр «Диалог» представляет: 

«Поверх барьеров». Размышления на темы любви. Борис Пастернак и его музы.

Сценарий и постановка – Ирина Волкович. В ролях – Рустем Галич, Снежана Чернова, Лиза Каймин, Инна Есилевская

Музыка Шопена, Скрябина, Брамса, Харра

 Главной неожиданностью в спектакле стал для меня Борис Пастернак в исполнении Рустема Галича. Видела актера до того – красивый, высокий, современный.

Знала, что в пьесе, которую на материале стихов, писем и воспоминаний создала Ирина Волкович, основатель и руководитель театра, отмечающего в этом году свой 15-летний юбилей, речь идет о трех любовях поэта – его первой жене Евгении Лурье, второй — Зинаиде Нейгауз и возлюбленной Ольге Ивинской.

 Можно было предположить, что тема «Пастернак и женщины» будет решена довольно просто: нахлынула любовь-страсть, закружила, заворожила, отозвалась стихами, но через некоторое время отпустила – чтобы дать место новой… Привычная схема. Поэт в этой схеме выглядит немного опереточно или даже комически-зловеще — как фонарный столб, приманивающий прелестных бабочек, для которых ночное свидание, как известно, кончается плохо. 

В спектакле однако не было этого шаблона. Актер показал нам поразительную внутреннюю жизнь своего героя, его боренья с самим собой, делающие его натурой страдательной и драматичной.

У меня даже возникла мысль, что спектакль – некая мистерия, посвященная не столько радостям, сколько мукам любви, сопряженным с муками совести, вызванным роковой необходимостью во имя своего чувства оставить (язык не поворачивается сказать «предать») друга и бывшую жену с сыном, а затем повторить это же со своей второй женой, когда судьба посылает новую любовь. Но и новая любовь сопровождается душевными муками, раскаянием и раздвоенностью. 

Когда-то рецензию на книгу о Пастернаке Дмитрия Быкова я назвала блоковским определением поэта «Дитя добра и света». Бесспорно в образе, созданном Рустемом Галичем, живут свет и тепло, но подспудно — на фоне поисков «оснований, корней и сердцевины», размышлений о свойствах страсти, в бореньях и терзаниях самопостижения.

Нет, не зря Борис Пастернак переводил «Фауста». Не потому ли так самоуглубленно, без единой пафосной ноты, порой с закрытыми глазами читаются актером стихи? Так приглушена и глубока его интонация? Рустем Галич становится камертоном спектакля, поверяющим его глубину и драматизм, ведущим, — но одновременно ведомым, ибо он — «поле сраженья» трех женщин. 

Трудно вживаться в роль, состоящую из строчек писем и стихов! Гораздо легче все это «просто прочитать», играя тембром, не вкладывая в слова никакого подтекста и внутреннего смятения!

Но актеры театра «Диалог» – не читают текст, они живут жизнью своих героев, в их персонажах течет живая кровь, а не клюквенный сок. Приходят на ум строчки Пастернака, противопоставляющего «читку» и «полную гибель всерьез».

 Воздам должное пьесе Ирины Волкович — ею выбраны именно те моменты, на которых стоило остановиться, именно те стихи, которым должно прозвучать. Текст, как рассказывает автор, искался параллельно со звуком, музыкой, сопровождавшей жизнь Пастернака. Естественно, это Шопен, который «не ищет выгод», Брамс, также поминаемый в стихах, и кумир юности Бориса Леонидовича – Скрябин, помогавший ему разобраться, вступать ли на стезю музыканта.

Создается пусть пунктирная, но крепкая подвижная конструкция, которую исполнители наполняют жизнью, красками, страстями. Великолепны все три героини, причем каждая наделена своей выразительной характеристикой.

Живая, болезненная, капризная Женечка Лурье, просящая мужа взять ее девичью фамилию, до слез ревнующая его к Цветаевой и пропустившая — за рисованием этюдов — момент зарождения чувства Бориса к жене его друга Генриха Нейгауза, нервно и трепетно сыграна Лизой Каймин. Нельзя не посочувствовать этой молодой художнице, оставленной мужем с сыном Женечкой на руках после девяти лет брака.

Ох, уж этот Ирпень, заколдованное место. Был он всего-навсего дачным поселком под Киевом, где четыре семьи, четыре молодые пары, вместе проводили вакации летом 1930 года. Именно  там случилась эта встреча, произошел этот «солнечный удар» любви к Зинаиде Нейгауз, поразивший поэта.

За пределами пьесы остается еще одна любовная драма – Ирины Асмус, жены литературоведа Валентина Асмуса и подруги Зинаиды, всю жизнь безответно любившей Бориса Пастернака. Воистину, было в том месте или в том лете что-то мистическое, какое-то особое «благорастворение воздухов», заставившее, «Как тени, вертеться четыре семейства / Под чистый, как детство, немецкий мотив» («Лето»).

Кстати, не от этих ли строчек, не от этого ли образа влюбленных, совершающих в кружке свой мистический танец, отталкивался Андрей Михалков-Кончаловский в своем недавнем фильме «Рай», где подобная сцена повторяется несколько раз?

 В Ирпене все группировались вокруг знаменитого пианиста и педагого Генриха Нейгауза и его полуитальянки жены, бывшей ученицы, Зинаиды Николаевны. Зинаида Нейгауз — в спектакле ее запоминающийся образ создает Инна Есилевская, — видимо, и там, в Ирпене, взяла на себя привычную для нее роль «хозяйки», добытчицы, кормилицы. Иначе откуда бы взялась в стихах Пастернака о том времени, рядом со словами «Мне Брамса сыграют» строчка «Я вспомню покупку припасов и круп»? («Годами когда-нибудь в зале концертной…»)

А как неожиданно и «оксюморонно» прозвучит в спектакле восхищенная реплика Бориса Леонидовича, заставшего Зинаиду Николаевну неодетую и неубранную, моющую пол на террасе. Он высказался в том смысле, что его отцу художнику Леониду Пастернаку она бы сейчас очень понравилась, но, понятно, что восторг испытывает сам Борис.

Не потому ли, что она, «дама», красавица, жена музыкального гранда, моет пол, не гнушаясь черной работой? Позднее ему не раз придется принимать помощь из этих «умелых рук», ему, не избалованному в этом смысле неумелой и далекой от бытовых забот Женечкой Лурье. 

 В тяжелую жизненную минуту, не зная, как выйти из тупика любви к жене ближайшего друга, Пастернак в отчаянье решил отравиться – выпил пузырек йода, — и первую помощь оказала ему Зина, в годы Первой мировой работавшая медсестрой в госпитале. Этого эпизода в спектакле нет, но есть достаточно штрихов, по которым мы понимаем, что Зинаида Николаевна стала отправной точкой для создания образа Лары в романе «Доктор Живаго». 

Однако только встретив Ольгу Ивинскую в 1946 году, Борис Леонидович сумел дорисовать этот пленительный портрет, добавить красок, оттенить светотенью. Снежана Чернова словно специально создана, чтобы сыграть возлюбленную Пастернака Ольгу Ивинскую. С нею в спектакль приходит радость, свет, заснеженный город со свечой в окне, увиденной героями романа.

Замечательный ход найден автором пьесы – Ивинская словно в пандан любовным признаниям Пастернака читает свои стихи, ему посвященные. Сколько же мы слышали о том, что была Ольга Ивинская плохой поэтессой, автором ничтожных стихов, но вот – читает их Снежана, и столько в них подлинного чувства, боли, любви, что, ей-богу, не кажутся они плохими, это хорошие стихи! 

Очень к месту читается стихотворение из романа – о Марии Магдалине: Ольга в лагере, ее взяли в 1949 «за Пастернака», о чем говорит даже обвинение: «близость к лицам, подозреваемым в шпионаже». И вот ее вызывают, чтобы здесь, при охранниках, она прочитала письмо от Бориса Леонидовича. Собственно письма мы не слышим — актриса читает стихотворение, где говорится… нет, не об евангельской грешнице, ставшей святой, — а о ней, Ольге Ивинской. Эти строчки явно навеяны ею и ей посвящены.

Но пройдут такие трое суток,

И столкнут в такую пустоту,

Что за этот страшный промежуток,

Я до воскресенья дорасту.

Ольга Ивинская у многих вызывала раздражение, неприязнь. Уважаемая мною и высоко ценимая Лидия Чуковская отзывалась о ней резко отрицательно, ловила на обмане, на нечестности…

История, как говорится, рассудит. Можно сказать одно: в отношении Пастернака была Ольга Всеволодовна предельно честна и мужественна, до конца была ему преданна. После смерти Бориса Леонидовича в 1960 году от скоротечного рака легких (не верю, что рак не был спровоцирован травлей поэта), Ольга снова пошла на Голгофу – ее обвинили в «контрабанде» и вместе с дочерью, Ириной Емельяновой, вторично отправили в лагерь.  

И знаете, Снежана Чернова, воплотившая на сцене Ольгу Ивинскую и поразительно вжившаяся в свой образ, сказала мне, что ради Пастернака она бы отправилась в лагерь и в третий раз. 

 В спектакле, посвященном женщинам, история с присуждением Нобелевской премии рассказана без подробностей. Мне кажется, что исключение из Союза писателей не было главным, «венцом всего», как сказано в спектакле, в той страшной ситуации, в которой оказался Пастернак.

Его вынудили отказаться от Нобелевской премии, его шантажировали высылкой, и я девочкой слышала по радио слова Бориса Леонидовича с просьбой оставить его на родине, без которой он не мыслит жизни. 

 Ну да, были и предатели — ученики и те, кто кричал «Распни его!». Позднее Галич напишет: «Мы поименно вспомним всех, кто поднял руку». («Памяти Б. Л. Пастернака»). Все вместе создало нестерпимую для жизни поэта атмосферу. 

Удивительно, как стихи о «Страстях Христовых» из романа о Юрии Живаго аукнулись в судьбе его автора. Но спектакль, касаясь этой трагической темы, все же посвящен другому. В эпилоге все три женщины выходят к зрителям, и на фоне портрета Бориса Леонидовича звучат обращенные к каждой из них слова его восхищения и любви.

Что ж, какой бы горькой ни была любовь, — она у этих женщин была. Они были избранницами и музами великого поэта – это ли не счастье? 

Спасибо театру «Диалог», его замечательным актерам и руководителю Ирине Волкович за дух поэзии и сопереживания, который витал в этот вечер над залом, за те чувства и мысли, которые вызвал этот высоко драматический поэтический спектакль у русского зрителя американского Нью-Йорка. 

***

Борис Пастернак и его музы в театре «Диалог». Репортаж

 

Почему мы говорим сами с собой — Wonderzine

александра савина

ОТВЕТЫ НА БОЛЬШИНСТВО ВОЛНУЮЩИХ НАС ВОПРОСОВ мы привыкли искать онлайн. В новой серии материалов задаём именно такие вопросы: животрепещущие, неожиданные или распространённые — профессионалам в самых разных сферах.

Наверняка с вами такое бывало: вы ловите себя на том, что репетируете в ванной речь на церемонии, где вам вручают главную награду (Оливия Колман так делала!), или вот уже полчаса прокручиваете в голове, что надо было ответить другу в той самой ситуации — и понимаете, что, по сути, говорите с самим собой. Мы решили обратиться к экспертам, чтобы разобраться, почему мы так делаем — и нужно ли из-за этого волноваться.

психотерапевт, переводчик, специалист по клиническому гипнозу

  Люди довольно часто ведут диалоги с самими собой, размышляя о чём-то, планируя или репетируя свои действия или, например, обдумывая прошлые разговоры. Почему это происходит? Психика человека не монолитна, в ней есть разные регионы и процессы — одни более сознательные, другие более фоновые, бессознательные. Иногда их называют эго-состояниями. Когда мы говорим с собой, то фактически помогаем разным регионам нашей психики обмениваться информацией, согласовывать действия и договариваться между собой. Иногда в этих «внутренних голосах» могут звучать голоса близких или других значимых людей, с которыми мы внутренне советуемся или у которых ищем поддержки. Можно представить, что все те важные качества и черты характера, которыми мы напитались от этих людей или персонажей, обретают свою жизнь внутри нас в виде таких внутренних голосов.

Согласно одной из центральных психологических теорий, наш разум с самого рождения начинает воспринимать реальность особым образом — выстраивая и сохраняя в памяти внутренние взаимоотношения между Я и Другим. Если не вдаваться в подробности, каждое наше эмоциональное переживание обязательно содержит в себе наше самоощущение и какого-то конкретного, или же «незримого», адресата. В раннем детстве таким адресатом обычно становится мама, но потом в голове постепенно формируются образы и других важных людей. По мере нашего развития эти внутренние образы становятся всё более собирательными и обобщёнными. Обычно мы не задумываемся о том, что люди по своей природе существа социальные — нам на инстинктивном уровне необходимы другие для развития и полной жизни. Этот бессознательный механизм в голове иногда выбирает адресатом кого-то из реальных людей, иногда — какую-то внутреннюю часть нас, иногда — кого-то воображаемого или даже умершего. Через такие реальные и воображаемые отношения мы воспринимаем мир, познаём и выражаем себя и всю гамму наших эмоций.

Сами по себе диалоги с самим собой нельзя считать признаком какого-то болезненного состояния. Всё зависит от того, насколько это мешает человеку гибко и эффективно функционировать и общаться с другими. Например, если человек настолько глубоко погружён во внутреннее обсуждение, что испытывает трудности с вниманием, не может нормально поддерживать контакт с людьми или путает реальность с воображением, — всё это может указывать на психологическое неблагополучие. Но любые выводы о расстройствах и нарушениях может делать только специалист с учётом множества других факторов.

психотерапевтка

  Человек может говорить вслух, если у него сейчас много мыслей — а рассуждения помогают ему их рассортировать и решить проблему. Это похоже, например, на составление списков дел. Кроме того, человек может испытывать интенсивные эмоции, и в отсутствие собеседника (другого человека, который может выслушать и посочувствовать) разговоры с самим собой способны помочь справиться с ними.

Бывают и другие ситуации — например, когда мы ведем воображаемые монологи с друзьями или знакомыми. Когда мы в таком ключе говорим с собой, мы можем, например, неосознанно репетировать сложный разговор (при этом активизируются те же зоны мозга, что и при реальной беседе), а еще мы можем так снизить амплитуду эмоций. Кроме того, в подобные моменты мы чувствуем себя более компетентными, это помогает поддержать себя. В некоторых случаях проговаривание ситуации вслух позволяет занять позицию наблюдателя и заметить важные детали.

В то же время подбадривание себя («Осталось немного, давай поднажмём!»), — это навык, который используется в диалектической поведенческой терапии. «Чирлидинг» позволяет почувствовать себя лучше в кризисной ситуации. Однако на практике люди гораздо чаще себя ругают; иногда они повторяют слова, которые слышали в детстве от кого-то значимого (своеобразный «внутренний критик»). А ещё клиенты привыкают ругать себя, потому что боятся, что если перестанут, то станут «ленивыми» и «безвольными». В таких случаях приходится вырабатывать новый паттерн психического поведения — в терапии мы идем к чирлидингу.

При этом, иногда разговор с собой или комментирование своих действий могут оказаться симптомами психотического состояния. Но в этом случае окружающие обычно замечают и другие изменения в поведении человека — например, что он возбужден или совершает нелогичные поступки. Важно понимать, насколько разговор с собой мешает обычной жизни, но в любом случае диагноз может поставить только врач.

ФОТОГРАФИИ: vegefox.com — stock.adobe.com (1, 2)

Диалог с самим собой | Психология сегодня

Дэвид Джонс, выдающийся валлийский поэт и акварелист, умерший в 1974 году, вел тихую, если не замкнутую жизнь, по-видимому, не обращая внимания на славу и «успех». В одном случае, когда он дал интервью национальной газете о том, почему он избегает всеобщего внимания, он ответил, что определенная степень изоляции была необходима, если он, как поэт и художник, « … чтобы открыть для себя формы этого явления. Я сам сделан. »

Послание ясное: с помощью созданного стихотворения и полностью реализованной картины художник придал ощутимую, видимую форму чувствам и мыслям, которые управляли его внутренней психологической жизнью.Поступая так, он более полно познал себя как человека: того, кто физически существовал в мире времени и пространства, но также жил психологически в ментальном царстве интуиции и воображения. И именно через диалог, который происходит между этими двумя «я», поэт и художник ищут идентичности и смысла жизни.

Ранее я предполагал, что такой «диалог с самим собой» более вероятен, если его не окружает «обезумевшая толпа». Жизнь в Уэльсе дала Дэвиду Джонсу необходимое уединение.Тем не менее, на этой планете есть места, где чувство изоляции настолько сильно, что диалог иногда может принимать метафизический оттенок, намекая на духовные уровни «бытия», выходящие за пределы физического. Одно из таких мест — Южный океан и континент Антарктида.

В течение нескольких лет я участвовал в полном кругосветном плавании по западной южно-атлантической стороне Антарктиды и частичному кругосветному плаванию по восточному побережью Индийского океана. Путешествие вокруг континента, который не был населен людьми до 19 века, были долгими (шесть с лишним недель за раз) и трудными (требовавшими тщательного плавания через высокие океанские волны, паковый лед и блуждающие айсберги монументального скульптурного величия) .И все же именно здесь чувства — захваченные белым сверкающим миром льда и океана — высвобождают сознание, чтобы отправиться в путь … прислушиваясь к голосам, исходящим с какого-то сверхчувственного уровня своего существа.

Командир Фрэнк Уайлд — заместитель сэра Эрнеста Шеклтона — и сам по себе великий незамеченный герой, сопровождавший Скотта, Шеклтона и Моусона в пяти южнополярных экспедициях между 1901 и 1922 годами, сказал, что однажды вы были в . белый неизвестный «, ты никогда не сможешь избежать » — зов маленьких голосов. Сам Шеклтон в своей книге South показывает, как его вдохновлял в моменты крайнего кризиса внутренний разум — невидимое присутствие, направляющее их продвижение по, казалось бы, непроходимому хребту Аллардайс в Южной Георгии зимой в Южном океане. Я немного знаю, о чем они говорили с Уайлдом. В книге Antarctic Odyssey я описываю сидение под ледопадом на горе Эребус в проливе Мак-Мердо. Нервная тишина. Безграничное расстояние: суша и морской лед уходят в бесконечность.Нет точек отсчета, по которым можно было бы определить свою позицию. Абсолютное уединение. Но «маленькие голоса» не было слышно: саундтрек воспоминаний и случайных отражений ….

Французский исследователь Жан-Батист Шарко писал: «Где таится странное притяжение полярных регионов, такое мощное, такое захватывающее, что по возвращении из них забываешь всю усталость тела и души и мечтаешь только вернуться назад. » Если бы Шарко прочитал Вордсворта Эпитафию поэта, написано около восьмидесяти лет назад, он мог бы найти ответ в строках: «Импульсы более глубокого рождения / Пришли к нему в одиночестве».

Я пишу о многих примерах таких визионерских сдвигов сознания в Что, черт возьми, замышляют нейроны? о моментах вдохновенного озарения и рефлексивных мысленных блужданий, инициированных, когда сознание переключает передачу, переводя чувства в «автоматическое» и линейное время «в ожидании». Будь то поэт, как Дэвид Джонс; такой композитор, как Моцарт; такой ученый, как Эйнштейн; исследователь вроде Шеклтона; или более обычных смертных, внезапно обнаруживающих скрытые аспекты своей жизни…. новый разум — диалог с самим собой — облегчается достижением уровня уединения ….

Однако последнее слово пусть за Моцартом: «Когда я, так сказать, полностью сам, целиком и полностью сам». в одиночестве … Именно в таких случаях мои идеи текут лучше всего и обильнее. Я не знаю, откуда и как они приходят; и я не могу их заставить … »

Встреча с самим собой во внутреннем диалоге: феноменологическая арт-терапия, основанная на мануальной терапии, на опыте пациентов с диагнозом умеренная и тяжелая депрессия

Основные моменты

Искусство позволяет встретиться и отреагировать на себя и свои собственные реакции.

Внутренний диалог дает новые перспективы, открытия и понимание себя.

Внутренний диалог состоит из сознательного выбора материалов, символизирующих внутренний мир.

Обсуждение образа помогает углубить внутренний диалог.

Терапевт должен сосредоточиться на поддержке внутреннего диалога.

Abstract

Ручная феноменологическая арт-терапия для пациентов с депрессией (PATd) — это программа, разработанная для пациентов с депрессией.Это исследование было направлено на изучение и описание значения PATd для пациентов с диагнозом умеренная и тяжелая депрессия. В исследовании применен феноменологический подход в соответствии с Reflective Lifeworld Research. Были опрошены десять участников. Интервью были расшифрованы, и был проведен смысловой анализ: записанный текст читался повторно, чтобы получить первоначальное представление о материале; были идентифицированы смысловые единицы, и связанные значения были сгруппированы вместе в кластеры; и инвариантный элемент, суть явления, описывался в различных его аспектах.PATd способствует встрече с самим собой во внутреннем диалоге между тем, что очевидно, и тем, что находится за пределами осознания. Оба процесса создания искусства и описания опыта делают себя и ситуацию видимыми, открывая и изменяя понимание через внутренний диалог. Это исследование предоставляет дополнительную информацию, углубляя понимание важности встречи с самим собой во внутреннем диалоге, который происходит через взаимодействие пациента с изображением, художественными материалами и в процессе создания искусства.Внешний диалог с терапевтом проясняет и углубляет внутренний диалог.

Ключевые слова

Психическое здоровье

Депрессивное расстройство

Творчество

Феноменология

Оценка лечения

Перспективы пациентов

Рекомендуемые статьиЦитирующие статьи (0)

Просмотреть аннотацию

© 2017 Авторы. Опубликовано Elsevier Ltd.

Рекомендуемые статьи

Цитирование статей

Важность внутреннего диалога в обеспечении счастливой и успешной жизни

В пародиях, фильмах, телешоу и т. Д. Всегда есть веселые анекдоты., о разговоре с самим собой публично или вообще с самим собой. Мы смеемся над идеей разговора с самими собой, и часто, когда мы видим, что люди делают это, мы думаем, что они сумасшедшие. Дело в том, что большинство людей разговаривают сами с собой. У нас есть разговоры о нашей жизни, споры о решениях, которые мы хотим принять, мы все время смеемся над тем, что делаем, внутренне, над собой. Этот внутренний диалог, который мы разделяем с самими собой, также известен как наш внутренний диалог.

Определение внутреннего диалога

Внутренний диалог относится к внутреннему голосу человека, который звучит, когда человек бодрствует. Разговор обычно отражает как бессознательные, так и сознательные убеждения и мысли человека. Внутренний диалог может быть направлен вами и может быть важным аспектом развития и признания того, кто вы есть.

Почему ваш внутренний диалог важен?

Так почему же так важен даже внутренний диалог? Что ж, поскольку ваш внутренний диалог происходит внутри вас, противодействуя как бессознательным, так и сознательным мыслям, он позволяет вам быть настоящим самим собой.Ваш внутренний диалог дает вам логику и рассуждения, которые можно применить к ситуациям. Это помогает вам принимать решения о вещах, с которыми вам, возможно, будет трудно решить. Это помогает вам взвесить различные мнения, которые у вас есть, или решить, нужно ли что-то изменить. Ваш внутренний диалог также может быть отражением вас самих, ваших отношений, вашей цели в жизни и т. Д. Вы также можете контролировать то, что говорится в вашем внутреннем диалоге. Хотя некоторые мысли возникают бессознательно, большинство из них — это то, что вы хотите сказать себе.У вас есть способность говорить себе слова любви и силы. В вашем внутреннем диалоге должны быть положительные утверждения. Когда вы смотрите в зеркало, каков ваш внутренний диалог? Вы говорите что-то вроде:

«Вы вчера ели фаст-фуд. Ух, конечно, вот почему ты выглядишь в этих джинсах не так хорошо, как вчера.

Или вы говорите что-то вроде:

«Человек, ты сегодня пропустил тренировку. Ничего страшного, вы были заняты и изо всех сил старались быть последовательными.Завтра новый день ».

Разница в этих внутренних диалогах может определять то, как вы себя видите. Помните, ваш внутренний диалог происходит каждый день, весь день. Если каждый день вы слышите о себе негативные мысли, как вы думаете, как это повлияет на вас? Как вы думаете, какое значение имеют для вас слова вашего внутреннего диалога? Также важно отсеять, откуда приходят ваши мысли. Как общество, нас постоянно кормят разными вещами с медиа-платформ, а также от нашей семьи и друзей.Являются ли они отрицательными, положительными или и тем, и другим — бывает трудно различить, почему вы думаете о чем-то определенным образом, или почему вы решили принять определенное решение. Если вы прислушаетесь к своему внутреннему диалогу, это может позволить вам выяснить, откуда приходят эти мысли, и являются ли они чем-то, что вас накормили, или чем-то, во что вы действительно верите.

Как внутренний диалог влияет на ваше счастье и успех

Ваш внутренний диалог непрерывен и не отключается.Ваш внутренний диалог отделен от вас и формирует то, как вы думаете, как вы действуете, как вы видите мир. Пока ваш внутренний диалог всегда активен, вы можете проигнорировать его. Вы можете отвлечься от этого или выключить его. Или вы можете слушать. Вы можете обращать внимание и разговаривать с убеждениями, идеями и решениями, которые у вас есть внутренне, чтобы прожить свою жизнь в полной мере. Находясь на связи с самим собой, вы можете быть уверены в том, как вы решите прожить свою жизнь.Вы будете меньше сомневаться в себе и больше давать себе пять. Ваш внутренний диалог важен. Это дает вам любовь к себе, понимание себя и чувство собственного достоинства. Это все аспекты, которые добавляют к общему счастью. Когда вы сможете познать себя в полной мере (что может произойти через внутренний диалог), вы будете вести более счастливую и успешную жизнь.

Постоянный разговор в вашей голове

Fernyhough: Мы начали понимать, что внутренняя речь — это не что-то одно.Я думаю, предполагалось, что внутренняя речь была просто монологом такого рода, результатом одинокого голоса, болтающего у вас в голове. И теперь мы думаем, что существует несколько основных видов внутренней речи. Внутренняя речь различается в зависимости от того, насколько она сжата, насколько она сжата. Мы думаем, что внутренняя речь различается в зависимости от того, насколько она похожа на разговор между разными точками зрения. Мы начинаем различать эти разные качества. И это согласуется с представлением о том, что внутренняя речь выполняет множество различных функций.Он играет роль в мотивации, он играет роль в эмоциональном выражении, он, вероятно, играет роль в понимании нас самих как самих себя.

Beck: Давайте поговорим немного подробнее о том, каковы его различные цели или способы использования. Я знаю, что один из распространенных примеров — это спорт, когда люди разговаривают сами с собой, чтобы улучшить свои результаты. Но каковы еще причины, по которым мы можем это сделать?

Fernyhough: Если принять теорию Выготского, внутренняя речь присутствует, потому что это своего рода внутренняя версия того, что мы привыкли делать вслух.В детстве мы участвовали в социальных диалогах, разговаривали с другими людьми и прошли этап, известный как личная речь, когда мы говорим сами с собой вслух. Затем это полностью усваивается, все это происходит в голове безмолвно. Для Выготского этот самонаводящийся язык имел множество различных функций, поэтому ключевой из них было планирование того, что вы собираетесь делать. Если вы посмотрите, как маленький ребенок играет со своими игрушками, вы, вероятно, увидите, как она разговаривает сама с собой. Иногда она говорит о несущественных вещах, но часто она говорит: «Я собираюсь построить железнодорожный путь», или «Я собираюсь построить дом», или «Этот дом будет похож на дом моей тети», или что-то еще. .Есть комментарий, который, по-видимому, помогает ей обдумать, что она делает, и спланировать то, что она собирается делать.

Но мы используем внутреннюю речь, чтобы размышлять и о прошлом. У него есть функции в воображении, в создании альтернативных реальностей. И у него есть эти роли в мотивации, очень часто, как вы видите в спорте. Где люди настроят себя, но и отругают себя. Они будут использовать частную речь, чтобы поставить себе галочку после того, как сделали что-то глупое. И я думаю, что все мы так делаем, это просто как бы акцентируется в спорте.

Beck: Итак, я все время говорю сам с собой вслух. Как и в голове. Вы упомянули, что теория Выготского состоит в том, что все те вещи, которые мы делали в детстве, громко разговаривали сами с собой, движутся в уме. Что касается меня, я все еще брожу по комнате, бормоча что-то вроде: «Хорошо, где мои ключи, вот они, у меня есть телефон, у меня есть бумажник, бла-бла-бла…» Как вы думаете, это похожий процесс? Будь то вслух или в голове?

Fernyhough: Я не вижу причин думать, что это что-то другое.Думаю, это та же самая частная речь, которую мы часто произносили в детстве. Как взрослые, в определенных ситуациях нам действительно полезно говорить это вслух, а не просто в голове. Слова звучат там, эхом разносятся по воздуху на долю секунды. Они немного более осязаемы, вы можете запомнить только что сказанное. Так что в голове немного легче.

Внутренний диалог — Внутренний диалог в сознании

Вы разговариваете сами с собой?

Когда мы слышим, как люди громко разговаривают сами с собой, мы считаем это странным.Это, конечно, относится к произнесению вслух.

Однако почти все люди ведут автоматический внутренний диалог, внутренний диалог в уме, о котором другие люди в большинстве своем не подозревают.

Люди молча разговаривают сами с собой, мысленно. Мы считаем это не странным или странным, а естественным.

Это привычка ума постоянно думать, вести внутренние диалоги.

  • Вы иногда спрашиваете себя: «Он любит меня?», А затем начинаете обсуждать этот вопрос в уме?
  • Вы все время удивляетесь и думаете: «Получу ли я повышение?»
  • Вы иногда продолжаете мучить себя вопросами: «Почему он так сказал? Почему она это сделала? »
  • Подумайте только, сколько раз вы пытались убедить себя что-то сделать или не делать этого.Вы все время искали в уме причины и отговорки, почему вам нужно что-то делать или избегать этого.
  • Сколько раз вы в своем уме комментировали, анализировали или выражали свое мнение по различным вопросам?

Как видите, это естественное и обычное занятие.

В голове у каждого идет непрерывный разговор.

Лучшая электронная книга о позитивном мышлении

Хотите добиться успеха в том, чем вы занимаетесь?
МЫСЛИТЬ ПОЗИТИВНО!
• Позитивный настрой заставляет поверить в себя и в свои способности.
• Он побуждает вас к действию.
• Это мотивирует вас упорствовать и не сдаваться.
Я хочу больше информации

Много энергии, времени и внимания тратится на обсуждение бессмысленных, неважных вопросов. Этот разговор продолжается с момента пробуждения до засыпания.

Если кто-то причиняет вам боль или говорит что-то, что вам не нравится, что вы делаете?

Вы разыгрываете в уме целую сцену гнева. Вы представляете, как гневно разговариваете, кричите и говорите не очень приятные вещи.

Если вы ищете новую работу, повторяете ли вы себе, что вы не получите эту работу или что вы недостаточно квалифицированы? Это обескураживающий процесс, который приводит к ненужному беспокойству и умственному истощению.

Проводите ли вы часы в таких негативных, деструктивных внутренних диалогах? Вам действительно нужен такой внутренний диалог?

Вообще-то это происходит само собой. Это привычка ума, но это не означает, что мы должны оставить ее как таковую и принять ее.

Определение внутреннего диалога

Приведенные выше объяснения, безусловно, прояснили, что означает внутренний диалог.

Вот несколько коротких определений:

  • Процесс задавать себе вопросы и отвечать на них.
  • Процесс повторения слов и мыслей в уме.
  • Это голосок в вашей голове, который комментирует вашу жизнь, обстоятельства и ситуации, а также других людей.
  • Википедия определяет это так: «Внутренний монолог, также называемый разговором с самим собой, внутренней речью, внутренним дискурсом или внутренним дискурсом, — это внутренний голос человека, который обеспечивает непрерывный словесный монолог мыслей, когда он находится в сознании.”

Иногда это диалог с самими собой, а иногда это просто монолог.

Успокойте непрерывную болтовню своего разума

• Ваш ум всегда беспокоен?
• Постоянно ли мысли о неважных вещах занимают ваш ум?
Узнайте, как остановить постоянную болтовню своего разума, освободиться от непрерывных мыслей и насладиться спокойствием!
Я хочу больше информации

Непрерывный внутренний диалог

Внутренний диалог продолжается во время работы, учебы, чтения, просмотра телевизора, разговора, прогулки и еды.

Существует постоянная деятельность: осуждают людей, комментируют происходящее, планируют, сплетничают и проводят мысленные беседы с людьми, которых вы знаете или не знаете.

Эти внутренние разговоры создают эффект снежного кома. Чем больше вы проводите их, тем больше вы становитесь прикованными к ним, неспособными их остановить. Когда также пробуждаются эмоции, добавляется больше силы, энергии и привязанности. Это отрицательно сказывается на поведении, суждениях и общей производительности.

Во многих случаях внутренний диалог является негативным и усиливает любое негативное отношение или поведение.

У большинства людей недостаточно веры в себя и в свои способности, и поэтому они позволяют своему разуму участвовать в негативных внутренних диалогах.

Процесс и эффекты этих внутренних разговоров похожи на повторяющиеся утверждения. Постоянные размышления об одном и том же предмете влияют на подсознание, которое, следовательно, принимает эти мысли и слова и действует в соответствии с ними.

Отрицательные внутренние диалоги создают отрицательные результаты, а положительные внутренние диалоги создают положительные результаты.Вот почему вам следует перейти на позитивный разговор с самим собой.

Все просто. Если вы наполняете свой разум негативными диалогами, вы начинаете ожидать отрицательных результатов, теряете мотивацию и избегаете действий.

С другой стороны, если вы продолжите вести позитивный диалог, вы станете более позитивным человеком, будете искать возможности и действовать.

Как использовать внутренние разговоры в ваших интересах

Внутренний разговор — это автоматическая деятельность, которая продолжается независимо от того, осознаёте вы это или нет.Если вы научитесь осознавать это, вы получите способность контролировать это. Вы можете превратить это в позитивный диалог. Если вы сделаете это, вы поймете, что в вашем распоряжении огромная сила.

Как это сделать? Постарайтесь просто осознавать свои мысли и внутренние разговоры.

1. Спокойно, постарайтесь наблюдать за тем, что происходит у вас в голове, даже если через несколько секунд вы можете забыть об этом.

Внутренний диалог продолжается, даже когда физически вы заняты чем-то другим.Не так просто мысленно отделить себя от мыслей и слов, которые текут в уме.

2. Снова и снова старайтесь удерживать внимание на том, что происходит у вас в голове, и, в конце концов, вы сможете осознавать внутренний диалог на более длительные периоды времени.

Наблюдение за умом и тем, что происходит внутри него, развивает непривязанность, и это облегчает контроль над умом и его непрерывную болтовню.

3. Каждый раз, когда вы ловите себя на том, что ведете бесполезный, бесполезный разговор с самим собой, прекратите его. Измените его на что-нибудь более полезное и значимое. Замените тему и слова чем-нибудь более позитивным. Это похоже на прослушивание записи. Почему бы не заменить его другой записью, которая вам нравится? Зачем позволять этой записи воспроизводиться сама по себе?

Измените слова внутреннего диалога на положительные, о здоровье, счастье и успехе.

Есть еще кое-что, что вы можете сделать, но это требует определенной степени концентрации и силы воли. Вы можете научиться прекращать этот внутренний разговор, игнорируя его и давая своему уму отдохнуть от мыслей, которые в нем бегут.

Почему бы не дать уму немного отдохнуть и немного отдохнуть от его непрерывных разговоров. Когда этот диалог замолкнет, будет больше счастья и мира.

Это нормально иногда вести внутренний диалог, но в большинстве случаев это просто бесполезная болтовня, отвлекающая внимание от того, что вы делаете в данный момент. Осознавая это, заменяя это позитивными мыслями и отказываясь участвовать в этом, вы обретаете способность контролировать это.

Если вы хотите узнать больше о том, как успокоить свой внутренний разговор и обрести душевный покой, для вас наиболее полезной окажется книга «Успокойся непрекращающуюся болтовню своего разума».

Источник изображения — DepositPhotos

Успокойте непрерывную болтовню своего разума

• Ваш ум всегда беспокоен?
• Постоянно ли мысли о неважных вещах занимают ваш ум?
Узнайте, как остановить постоянную болтовню своего разума, освободиться от непрерывных мыслей и насладиться спокойствием!
Я хочу больше информации

Об авторе

Ремез Сассон — автор и создатель веб-сайта Success Consciousness.Он является автором книг и статей, которые мотивируют и помогают людям улучшить свою жизнь, добиться успеха, обрести внутреннюю силу и душевный покой, а также стать более позитивными и счастливыми.

Подписывайтесь на нас в: Facebook Twitter Pinterest

Диалог с самим собой.

Диалог с самим собой ‹Диалог с самим собой до диалога с самим собой. Я понимаю, что любви не может быть, когда есть ревность; любовь не может существовать, когда есть привязанность. Могу ли я быть свободным от ревности и привязанности?Я понимаю, что не люблю.

Это факт. Подпишитесь на нашу рассылку. Эта информация будет храниться на основании согласия. Вы можете отозвать свое согласие в любое время; Подробную информацию о ваших правах и о том, как вы можете отозвать свое согласие, можно найти в нашем уведомлении о конфиденциальности * указывает на необходимость

Мне интересно, что такое условность прерывания диалога с самим собой. В частности, если персонаж говорит сам с собой, нужно ли заключать слова в открытые и закрытые кавычки.Обратите внимание, что слова в этом случае — просто мысли персонажа. Примеры: Хейзелс. Удивительная мама, неужели я так успокоился, — сказал Алекс.

Диалог с самим собой Я понимаю, что любви не может быть, когда есть ревность; любовь не может существовать, когда есть привязанность. Могу ли я быть свободным от ревности и привязанности?

Я понимаю, что не люблю. Это факт. Я не собираюсь обманывать себя; Я не собираюсь притворяться жене, что люблю ее. Я не знаю что.Примеры диалогов: Диалог 1 — Диалог в банке 2 — Диалог между врачом и пациентом 3 — При проверке в аэропорту в диалоге 4 — При регистрации в отеле в диалоге 5 — Представляемся Диалог 6 — Заказ еды в стейкхаусе Диалог 7 — Диалог в аптеке 8 — Диалог с указаниями 9 — Диалог по заказу фаст-фуда 10 — Собеседование.

Умение представиться — важная часть обучения английскому языку. Знакомство также является важной частью светской беседы на вечеринках или других общественных мероприятиях.Вступительные фразы отличаются от тех, которые мы используем для приветствия друзей, но, как вы увидите, они часто используются вместе как части более широкого разговора.

В диалоге с природой, собой и другими. Митч Боген. В сентябре Центр провел мероприятие по выпуску книги «Создавая Вальденсы: Разговор между Востоком и Западом об американском Возрождении».

Первое название из издательства Dialogue Path Press, в котором Дайсаку Икеда ведет диалог с учеными Рональдом А.Боско и Джоэл. Разговорная речь — Диалоги — Представление себя и других (новичок A1): научитесь говорить по-английски с помощью интерактивных упражнений, общих идиом и советов по повседневному использованию языка — 4/5 (14).

Книга «Диалог с самим собой». Прочтите 5 отзывов от крупнейшего в мире сообщества читателей / 5. Получите YouTube без рекламы. Работает Пропустить пробную версию 1 месяц бесплатно. Узнайте, почему Close. Раздел 6 Изучение английского языка 3 Представление себя и других Тхань Нго Дык.

Погрузка. «Внутренний диалог», вероятно, будет более точным описанием, если человек действительно обсуждает противоположные позиции, мысли, альтернативы и т. Д.с собой. В противном случае «внутренний монолог» действительно может быть более точным.

Диалог с самим собой — это краткий анализ проблем человеческих взаимоотношений. Отрывок взят из дискуссионного собрания, но кажется, что Кришнамурти здесь обращается к себе, а не к аудитории. Внутренний диалог продолжается, даже когда физически вы заняты чем-то другим.

Не так-то просто мысленно отделить себя от мыслей и слов, текущих через ум.Снова и снова старайтесь удерживать внимание на том, что происходит у вас в голове, и в конце концов вы сможете осознать внутренний диалог. «Диалог» как существительное означает «разговор между двумя или более людьми в рамках книги, пьесы или фильма» (ДОО).

Но полезно запомнить определение диалога как глагола: «принять участие в разговоре или обсуждении для решения проблемы».

В повествовании — отлично. «Примирение с Богом ведет к исцелению», — сказал Папа в своем ежегодном постном послании, опубликованном Ватиканом в феврале этого года.24, — Великий пост — время для более глубокого молитвенного диалога с Богом.

Прочтите диалог вслух 3 раза. Делайте это медленно, будьте осторожны со своим произношением. Вы должны чувствовать работу мышц лица и языка. Это сотворит чудеса с вашим произношением и сделает вашу речь более автоматической и плавной.

Основываясь на диалоге этого урока, ответьте на следующие вопросы (ваше имя, возраст, происхождение). Смотреть. Разговаривать с собой не всегда безумие. На самом деле, довольно часто это совершенно необходимо для психического здоровья.

Свободное владение позитивным, здоровым, правдивым, насыщенным Священным Писанием внутренним диалогом должно быть для всех нас первоочередной задачей. Разговор с самим собой — важный жизненный навык, требующий практики, внимательного рассмотрения и: Рэнди Ньюмана.

Скачать Диалог с самим собой Джидду Кришнамурти Скачать книгу в формате PDF Электронная книга в формате PDF. Имя автора, количество страниц в электронной книге и размер указаны в нашем посте. Проверьте здесь, а также прочтите краткое описание «Диалога с самим собой» Джидду Кришнамурти. Скачать книгу в формате PDF.

Диалог — это, как правило, самая большая часть романа для детективов школы Клэмпа, но только до тех пор, пока он каким-то образом имеет тенденцию к повествованию основной истории.

Как узнать, продвигает ли отрывок диалога сюжет. Задайте себе эти вопросы. Будет ли история иметь смысл, если диалог будет удален. «Диалог с самим собой» Дж. Кришнамурти — это небольшая книга из двух частей. Он состоит из обсуждения любви и привязанности, а также обсуждения, известного как первый публичный диалог в Броквуд-парке, состоявшемся 30 августа. Из книги: «Я начал диалог с самим собой.

Внутренний монолог, также называемый разговором с самим собой, внутренней речью, внутренним дискурсом или внутренним дискурсом, — это внутренний голос человека, который обеспечивает непрерывный словесный монолог мыслей, когда он находится в сознании.

Обычно это связано с чувством человека, которое особенно важно при планировании, решении проблем, саморефлексии, самооценке, критическом мышлении, эмоциях и субвокализации. важно понимать, не интеллектуально, а на самом деле в повседневной жизни, как вы создавали образы своей жены, мужа, соседа, ребенка, страны, лидеров, политиков, богов — у вас нет ничего, кроме изображений.

Образы создают пространство между вами и тем, что вы наблюдаете, и в этом пространстве возникает конфликт, так что мы собираемся выяснить сейчас. festeringMongoose 2 августа, в утра. Я пришел сюда, чтобы научиться лучше вести диалог, а в итоге научился лучше писать.

Весь бит о точках с запятой сказал мне, что писать нужно со смыслом, нужно писать с чувством. Вне зависимости от того, нарушает ли это ваш внутренний диалог или просто отвлекает ваш мозг, кажется, что это дает мозгу некоторое пространство для осознания того, что происходит.В основном вы пытаетесь осознать типы мыслей, к которым вы склонны, в том числе: Куда идет ваш внутренний диалог, если вы позволяете ему блуждать.

диалог спряжение глагола со всеми временами, формами и лицами. Поищите определение и перевод в контексте слова «диалог с самим собой» с примерами употребления, извлеченными из реального общения.

Подобные английские глаголы: мобилизовать, обновить, набросать. «Сам» — это всего лишь одно слово, как и другие возвратные местоимения «сам», «сама» и «они сами».Резюме. Это он сам или сам. Когда говорят вслух, мы говорим о себе и о себе одинаково, но это не одна и та же часть речи.

Самость — отчуждение и свобода. «Я» обозначает восприятие неустановленного собственного сознания другого человека. В разговоре с самим собой. Окто Так в своем внутреннем диалоге повторяйте, что неудача — признак прогресса и развития.

Помните, что неудача приведет вас к будущим свершениям. Неудачи, неудачи, снова неудачи — становитесь сильнее и никогда не сдавайтесь.Развивайте свою уверенность. Вы знаете, кто всегда на высоте и рядом с вами.

Конец бесплатного упражнения по изучению испанского: Диалог: Знакомство Бесплатное упражнение по изучению испанского языка. Другие упражнения на испанском по той же теме: Двуязычные диалоги | Все наши уроки и упражнения.

Иногда люди думают о «любви к себе» как о чувстве, которое нужно вызвать. Хороший способ посмотреть на любовь к себе — это сделать акцент на действии: «Что я могу сделать, чтобы полюбить себя?» а не «Как я могу почувствовать любовь к себе?».

К этому моменту вы уже открылись своей боли, начали учиться, начали диалог со своими чувствами и подключились к своему духовному руководству. Синонимы к диалогу с бесплатным онлайн-тезаурусом, антонимами и определениями.

Найдите описательные альтернативы диалогу. Начните изучать заключительный речевой словарь. Учите словарный запас, термины и многое другое с помощью дидактических карточек, игр и других средств обучения. Поиск. способность вести внутренний диалог с самим собой и оценивать свои мысли, чувства и реакции.

— внутренний диалог с. ВВЕДЕНИЕ — ПЕРКЕНАЛАН (диалоги) Опубликовано asimonoff в рубрике Без рубрики. В Индонезии, когда вы представляете себя или вас кто-то представляет, обычно ожидается, что вы произнесете свое имя. В то же время мужчины обычно пожимают руку, взяв за руку другого человека в легком, мягком свете.

L заработать как писать диалоги непросто. Вы написали неплохой сценарий, но знаете, что он может быть ПРЕКРАСНЫМ.Может ли написание лучших диалогов в вашем сценарии стать тем недостающим элементом? Хотите советы по написанию сценариев, которые научат вас писать диалоги на Интернет-сайтах Кавец для сорокалетних с примерами написания из фильмов и телепрограмм для каждой категории?

Лезго. Он частично отражает то, что было для меня в течение последних нескольких лет, поскольку я постоянно общался со мной и другими, особенно с Шарлоттой, изо всех сил старался быть верным в трагических поисках того, что мое свидетельство о Джозефе Смите и его Церкви звали меня.

Юджин Ингланд Прово, Юта Январские кавычки для внутреннего диалога. Прочитав различные источники и их рекомендации, я перехожу к той стороне, которая говорит, что вы не должны использовать кавычки для мыслей персонажа. Кавычки обозначают речь, и их использование для внутреннего диалога может сбить с толку ваших читателей.

Внутренний диалог без форматирования. Получите ежедневную дозу позитива и мотивации, чтобы обрести душевный покой и жить лучше. «Примирение с Богом ведет к исцелению», — говорит Папа в Постном послании.Кэрол Глатц (Католическая служба новостей) февраль CNS ВАТИКАН СИТИ (CNS) — Великий пост — время для более глубокого диалога с Богом через молитву, для новой благодарности за милость Бога и для большего сострадания к людям, чьи жизни находятся под угрозой, сказал Папа Франциск.

Диалог с самим собой [Фонд Кришнамурти] о * БЕСПЛАТНОЙ * доставке соответствующих предложений. общение, которое предполагает внутренний диалог с самим собой для оценки своих мыслей, чувств и реакций.

Диалогическое Я — это психологическая концепция, которая описывает способность разума представлять различные позиции участников внутреннего диалога, в тесной связи с внешним «диалогическим Я» является центральным понятием в теории диалогического Я (DST), созданным и разработан голландским психологом Хубертом Хермансом со времен s.

От разговора с самим собой — без диалога

Arctic Frontiers — крупнейшая конференция Норвегии, посвященная Крайнему Северу. В течение продолжительной рабочей недели обсуждаются политика, наука и бизнес. Конференция предназначена для тех из нас, кто так или иначе работает с Крайним Севером.

Ни один из России

В этом году особое внимание было уделено анализу и материалам [норвежского] министра иностранных дел Сёрейде в ходе политической части конференции.

Как пишут организаторы в своей программной декларации: когда мир движется к усилению конфронтации, национализма и протекционизма, изменится ли в конечном итоге и Арктика?

Это вполне обоснованный вопрос, на который в ходе конференции был дан лишь косвенный ответ.

И это не вина министра иностранных дел Эйде, которая сделала все возможное, чтобы ответить на этот, а также на другие вопросы.

И, возможно, это не по вине организаторов, которые, насколько мне известно, пригласили участников как с Востока, так и с Запада, чтобы ответить на вопрос.

Какое бы объяснение; Министр иностранных дел Норвегии осталась стоять одна, пытаясь ответить на вопрос, на который можно ответить только в рамках международного диалога. Как мы все знаем, довольно сложно добиться диалога, разговаривая с самим собой.

В программном выступлении министра иностранных дел были обозначены две основные темы:

Отношения с нашими союзниками и отношения с Россией.

Но в дискуссии не было участников из России.И данное объяснение, пусть и ограниченное, касалось практических вопросов.

Несогласие с президентом

Сенатор-республиканец Лиза Мурковски приехала из США для участия. Как и министр иностранных дел Сёрейде, она аналитический и знающий политик с ясным видением международного диалога.

Проблема, однако, в том, что, несмотря на ее республиканскую точку зрения, Мурковски более или менее никоим образом не представляет политическую дорожную карту, по которой руководствуется ее президент Дональд Трамп.

Таким образом, не было международной дискуссии о развитии Арктики во время арктических границ. Вместо этого мы получили подробное представление о взглядах Норвегии на это развитие событий, в то время как отсутствие международного сообщества подтвердило, что в Арктике также происходят политические изменения.

На высшем национальном уровне диалог скоро прекратится в пользу национализма и протекционизма. Дональд Трамп вчера отменил объявленный ранее визит в Давос, где тема глобализации должна была стать темой.Американский президент отдает приоритет коммунистической диктатуре Северной Кореи, а не западным капиталистам, которые верят в свободную торговлю.

Кто несет ответственность?

Министр иностранных дел Ине Эриксен Сёрейде не оставила сомнений в том, что это самая сложная территория для навигации для небольшой страны.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *